"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Доехав до автобуса, стоявшего поперек дороги, я понял, что мы с Зомби можем придерживаться разных точек зрения на одни и те же вещи. Лучше подстраховаться. Я заглушил двигатель и открыл двери, псы, почувствовав близость дома, скрылись во мраке, радостно рыча. Я залил здоровые руки тремя тюбиками медицинского клея. Пусть наши друзья китайцы подольше остаются в неведении о реальных сроках исцеления. Да и в одном коварном замысле мне это пригодиться. Через две минуты, поставив «вольво» рядом с бронетранспортером, я вошел в наш внутренний дворик. Первым делом все неотложное.
— Паша, прости меня, пожалуйста, я был не прав, — с чувством вины и раскаяния в голосе сказал я.
— Ты меня тоже извини, я не хотел тебя задерживать. Просто думал, что нам надо будет обратно ехать по знакомой дороге. Мне уже тут некоторые объяснили, — он покосился на Миколу, — что в армии думать не надо. Надо приказы выполнять. Без размышлений и в установленные сроки.
— Ну, это некоторые перегибают палку, думать везде надо, тем более в армии, — ответил я. Мир был восстановлен.
— Мы успели еще один рейс на Свалку сделать. Патроны отнесли. Сделали промежуточный склад.
— Кстати, просмотрел штатное расписание и не понял, почему Микола стал офицером, да еще таким странным, младшим лейтенантом.
— У нашего Миколы, оказывается, была награда, орден Трилистника второй степени. И когда нас представили к орденам по личному распоряжению Гетмана, ему автоматическим дали первую степень, а как кавалеру полного банта полагается офицерского звание и бесплатный проезд на всех видах транспорта.
— Я ж говорил дядьке Семену, что с удачей пана Сотника и я в офицеры выйду, — вступил в разговор наш офицер и джентльмен, полный кавалер ордена.
Ну ладно, надо ковать железо, не отходя от кассы. Я направился к Зомби. Они с Волком сидели в своей офицерской комнате на первом этаже. Что сейчас поделывает Клерк, подумалось мне.
— Мои поздравления, господа.
— Завершим операцию, отгуляем по полной, — заверил меня приятель генерал.
Надо же, у меня сейчас два знакомых генерала. Обрастаю деловыми связями. Я ведь и сам не малый чин и еще сотрудник гетманской канцелярии. Вспомнилось ревущее пламя в подземных коридорах. Сейчас, когда все это закончилось, стало страшно по-настоящему. Пропали бы без следа, никто бы и косточек не нашел. Я вопросительно посмотрел на генерала Найденова.
— Все по-прежнему без чинов. Зомби, Сотник, Волк, — сказал он по своему обыкновению, тыкая в нас своими стальными пальцами.
Зная его манеру, я подставил по удар автомат, он тоже железный, ему не больно. Зомби довольно заухмылялся.
— Сегодня, когда нас поймали в ловушку, мне в голову пришла одна мысль. Давайте завтра кое-кого отправим с вертолетом.
— Раненого и сопровождение, — оценил мою мысль Волк.
— Дядьку Семена и юнкера, — не то спросил, не предложил Зомби.
Я согласно кивнул головой.
— А не пошли бы вы, господа офицеры, на хутор бабочек ловить, — зашипел из дверей, принесший нам кружки с чаем предполагаемый изгнанник. — Вы здесь ордена и деньги зарабатываете, а я тут живу, понятно.
— Вот только рычать не надо, а то это становиться каким-то поветрием. Все рычат, скоро кусаться начнут.
— Мальца, конечно, отправить, это святое дело. Вокруг Панды ночью надо суету устроить, дежурство круглосуточное, а утром объявить, что для спасения жизни товарища нужен постоянный спутник. Как бы чего не вышло в полете.
Мой коварный замысел наполовину сработал. Это лучше, чем ничего. Обитатели заправки переходили к личному времени между ужином и отбоем. Заканчивался еще один долгий день.
  
Глава XIV
 
Когда они дошли до остатков железнодорожного моста, темнота стала совсем непроглядной. У солдат на блокпосте жизнь протекала по тем же правилам, что и у всех людей в полевых условиях. Место для костра, запас дров рядом, заначка с водкой и закуской. Вершинин нашел их так легко, как будто сам прятал.
— Ну, солдатиков никто травить не хотел, здесь водочка должна быть чистая, — и он с жадностью припал к бутылке. Сделав два больших глотка из горлышка, перевел дух. — Между первой и второй промежуток небольшой, — щегольнул он любимой цитатой.
 
