Моё сердце в тебе бьётся (СИ)

- Нет, не в этом, – сверлит она меня взглядом.
- Тогда в чём?
- В том, что то, куда мы летим – это безумно дорого, Никита! – шепчет она мне, оглядываясь по сторонам.
Эх, девочка моя, все чего-то экономить пытается постоянно, вместо того чтобы дышать полной грудью и жизнью наслаждаться. Почти восемь месяцев пытаюсь её перекроить, но, увы, призраки прошлого до сих пор не дают ей забыть полуголодное детство и куртки с чужого плеча.
Я все это знаю, но больше не позволю, чтобы она в чем-то себя ущемляла. Моя Алёна достойна большего.
- Оставь мне вопросы финансов в нашей семье. Окей? – чуть жестче, чем нужно, говорю я ей.
- Но…
- И дареному коню в зубы не смотрят. Все! Точка! – допил одним залпом я свой кофе, встал и протянул ей руку, потому что как раз в это самое время объявили посадку на наш рейс.
Всего пара минут и вот мы уже сидим в удобных кожаных креслах бизнес-класса. Алёна у окна, а я рядом, держа ее горячую ладонь в своей руке. По привычке перебираю тонкие, изящные пальцы и целую запястье, когда она смущенно начинает хлопать ресницами.
До сих пор такая скромница. И все еще хорохорится, отказываясь переезжать ко мне насовсем. Говорит, что не хочет подвести Нечаеву с комнатой в общаге, но Лидка и сама почти там не живет, предпочитая все время проводить с Решетовым.
Точно так же, как и мы. Расстаться на ночь – смерти подобно. Сколько раз пробовали и ничего хорошего из этого не вышло – переписка до самого утра. Несколько раз я не выдерживал эту пытку расстоянием и приезжал к ней, привычно подкупая Пелагею, чтобы она впустила меня к моей Алёнке.
А там хоть трава не расти.
Рядом с Княжиной хоть дышать нормально получается, потому что без нее вообще засада. Ни есть, ни спать…только думать о том, когда же мы наконец-то опять будем вместе.
Нельзя нам расставаться. Категорически противопоказано!
- Взлетаем! – на выдохе восторженно произносит Алёна и прикусывает нижнюю губу, а я только счастливо улыбаюсь от того, что она больше не парится по пустякам, а лишь максимально получает удовольствие от проживаемых моментов.
Их в нашей жизни будет миллионы, и я хотел бы, чтобы однажды, когда состаримся, мы все это вспомнили с щемящим сердцем, смотря в глаза друг друга и радуясь, что все это у нас было.
Восемь с половиной часов полета и вот мы уже в жарком Мале. Досмотр, таможенный контроль и снова лететь, но на этот раз уже на частном гидросамолете.
Алёнка от окружающей ее красоты только открыла свой пухлый ротик и смотрит по сторонам во все глаза. Охает, восхищается, показывает то туда, то сюда пальчиком и даже радостно хлопает в ладоши, завидев какую-то морскую живность.
Смешная. Хорошая. Моя.
Я так ее люблю…
И все, что мне нужно в этой жизни, так это просто знать, что она счастлива со мной. Без всяких «но» и оговорок. Абсолютно. От и до.
И вот наконец-то мы на месте. Крошечный вечнозеленый атолл с нетронутым белоснежным песком, затерянный где-то в Индийском океане и островной домик, расположенный над кристально прозрачной водой.
- Теперь я понимаю, почему ты не сказал, куда мы летим? – шепчет Алёна, открывая панорамные раздвижные двери на террасу с большим открытым бассейном.
- И почему же? – обнимаю я ее сзади и целую в шею.
- Потому что это рай, – ее голос сбился и я понимаю, что еще немного и она заплачет.
Разворачиваю ее к себе и вытираю соленую влагу, а потом нежно прикасаюсь к губам.
- С Днем рождения, Алёна!
И поцелуй становится глубже. Страсть вспыхивает во мне как сухая трава, облитая бензином. Пух! И все полыхает…
- Спасибо, – кивает она и стискивает мою футболку.
А я только улыбаюсь ей в ответ и приподнимаю ее сарафан все выше и выше.
- Что ты делаешь? – тяжело дышит моя девушка, а я с удовольствием наблюдаю как на ее щеках расцветает жаркий румянец.
- Собираюсь опробовать с тобой водичку.
- Но, – мнется она, – у меня там только трусики.
- Отлично!
