Навстречу мечте (СИ)

Водные процедуры длились минут тридцать, а может и больше. Мы и на животике плавали, и ногами дрыгали, брызги руками делали, так что мои волосы, убранные в гульку, были мокрыми.
Осторожно выйдя из бассейна, первым же делом вытерла насухо сына, в раздевалке одела его в чистые вещи, а сама завернулась в полотенце, которое было просто огромных размеров.
— Пошли, — уговариваю, — мы обязательно еще купаться будем!
Поднимаюсь по лесенке на первый этаж и замираю.
Прямо передо мной стоит пожилая пара, которая во все глаза смотрит то на меня, то на Ярика. Вокруг их ног трется Райф, но увидев нас, сразу меняет свои предпочтения.
Я нервно сглатываю несколько раз. Сердце в груди колотит так, словно вот-вот выпрыгнет вслед за ребенком, что сидеть на руках уже не может.
— З-здравствуйте, — бубню и слышу, как разрывается телефон от звонка. Вот один, за ним второй, а я не знаю, что мне дальше делать.
Это ведь родители Льва!
— Я была права! — воскликнула первой женщина и преодолела разделяющее нас расстояние. — Ну не мог он кому-то просто так купить кресло в машину! Материнское сердце чувствует! По голосу даже слышу, что говорить начал мягче! А я баба Настя! — радостно сообщила, протягивая руки к сыну.
— Баба? — столько недоверия в голосе Ярика, которое быстро сменяется радостью. — Баба!
— Все верно! А это деда! — новоиспеченный дед с доброй улыбкой протягивает свою руку и осторожно касается пальчиков Ярика.
— Деда? — уточняет сын, с таким же интересом рассматривая мужчину и женщину перед собой. — Мама!
Да, действительно, нам бы неплохо познакомиться.
— Минуточку, я сейчас приду, — быстро мчусь в комнату, где надеваю чистое платье, и бегу обратно.
Мне не до красоты и сушки волос, у меня ребенок остался внизу, а еще этот телефон! Ну, Лев! О таких встречах предупреждать нужно! Или мужчина не знал?
Вернувшись, я обратила внимание, что гости перебрались в гостиную, где папа Льва уже уселся на пол и катает машинку Ярика по полу. Тот от него не отстает, принимает активное участие в игре, а мама юриста все это дело еще и фотографирует.
Пока женщина и мужчина были заняты, подхватила телефон, принимая очередной звонок.
— Аня! — почти закричал в трубку Лев. — Мои родители едут к вам!
— Уже… — сглатываю, — приехали…
Между нами затягивается пауза, а баба Настя просто поднимается на ноги и просит у меня телефон.
— Между прочим, скрывать от нас такую хорошую девочку и сладенького мальчика — кощунство. Так что делай дела, а мы пока тут поможем.
Женщина что-то выслушала, поглядывая в мою сторону. Лев говорил ей так много, что я уже не знаю, — пора ли сквозь землю провалиться или хватать ребенка и бежать, как можно скорее. Мама мужчины слушала внимательно, кивала, а в конце тепло улыбнулась.
— Я все прекрасно понимаю, значит теперь у нас на еще одного юриста будет больше, — сама же прикрыла ладошкой трубку и добавила: — Мой муж тоже юрист! Он и начал это семейное дело, передал сыну свой офис, а тот вон как разросся.
Я села на диван, потому что ноги меня слушаться перестали.
Кажется, дело я теперь выиграю, даже не заходя в зал суда. Еще бы, с такой поддержкой-то!
Телефон мне вернули, я же, сглотнув ком, выдавливаю:
— Что мне делать? — разговаривать при родителях мужчины немного боязно, поэтому отхожу к кухонной зоне и, как полагается гостеприимной хозяйке, ставлю чайник и заглядываю в холодильник. Ужин нужно готовить на всех — это однозначно.
— Ничего, — вздохнул Лев, — чувствуй себя как дома и извини, что так вышло. Видимо на них таким образом повлиял мой разговор с Ярославом, когда сажал его в машину и пристегивал. Ань, они хорошие люди. Надоедать не будут, но всегда помогут. Отец, правда, с сердцем мучился…
После этих слов я посмотрела на улыбающегося мужчину, который на данный момент пыхтел как паровоз, раздувал щеки и всячески смешил Ярика. А так и не скажешь, если честно… С другой стороны, а что я знаю о таких заболеваниях? Ровным счетом — ничего.
— Угу, — вздыхаю я, — ты когда приедешь?
 