Паук сразу сел на землю и разулся. До кордона было рукой подать, но при одном взгляде на его стертые в кровь ноги, становилось ясно, что бывший король наркотиков сегодня уже никуда не пойдет.
— Сидите у огня, я дойду до Епископа, и вынесем тебя, как туриста экстремала сразу на заставу. К утру будешь в Киеве, в больнице. Сиди тихо, я за час обернусь, — изложил свои соображения Фунтик.
— Я с тобой, — засуетился старый бандит. Его что-то напрягало, и он не хотел отдаляться от своего счастливого талисмана.
— Пошли, — согласился молодой мастер.
Они добрались до старой автобусной остановки, когда сзади ударил выстрел. Резко повернув, Фунтик и Вершина бросились обратно. У костра вповалку лежали два трупа.
— Наш гребаный латыш решил взять себе выходное пособие у бывшего шефа, — с тяжелым хрипом принялся за реконструкцию событий уголовник. — Нас тревожить он не хотел, и решил Паука прирезать втихую, да тот тоже не прост оказался, успел в ответ разок выстрелить. А из такого ствола больше и не надо.
Вова Вершинин крутанул на пальце редкостной убойной силы ствол. Это был «Степной орел», переделанный под винтовочный патрон «винтореза». Направив пистолет на себя, бандит заглянул в отверстие. В этот миг на него напал приступ кашля, довольно частый у курильщиков. Пальцы его дернулись, и грянул гром. Спасательная экспедиция закончилась полным провалом. Выживших не осталось. Не судьба.
Фунтик привычно собрал выморочное имущество. У Паука в кармане лежала связка сложных ключей, с бирками. На них были написаны названия городов. Вена, Цюрих, Женева, Люксембург и еще с десяток. Поездил по за границам, нахватал сувениров на память, подумал юный сталкер. Он совсем уже собрался выкинуть безделушку, да заметил висящую на цепочке флэшку и передумал. Протер бинтом, смоченным в водке, и повесил на шею. Больше его здесь ничего не держало, и груженный, как ослик в караване, Фунтик побрел к кордону, утешая себя мыслью, что на заставу идти не придется и в конце этого перехода его ждет заслуженный отдых среди нормальных людей, которые знают простые вещи. Не балуйся с оружием. Ствол дебилам не игрушка. Никогда не направляй оружие на людей. Всегда его разряжай при чистке и осмотре. И, самое главное, эти правила написаны кровью героев, которые не хотели знать никаких правил. Спите спокойно, ребята, архангел Гавриил с трубой будет не скоро.
До кордона, с двумя короткими привалами, последний, оставшийся в живых, из вышедших с Агропрома после обеда, человек добрался за час. Последние метры по главной улице поселка Фунтик прошел на личном самолюбии и гоноре бойца Темной Долины. Присев у костра, он благодарно кивнул китайцу, вручившему ему с поклоном, кружку с чаем.
— Мы тебя с большим коллективом ждали, поварята наши ведро плова приготовили, придется тебе его одному есть, — веселился Епископ, искренне обрадованный встречей с лидером северо-западного комплекса. — Ставь задачу на завтра.
— Я и на сегодня поставлю. Груз разобрать, нужное прибрать, артефакты приготовить к отправке, ненужное добро скинуть торговцу. Деньги поделить или сдать казначею, на общественные нужды. Ужинаем, и спать. Завтра с утра копаем «конденсаторы», в обед вертолет будет, сгрузим все лишнее.
Фунтик открыл дорожный кофр и высыпал на расстеленный брезент его содержимое. Два контейнера для парного хранения артефактов он забрал себе и восстановил статус-кво. Достал из нижнего водку и консервную банку и положил на место голубые шары. Открыл верхний и громко выматерился. Одного шара не было. Этот гад, тварь поганая, цепень бычий и дон Хулио и Педро в одном лице, посеял парный шарик. Что делать? Кто виноват, он знал. Нечего было с этим Монголом разговоры разговаривать. Всегда так, сначала появляется вроде приличный парень, такой же боец, как ты. Потом появляется его шеф, позер и задавака, а тебе приходится его терпеть. Следом объявляются конкретные трусы и садисты, Князь, например. Хорошо еще, с Вампиром нос к носу не столкнулся. Так что, это урок на будущее. Видишь врага, стреляй. Уложил бы их там всех, захватил бы Агропром, и четвертый шарик был бы цел. Сам во всем виноват. Вот так. Настоящий чернобыльский пес во всем хорошем и плохом, что случается с ним винит только себя, и это правильно.