- Вдруг кто увидит? – расширяет она глаза.
- Не увидит. Это самая удаленная вилла и, погляди, терраса с двух сторон закрыта от посторонних взглядов, – указываю я в нужную сторону, а сам подталкиваю девушку к бассейну, на ходу заканчивая с ее раздеванием. Да и с себя тоже успеваю снять шорты и футболку.
 
А потом…
Бах!
И мы оба летим в прохладную воду и жмуримся от наслаждения.
И это был по-настоящему неповторимый день, полный счастья и нашей любви. День у бирюзовой воды, вечер при свечах на берегу океана и ночь, наедине друг с другом. Что еще нужно для полного счастья?
Лежим на огромном лежаке в обнимку. Алёнка смотрит вдаль, а я не могу удержать руки при себе и медленно путешествую по ее телу. Не получается сдерживаться. Не понимаю, как это делать рядом с ней. Надежда, как всегда, только на то, что она и сегодня остановит меня в самый последний момент.
Неспешно тяну за тесемки ее сарафана. Бретельки соскальзывают вниз, но не показывают мне всего. Только намекают, дразнятся. А у меня уже и руки затряслись, а низ живота налился свинцовой тяжестью.
Пытаюсь успокоиться, веду носом по кромке ее волос, прикусываю мочку уха и почти отъезжаю, когда слышу тихий, чувственный стон. Ей нравится…
А мне-то как!
Кладу одну руку на ее колено и медленно веду вверх, прохожусь по внутренней стороне бедра и чуть задеваю подушечками пальцев край ее трусиков. А затем отступаю и возвращаюсь обратно, чтобы повторить свою ласку вновь. И снова отступить, лишь только немного прикоснувшись к кружеву ее белья.
- Гроза, – шепчет Алёна и кивает в сторону горизонта, где уже отчетливо сверкают молнии.
Она уже часто дышит и чуть сводит бедра, а меня от этой реакции размазывает. Словно под кайфом рядом с ней.
Но в губы не целую. Боюсь, что тогда меня окончательно унесет. Только покусываю их немного, слизываю острую ласку и пью ее стоны.
Пока пальцы становятся все наглее и наглее.
Пока с восторгом не ныряют в ее жаркую влагу. Пока мои стоп-краны не срывает к чертям собачьим, и я жадно не набрасываюсь на ее рот. Нас форменно прошивают молнии с ног до головы и чувствую, что все внутри меня вопит от подступающего блаженства.
Рывком сдираю с нее сарафан и набрасываюсь на ее идеальное, словно выточенное рукой безумного мастера, тело и начинаю на нем играть. Втягиваю в себя ее запах. Отъезжаю…
Но все еще уговариваю себя не срываться, хотя руки целенаправленно стягивают с Алёны последнюю преграду на моем пути. Она теперь полностью обнажена, голова закинута назад. Тяжело дышит, глаза закрыты, и ее тело выгибается в моих руках.
Со стоном подаюсь вперед бедрами. И искры из глаз. Сильно! Почти ослепляет! Целую искусанные пухлые губы еще раз и снова делаю толчок.
- Никита! – буквально скулит Алёна, пока позади нас гремит гром.
- Я себя…контролирую, – хрипло, надсадно выталкиваю из себя слова.
Хотя и понимаю, что это пока и надо срочно тормозить. Педаль в пол. Прямо сейчас!
Вот только я нихрена этого не делаю, а лишь еще больше разгоняюсь, жадно вглядываясь в ее лицо на пороге оргазма. Мои пальцы ведут ее туда. Сейчас…
Еще немного…
- Не надо… – шепчет мне суматошно, – не надо, Никита.
А потом одним выстрелом выносит мне мой поплывший от страсти мозг.
- Не надо… больше… себя контролировать…м-м-м…
Звездец!
И я теряю связь с реальностью. Окончательно и бесповоротно.
Подхватываю её на руки и несу в полуобморочном состоянии на кровать. Шипит, ругается, что я не довел дело до конца, а у меня уже и ум за разум зашел.
- Сейчас все будет. Сейчас! – бормочу я и отпускаю на волю своих демонов.
И уже они ведут ее за черту. На пару с грозой и молниями, что бушуют за окном.
Алёну сладко и меленько трясет подо мной, а я только жадно пожираю ее глазами и наконец-то разрываю, между нами, последнюю преграду.
Замираю.
Умираю.
Возрождаюсь вновь.
И упиваюсь своей властью над ней.