Хроники Тальзеура. Дилогия - Джон Голд (СИ)

— Да, не?! Жуть какая! Надо будет его на наличие оружия проверить. Убьет ведь! За такое я бы и сам того… Мда, нехорошо получилось.
Размышления мундирника прервал Фрол, дернувший его за рукав.
— Шеф, я этот след у калитки видел. Ну, когда замок сбивал, — охотник указал на отчетливые отпечатки от обуви, оставленные на осенней грязи. — Он вдоль дороги идет.
— Веди!
Через полчаса блужданий под прохладным осенним дождем Хриплый вместе с охотником вышел к тому самому круглосуточному магазину. Мундирник одернул Фрола, не давая зайти внутрь.
— Здесь жди. А лучше вообще сходи и машину сюда подгони, — Хриплый указал на дверь, за которой виднелся пустой прилавок магазина. Кассира нигде не было. — У того, кто дважды выжил в таком дерьмище, чуйка похлеще звериной будет. Да и не захочет он сейчас никого видеть, кроме меня.
Фрол, ощутимо напрягшись, кивнул и не убирая рук с винтовки растворился в ночи. Мундирник поправил форму, стряхнул с обуви налипшую грязь и шагнул внутрь магазина. На звон дверного колокольчика откуда-то из-за стеллажей выглянула молоденькая продавщица, тихо ойкнула, но от Хриплого не ускользнул коротко брошенный в угол взгляд.
Не слушая девицу, уже вставшую за кассу, мундирник прошел внутрь вдоль торгового зала к тому самому углу. Как и ожидалось, там, на пустом деревянном ящике, сидел Роберт Кхан. На полу валялись бинты, ватные тампоны и початая бутылка водки, использованная для обработки ран. Сам парень уминал лапшу быстрого приготовления, при этом внимательно глядя на Хриплого.
Первое, на что он обратил внимание, — это вилка в руках парня. Она была металлической, и держал ее Роберт скорее как оружие, чем как столовый прибор. И по тому, как затянулось молчание, Хриплый понял, что от него ждут не объяснений, а извинений. Но как офицер Российской Империи, мундирник не мог себе такого позволить. Не тот статус у пацана для таких расшаркиваний.
— Ты зачем из могилы вылез?
В ответ тишина. Роберт всё так же напряженно поглощал лапшу, не отрывая взгляда от Хриплого.
— Ладно, признаю! Не думал, что яд так быстро выветрится. По плану ты еще сутки должен был…
Тишина, но теперь уже напряженная с примесями угрозы жизни. Уж что-что, а без чутья на опасность в Тальзеуре не выжить. Хриплый затих, поняв, что снова ляпнул не то. Роберту плевать на взрыв его могилы. Плевать на то, зачем Хриплый вообще сейчас сюда пришел. Парень с его-то живучестью и сам бы смог добраться до станции Поезда.
Размышления прервал сам Роберт. Встав с места, он подошел к Хриплому и, аккуратно передав ему металлическую вилку, зачем-то спросил.
— Пятый билет… последний… он пригодился кому-то из моих близких?
Мундирник на автомате покачал головой. Злата и Фрол, мать Маргарита и Камилла. Они больше никого с собой брать не стали. Охотник так и вовсе был готов с дочерью бежать из города прямо сейчас. Ворошилов выпустил его из КПЗ с большой неохотой.
Роберт кивнул.
— Тогда рассчитайся за меня с продавщицей. Билета в мир Тальзеура ей как раз хватит.
Пока Хриплый потрясенно осмысливал услышанное, парень дошел до выхода из магазина и там вежливо, как истинный офицер, поклонился продавщице. В одном поклоне было больше благородства и чести, чем у большинства солдат, носящих мундиры в Российской Империи. Это была хлесткая пощечина по лицу Хриплого! Кхан четко дал понять, что обиды не простил и ставит Хриплого в своей иерархии уважения даже ниже продавщицы в придорожном магазине.
Из потрясенного состояния Хриплого вывел сам Кхан. Парень, уже стоя в дверях, обернулся.
— Теперь, когда все дела улажены, может вы, наконец, расскажете, что такое мир Тальзеура? И как, черт возьми, с ним связан мой отец, Гарт Кхан?
Мундирник, сам того не замечая, оскалился. Догадался-таки, паршивец!
  
