Невеста для Сводного, или Ненависть - это Любовь (СИ)

Она знает его даже слишком хорошо. Но того сводного брата, который к ней сватается сейчас — кажется, нет.
Все это, словно проклятье, оседает в её голове на целое неловкое мгновение, она неосознанно дёргает пальцами, и бедный Беливер вскрикивает.
Марк, сменивший облик, в этот миг с опаской касается собственного носа, словно представляя себя на месте хряка.
А Клара, однако, изменилась.
Он криво усмехается, чувствуя одновременно горечь и интерес.
Ферсвин подходит ближе, внимательно рассматривая девушку, что опрокинула на спину его сына.
— Скорость важнее мышц, не так ли? Ты прекрасно используешь все свои преимущества и легко справишься с любым, кто будет идти напролом. Действительно, дочь Итибола Харша.
— Вы знали моего отца?
Клара по какой-то причине заворожена ферсвином, который не похож ни на одного из своей братии.
Он высок для своей расы, может быть, даже чуть выше неё. И худой, что даже немного пугает, ведь все остальные довольно упитанные (не так, как Беливер, разумеется, он и тут чемпион). В вельветовых брюках фиолетового цвета, изумрудной рубашке и кожаной жилетки, со светлыми волосами, заплетёнными в сотни косиц. Глаза хоть и тёмные, но больше напоминают человеческие. Кожа сероватого оттенка, за ней прекрасно проглядываются мельчайшие детали черепа. Пальцы длинные и тонкие, стискивают зелёный набалдашник массивной трости.
Клара опасается, что он пустит её в ход.
Потому что наверняка догадывается, что стрелять она не собирается.
— Его знают все. Один из лучших воинов, его техника была превосходна, говорят, в ближнем бою было невозможно сразить его.
Ну, Клара-то и не дралась пока, просто сделала выпад, словно змея, и не прогадала.
Всё равно приятно. Хотя, учитывая, что отец мёртв, а ей, возможно, пытаются заговорить зубы — не очень.
— Это у вас в крови, — выдыхает ферсвин и вдруг... действительно использует трость, но не так, как этого можно было бы ожидать.
Он лупит Беливра по ноге, тот дёргается и Клара высвобождает пальцы, опасаясь навредить сильнее, чем намеревалась изначально.
Она поднимается и в один миг оказывается на два шага дальше, с револьвером, дуло которого направлено на того, кто решает представиться:
— Меня зовут Поль, — кивает он. — Табор мой.
— Это ваша идея была присвоить меня себе? — выгибает Клара бровь.
Поль медленно качает головой. Он выглядит задумчивым, будто думает о чём-то совершенно другом, параллельно разводя светскую беседу.
Оклемавшийся Беливер, видно, не стерпев такого обращения от невесты, бросается на неё с рёвом.
Но Кларе ничего не стоит отпрыгнуть и обеспечить его подножкой так, чтобы он снова упал в снег.
— Вот, Клэра, как раз научишь его своим приёмам... — улыбается Марта.
— Она Клара, мама, — вставляет Эрик.
— Да хоть Дурмана, — отзывается ферсвинка, на мгновение став раздражительной, но тут же маскируя это широкой, жуткой улыбкой. — Красавица, — припечатывает.
— Нет, не моя, — произносит Поль. — Видишь ли, я уже объяснял причину своего пребывания здесь Вельвету. Боюсь, я чувствую себя не слишком хорошо, и в пути мне становится только хуже.
— И вместо того, чтобы вести себя смирно, зная, какую вы снискали славу, пытаться умаслить главный клан Дагарда, вы похищаете его наследницу!
— Методы моей семьи бывают радикальны, — признаёт Поль. — Но они не хотели ничего дурного. Невест и из ферсвинок могут не спрашивать, — он ведёт плечом. — Они надеются, что если в таборе обновится кровь, мне станет лучше. Как ты знаешь, мы ходим по следам клапанов и пазух, это в нашей крови.
— Здесь нет никаких подпольных миров, — отрезает Клара. — Утёс — самая дальняя точка от Патриады. Всякое сейчас случается, но из-за Урахада.
— Я знаю, и тем не менее я чувствую неладное.
— Конкретнее?
— Возможно, смогу тебе сказать, — впервые Поль усмехается, и у Клары по спине пробегает холодок, — но только после обряда.
— Какого ещё обряда? — сглатывает она. — Сектанты!
Верят в магию?
И как не бояться нарваться на гнев клана? Да они сумасшедшие!
 
В этот же миг звучат характерные щелчки. Сразу несколько ферсвинок и ферсвинов, взводят курки.
Дула револьверов направлены на Клару.
Она пытается собраться с мыслями, но поводов для волнения, как назло, с каждым мигом становится всё больше.
— Марк, — тянет Поль, — хватит прятаться, мальчишка. Выходи.
И он появляется.
В ферсвиновых одеждах, встрёпанный владелец задиристой ухмылочки.
Он с ними заодно?
Глава 14. Тайна клана Харш 
Мальчишкой Марка уж точно нельзя назвать.
Он возвышается над всеми, и даже в этих нелепых одеждах выглядит строгим и острым. Являясь будто воплощением клинка.
Клара ловит его взгляд.
Смятение.
Напускная строгость и злость.
Вопрос.
Страх.
С вновь посеревшего неба валится снег. Они глядят друг другу в глаза — тёмные омуты и промёрзшие до дна озёра. Она хрупкая, в платье, подол которого колышет ветер. В смешной шапке и с косой шоколадных волос. Пальцы, розовые от холода, стискивают револьвер. Его светлые пряди в беспорядке, вся поза — сплошь гнев, часть которого, определённо, её касается.
Клара понимает, что он пришёл за ней.
Одного мига хватает, чтобы это прояснить.
Она вспоминает о своих неосторожных словах, сказанных с досады. Понимает, что сейчас не до того, но всё же злится на саму себя.
И, быть может, совсем немного — ликует.
Но что теперь делать? У ферсвинов оружие, вдвоём с Марком они не справятся, даже если бы он отучился сразу на десяти боевых факультетах.
Но кто мог предположить, что к ним пожалует целая стайка чокнутых ферсвинов?
Есть определённые правила. Ферсвины — странники, которые ходят по дорогам между клапанами других, маленьких миров, вшитых в земли людей, словно карманы, но с изнанки.
С их помощью определяются места, куда лучше не забредать. Они нечто среднее между людьми и теми, кто среди людей жить не может.
А потому им прощают некоторые выходки.
Но… Не до такой же степени!
Клара чувствовала себя в безопасности, потому что знала, что не существует такой логики, по которой кому-то из табора будет выгодно ей вредить.
Но она не учла возможность внезапных вывертов безумия, и это, видимо, станет хорошим уроком на всю жизнь.
— Марк?
У него такой вид, будто он сейчас ухмыльнётся и спросит: «Хочешь, чтобы безродный щенок помог тебе? Правда? Не хочешь выходить за меня, желаешь управлять землями отца сама? Тогда и справляйся… сама».
Это было бы в его духе.
Но его голос звучит так, что она понимает — ненависть направлена не на неё.
А вот некая печаль…
— Она моя невеста, и если вы хотите это оспорить, пожалуйста, стреляйте, — широкий жест рукой, довольно безразличная ухмылка.
— Что? — Клара срывается к нему. — Что ты творишь?
Её пытается перехватить Беливер, но во-первых, она быстрее, а во-вторых Марк хватает его за шею, поднимает над землёй, хорошенько встряхивает и кидает, словно половую тряпку.
— Ты уже забыл, как я помог тебе пройти инициацию? — рычит он.
Марта хлопает в ладоши, словно услышала что-то приятное, но выражение лица тут же меняется, когда смысл полностью до неё доходит.
— Так ты… не сам? Нарушил правила? — кричит она. — Останешься навечно чернорылом!
Поль на это только хмыкает.
Ну да, сложно поверить, что такой, как он мог принять за чистую монету кражу тельца у самого короля.
— Как же теперь! — оглядывается ферсвинка. — Мы не можем выдать эрлу за Него!
Клара не выдерживает и фыркает: как будто для неё есть разница, успешный рядом вор или нет.
— Как ты связан с… ним, — говорит она Марку, — потом расскажешь. Или… не уверена, что хочу об этом знать. Но… что ты творишь?
Он тянет её на себя, смирив обжигающе-холодным взглядом.
— Держись за мной, сестрёнка.