Ленинград' 84 (СИ)

Шалман гулял, пусть и на мой взгляд и примитивно. Но что уж есть! Услужливый официант тут же провел нас к угловому столику и я, недолго думая сделал заказ. Ликер, кофе и два пирожных. «Девчонки любят марафет, но жить не могут без конфет!» Вероника достала из сумочки зеркальце, ойкнула и убежала вниз приводить в себя в порядок. Тушь в восьмидесятые размазывалась неплохо. Я же с интересом озирал здешнюю публику.
Мдя… Культурная столица сверхдержавы, а публика то больше торгашеская. Я по питерским ресторанам в той жизни начал намного позже ходить. Деловые интересы требовали встречаться в приличных местах. Но общий тренд физиономий за полтора десятка лет не особо изменится. Второсортные торгаши, обладатели доступа к дефицитным услугам с вкраплениями подгулявшей по поводу юбилея или иного празднества заурядной публики. Фарцы нет, как и откровенных блатных. И то хлеб!
В сторону шагавшей ко мне Насти повернулось разом много голов. Дурочка наивная, ей это явно нравится! Девушку надо учить элементарному. Эти хмыри не способный на большее, чем попользоваться и бросить за копейки. Нам как раз принесли заказ, было чем заняться. Кофе мне понравился, я налил к нему ликер и пододвинул к девушке пирожное. О фигуре ей заботиться рано. Да и позднее она её сохранила.
— Выпей для начала и поговорим.
Мы смотрели друг на друга и не знали, как начать.
— Я виновата передо тобой. Я не знала…
— Прекрати! Ты могла меня предупредить.
— Но у нас с тобой все случилось так быстро и непредсказуемо! Я не думала, что тот придурок…
Я схватил Настю за руку:
— Ты зачем с ним тогда связалась? Если он ненормальный?
Глаза у девушки распахнулись. Видимо, ранее подобные мысли к ней в голову не приходили. Конечно, пока жареный петух в задницу не клюнет. Но все бывает в первый раз. Главное, чтобы за ум взялась. В той жизни до нее долго доходило. Настасья снова скуксилась. Что-то сегодня близко у нее слезы. Всерьез переживает?
— Ну все, успокойся. Еще выпей.
Пока девушка была занята пирожным, я думал. Да к черту, почему бы и нет. Мне с ней точно веселей, чем с Машей. И в постели Настя просто оторва. Да и с какой стороны не посмотри — просто Королева! Не думал, что через короткое время мое утверждение получит подтверждение.
— Дико извиняюсь, но можно вашу барышню пригласить на танец?
Этот толсторожий «хомяк» как будто не спрашивал разрешения, а утверждал.
— Дама не танцует.
— Я у тебя, щенок, и не спрашиваю.
— Пьяный что ли? Эй, баклан, базар фильтруй. Не посмотрю, что кабак, в печень шило втащу.
Торгаш тут же бледнеет. Внешность у меня пусть и интеллигентская, но братва на вид разная бывает. Но ему фасон держать надо, я его заметил в теплой мужской компании. Меньше всего мне нужна сейчас драка. С институтским руководством разберемся. Стенгазеты у нас классная вышла, а завтра с утра займемся ремонтом транспарантов. Комсомольское поручение перевесит небольшое нарушение в общаге. Преподы же не звери. Ну выпивали, ну девчонки. Не драка и не разбой! Все мы люди, человеки.
Мужик выдавливает из себя:
— Парень, нас же больше.
— И что?
Видимо, моя уверенность на него подействовала. Ушел, но лица за его столиком тут же повернулись в нашу сторону. Лядство! Нельзя посидеть спокойно. Нет, ошибся я заведением. Хотя, наверное, кроме элитных сейчас везде так. Общество катится по наклонной, люди оскотиниваются и перенимают привычки блатных.
Настя уже просекает неприятности, потому голо серьезный.
— Вот и Игорь также подошел, а я дура согласилась. Люблю решительных.
— Самокритично.
А вот этот взгляд мне понравился. Узнаю Настю! Умная девочка, с ней можно вести дела. И прописка лениградская.
— Ты меня долго им будешь попрекать?
— Да нет. Скажи честно — ты с ним разошлась?
— Да! Но он настырный. Собственник чертов! Привык с детства получать все, что хочет.
— Ты права, детишки нынче избалованы.
 
— Извини, знала бы чем закончится, сразу послала его куда подальше.
Пожимаю плечами.
— Жизни без ошибок не бывает.
Но что-то не нравятся мне взгляды со стороны стола с мужской компанией толсторожего. Они уже изрядно подвыпили и точно начнут бычить. По мнению этих говнюков я слишком наглый молодой щегол. Постараются проучить. Толсторожий и усатый пузан меня не беспокоят, а вот третий выглядит спортивно. Или занимался борьбой, или по жизни такой здоровый. Его и надо гасить первым. Протягиваю Насте номерки от гардероба.
— Иди первой, сначала в туалет. Затем бегом в гардероб, бери одежду и вали быстро на улицу.
— Ваня…
— Делай, что я скажу. Надо было молодежное кафе поискать. Иди! И не беги!
Неспешно допиваю ликер, деньги уплачены. Я рассчитался сразу с щедрыми чаевыми, чем вызвал удовольствие официанта. Они тоже люди и хотят заработать. Запомнят тебя и в следующий быстрее обслужат. Затем встаю и неспешно удаляюсь в сторону туалета.
Так и есть. Здоровый бык встает и вразвалочку двигает за мной. Два его кореша спешно промокают рты салфетками. Хотят проучить. Возле поворота к туалету резко ускоряюсь и замечаю пристальный взгляд «вратаря». Что-то он начал подозревать. Опытный на ситуации парень. Я же встаю сразу за дверью, дожидаясь соперника. Бить таких наглецов надо сразу. И больно. Здоровяк даже ничего не понял. Как он вошел в уборную, так я ему сразу пробил «под ложечку». Хоть и сдерживал вновь полученную медвежью силу, но удар вышел знатным. Бычара охнул и съехал по стенке, стараясь вдохнуть и ни на что больше не реагируя. Второго удара не потребовалось. Ноги в руки!
Около дверей, меня тормознули. «Вратарь» кивнул в сторону туалета.
— Не покалечил хоть?
— Все нормуль. Выведи этих уродов, не место им в приличном заведении.
— Лады.
Не знаю, чем я понравился этому парню. Видать, тоже спортсмен и не любит нахалов. Глаз у него наметанный.
Уже на улице быстро накидываю на плечи куртку и увлекаю девушку за собой.
— Настя, с тобой одни приключения.
— Извини, я такая!
— Но давай пока коней придержим? Эй, шеф, два счетчика!
Таксист ехал по проспекту с открытым окном и меня отлично услышал. Смотрит, улыбается во все тридцать три.
— Парень, не я это предложил.
— Не гоняй. Деньга карман жмет.
Молодой водитель обернулся, с интересом на меня поглядывая.
— С Северов?
— С них самых.
— Гуляй рванина, браток!
Настя живет на Московском проспекте, в хорошем доме индивидуального проекта. Интересно, кто её родители? Девушка не очень довольна тем, что я узнал ее адрес, и потому прощаемся у подъезда. Таксист заряжен и спокойно ждет. Все-таки с деньгами даже при социализме неплохо.
— Настя, с завтрашнего дня учеба — дом. Поняла меня?
— Да, но…
— Никаких больше но. Я пока разберусь с мажором и, вообще, в эти дни буду занят. Увидимся на демонстрации. После куда-нибудь сходим. Есть на примете приличное местечко?
— Подумаю.
Настена уже пришла в себя и мой напор её нравится. Она все-таки хоть девочка и яркая, но ведомая. И меня это устраивает. Не будет скучно, да и в постели зажигалка. Чего еще желать дурачку студенту?
На следующее утро первым, кто попался нам в институте, был комсорг факультета. Гена осмотрел наши заспанные лица и ядовито поинтересовался:
— Наслышан о ваших подвигах, друзья. Ничего не скажешь, молодцы!
Его тон мне не понравился, но хамить я в ответ не стал.
— Гена, о чем наслышан? Мы между прочим полночи стенгазету делали.
Пока Самойлов хлопал глазами, Серега сноровисто развернул на подоконнике склеенный из разных листов рулон.
— Смотри!