— Теперь уже не через три дня, а через два! — со всей уверенность заявляет Лев. — Держись — все будет хорошо.
Легко сказать, да сложно сделать.
Но, что могу сказать, я этот вечер неожиданно провожу спокойно. Готовлю ужин, руковожу процессом, потому что мама Льва предложила свою помощь и, действительно, помогала — не навязывая свою точку зрения, даже уточняя, как лучше порезать салат — кольцами или кубиками. Вечером мы все вместе пошли выгуливать Райфа, который от такого количества внимания подпрыгивал выше своей головы и громко лаял. Я же, наверное, действительно расслабилась. По крайней мере, перестала контролировать каждое движение… отпустила ситуацию, которая от меня совершенно не зависела.
Очень часто звонил Лев, было даже ощущение, что он и не работает вовсе. Однако мужчина успевал и со мной поговорить, и с отцом, и с матерью. Каждому говорил что-то свое, но Анастасия Борисовна и Николай Иванович лишь загадочно улыбались и переглядывались.
Первый совместный день прошел хорошо. Даже спать все разошлись по своим комнатам, словно ни в первый раз так делали.
Удивительно, бывает и такое — живешь с одними людьми долгие годы и все равно чувствуешь себя рядом с ними чужой, словно бельмо на глазу. А бывают люди, которых никогда ранее не встречал, становятся настолько приятными собеседниками, что даже уходить от них не хочется.
Вот так я себя чувствовала, пока мне не пришлось позвонить маме. Впервые за этот год. Нет, вру, мы с ней созванивались три месяца назад, когда она позвонила на телефон и стала говорить о том, что я и моя семья не помогает им в материальном плане. И не важно, что я нахожусь в декретном, не важно, что у нас в семье работал только Павел. Родители считали, что я обязана помогать!
Тогда мы распрощались быстро — я просто прервала звонок и не брала последующие дни трубку. Так ситуация сошла на нет. И я была даже рада, однако мне позвонили на телефон, уточнили, являюсь ли я хозяйкой отечественной легковушки и попросили переставить ее в другое место — иначе штрафстоянка со всеми вытекающими последствиями. Пришлось уговаривать инспектора подождать минуту, потому что на транспорте передвигаюсь не я, хозяйка, а моя мама. Что б ее…
Машина, на которой ездила мать, была оформлена на меня, так же, как и часть имущества. Вторую половину взял на себя брат, потому что взрослые люди, как оказалось, совершенно не умели распоряжаться деньгами и имуществом, залезали в большие долги, брали кредиты, а отдавать — не отдавали. За ними числится огромная сумма, о которой даже говорить страшно. И то, что на нас с братом оформлено — залог того, что родители будет жить на своей территории, но не в нашей жизни. То, что записано на нас, нельзя продать и перепродать кому-то еще.
Тяжело и протяжно вздохнув, стиснула зубы и набрала номер мамы.
— Да, — пренебрежительно, словно сделала мне одолжение, ответила она.
— Переставь, пожалуйста, машину… — я знаю, что наш любой разговор закончится ссорой, но всегда говорила предельно вежливо.
— Какую? — приходится терпеливо объяснять, о какой именно машине идет речь, сама же понимаю, что они успели приобрести что-то еще…. — А почему звонят тебе, а не мне?
— Потому что машина оформлена на меня, и пока мы разговариваем, ее мог уже увести эвакуатор. Отгони ее в другое место…
И все… Я просто отношу руку с телефоном, потому что мать начинает орать. При этом о машине ни слова, зато всплывают фразы о неблагодарной дочери, которая не интересуется здоровьем, не перечисляет денег, а родители, между прочим, бедствуют! Концы с концами свести не могут!
 
— Ты тоже не интересуешься моей жизнь, да даже не узнаешь, как дела у внука. Поэтому не тебе мне претензии предъявлять. Если машина попадет на штрафстоянку, я ее продам, потому что платить за эти услуги мне нечем.
Отключаю звонок, а после телефон. Не хочу смотреть, как загорается экран смартфона, не хочу видеть всплывающие сообщения. Достаточно того, что уже услышала!