Глава 3. Богатырь из дворянства
 
А ларчик просто открывался! Гарт Кхан — наш с Камиллой отец — исчез 2 сентября 2017 года. А спустя неделю в Санкт-Петербург впервые прибыл Город-Поезд. Не похоже на простое совпадение. Как бы маман его не любила, она явно знала больше, чем рассказывала нам с сестрой. Может, Гарт обещал вернуться и забрать маман в другой мир? Или отец на самом деле родился в Тальзеуре и как-то смог сам перебраться на Землю? Когда воспоминания о нем немного восстановились, я был уверен только в одном — Гарт сейчас где-то в мире Тальзеура.
 
Резкие слова мундриника подтвердили догадку.
— По базам полиции и налоговой Игорь Кхан никогда не проходил. Его личность — фальшивка! Такие использовали агенты внедрения ещё за пять лет до первого официального контакта с Империей.
— И вы так просто мне об это рассказываете?
— Да плевать! Знаешь ты и мамка твоя. А как доберешься до Города, информация о Гарте перестанет быть секретной.
Хриплый уже вышел из магазина и указал рукой на подъехавшую машину.
— Садись, нас в аэропорту уже самолет ждет. Где сейчас Гарт не знаю, но точно на той стороне. У него на личном деле красная отметка. По-вашему, это запрет на выезд из Империи. Он засветился с тем нападением на квартире. Полиция паспорт его проверила и выявила подделку. Ладно, ты пока садись на заднее сиденье и отдыхай. Путь неблизкий.
Ехали больше часа по ночным дорогам. В аэропорту нашу машину пропустили на территорию погрузочного терминала, где я переоделся в заранее приготовленную Хриплым одежду. Тут уже находилась Злата.
Девушка робко улыбнулась, пряча руки, — наверно стесняясь бинтов на руках и лице. Храбрец, которого, как оказалось, зовут Олег Кольчугин, выглядел, как побитый жизнью спортсмен. Парень надел трико, толстовку, модные белые кроссы. Его руки и лицо тоже были в бинтах, он будто только что сошел с боксерского ринга.
Парень, радостно улыбнувшись, сразу ко мне подошёл.
— Ай да Кхан! Ай да сатана во плоти! — Олега распирало от любопытства. — Пока ты переодевался, дядька Фрол тут байки травил. Говорит, ты сам из могилы вылез, подорвал ещё одного похитителя, а потом ещё и едой разжился.
— Врёт!
Парень озорно кивнул и заулыбался. Ему явно нравилось то, как началось наше приключение.
— Я так и думал!
— Подрыв не я сделал.
— А…
— Чего, а? Хриплый сволочь! Поздно на кладбище приехал, — на проходящего мимо хмурого мундирника я даже внимания не обратил. — Гроб чуть ли не зубами пришлось разгрызать. Ты, кстати, тут моих родных не видел?
Олег на секунду завис, переваривая услышанное, а потом как-то неуверенно махнул рукой в сторону Хриплого.
— Мамка твоя, того! Билеты на Город-Поезд приняла. А самого Хриплого даже на порог не пустила. Он ей «Ваш сын жив.» А она ему сквозь дверь «Пусть катится к своему отцу. А мы с дочерью сами как-нибудь в Городе устроимся». Провожатый — мужик резкий. Он тогда под дверью ей столько мата за тебя высказал, что она, видимо, в другой конец квартиры убежала. В общем, мундирник твою маму с сестрой на Поезд в следующем месяце записал. Его бюро сделает взаимозачёт по билетам со следующим рейсом Поезда. А родные твои, они в какой-то Новореченск уедут.
Значит, мама знала о том, что отец ушел в Тальзеур. Причём она назвала мир Городом, а это его непопулярное историческое название. Даже мундирник Тальзеур так не называет.
Название города Новореченск в памяти никак не откликается. Олег, смотря на мои потуги понять, что вообще происходит, усмехнулся и протянул электронный планшет.
— На, почитай. Мы со Златкой пока вас ждали, провожатый нам открыл доступ к буклету по Городу. Местные его там и так и так называют. Тальзеур, сам понимаешь, не во всех документах удобное название. Наш Город-Поезд отбывает из Питера, здесь, в мире Земли. А в мире Города останавливается на южной границе Российской Империи, в Сочи. Да-да, такой же как у нас, только без моря.
 
— А дальше куда? В плане, что мы вообще будем делать в Российской Империи?
Олег довольно улыбнулся, зажмурился и с наслаждением произнес: