НИИ особого назначения (СИ)
— Да это щеглы просто, — отмахнулась Настя. — Мы с Тамарой ходим парой, тоже мне... А у Семеныча коленки сводит просто от одного только упоминания особого отдела.
— Но тебе все равно интересно, что именно они от меня хотели? — я подмигнул.
— Да, Клим, мне интересно, — Настя подалась вперед и заглянула прямо мне в глаза. — И я сейчас могу просто сунуть тебя в полиграф и извлечь из твоей головы все, что мне заблагорассудится.
Настя замолчала и замерла. Ее лицо было так близко, что я чувствовал ее дыхание на своей щеке. Уверен, что если захочет, она сможет убить меня одним ударом. Хоба! Неуловимое движение кистью, и вот я уже смотрю на свое собственное сердце, бьющееся в ее белой ладошке.
— Но? — отгоняя непрошеный образ спросил я.
— Но не хочу, — Настя вернулась на свой стул и одернула платье. — Перспективнее, если мы будем друзьями.
— А не как в прошлый раз? — вдруг спросил я, даже сам не понял, почему. Мгновенное озарение. Или случайное наитие. Захотелось посмотреть на ее реакцию на мою догадку.
— Что ты можешь знать об этом? — резко ощетинилась она, но уже через секунду овладела собой. Ага. Значит мысль о том, что я не первый ее «засланец» имеет полное право на существование. Даже не знаю, что именно меня на это навело. Какие-то полунамеки, полуфразы. Настя и Роман действовали так, будто уже обожглись разок, или даже не один. И извлекли опыт из прошлого. Чтобы со мной не получилось так же.
Как именно?
Да хрен его знает...
— Чего от тебя хотел Павлов? — снова спросиля Настя.
— Если расскажу, объяснишь, чего от меня хочешь ты? — хмыкнул я.
— Обещаю, — кивнула Настя. Я несколько секунд внимательно рассматривал ее лицо. Что-то по нему определить я даже не пытался. Просто... Она красивая. Гораздо симпатичнее бесцветного Павлова и его безымянного напарника.
— Он меня раскрыл, — сказал я. — Показал фотографии из командировки Романа в Питер... Ну, то есть, в Ленинград. А там были мои родители. Делал вид, что спрашивает про Романа, а на самом деле меня пытался подловить. Такие дела.
— Хм... Интересно... — Настя задумчиво потрепала кисточку своей косы. — На этих фото не могло быть твоих родителей. Этих людей не существует в природе.
— Значит они меня просто так подловили, — развел руками я. Особо лопухнувшимся я себя не чувствовал. В конце концов, Настя с Романом могли бы подсуетиться, чтобы моя легенда у меня от зубов отскакивала, а не представляла собой инструкцию, типа «дальше мы не придумали, импровизируй». — Меня как-то жизнь не готовила к допросу сотрудников КГБ.
— Справедливо, — Настя подмигнула. И как будто расслабилась. Похоже, она ждала какого-то более страшного признания.
— А что за проект «Сумеречная забава»? — спросил я.
— Какой проект? — Настя похлопала ресницами.
— Павлов сказал, что Роман занимался проектом «Сумеречная забава» три года назад, — ответил я. Ну нафиг, в общем, всякую скрытность. Если я и дальше буду пытаться считать секретом каждое влетевшее в мои уши слово, то в конце концов у меня лопнет голова. Или от переизбытка непонятной информации. Или от передозировки свинца... — Занимался успешно, но после той командировки в Ленинград начало происходить что-то похожее на саботаж, который они, вроде как, и расследуют.
— Не было никакой «Сумеречной забавы», — задумчиво проговорила Настя и покачала головой. — Хотя... А что-нибудь еще он сказал?
— Эээ... — я напряг память. — Вроде нет, это все. Потом он перешел к уличению меня в том, что я родителей своих в лицо не опознал. Ну а потом пришла ты и выставила их вон. Кстати, а кружок горлового пения-то придет?
— Горлового пения? — переспросила Настя, потом рассмеялась. — А! Ерунда, я все придумала, конечно. Есть что-нибудь еще? Нет? Тогда теперь моя очередь раскрывать карты.
Я почувствовал что-то похожее на радостное возбуждение. Ну наконец-то! В первый раз за время моего здесь пребывания мне не сказали что-то вроде: «Надо подождать, потом сам все поймешь!»
Я тут же себя мысленно одернул. Не жди, мол, слишком много. Вряд ли Настя сейчас возьмет и выложит все, как на духу. Информация наверняка будет порционной. Дозированной. Строго под ее цели, а не под мои. С другой стороны, а у меня разве есть цель?
— Ты действительно не первый, кого я пыталась внедрить за последние пять лет, — сказала она. — И даже не второй. И совсем не факт, что в этот раз все будет успешнее, чем в прошлые четыре.
— А предыдущие тоже были из параллельного времени-пространства? — спросил я.
— Только один, — ответила Настя. — Остальные были местными.
— И что случилось с предыдущим моим... эээ... коллегой? — я подавил нервный смешок.
— Он погиб, — Настя посмотрела мне в глаза. — Кажется. Тела его мы не видели, но несколько свидетелей сказали, что видели, как его сожрал полоз.
— И в чем была его миссия? — спросил я.
— Вот так парой слов не объяснишь, — Настя откинулась на спинку стула и покрутила в пальцах кисточку своей косы.
— Но ты же постараешься? — усмехнулся я.
— Но я постараюсь, — серьезно кивнула она. — Наш институт был изначально образован как структура надзорная. Мы стояли на вершине советской науки и следили, чтобы никакое полезное начинание не было выброшено в корзину. И так и было. До восемнадцатого года.
— А что случилось в восемнадцатом? — я наморщил лоб, припоминая те осколки новейшей истории этой версии СССР, которые я успел нахватать. — Границы снова приоткрылись?
— Возможно, это тоже имеет значение, — кивнула Настя. — Так вот, с восемнадцатого года стали происходить всякие странные вещи. Как будто через наш институт проводятся совсем не наши проекты. Начала действовать еще одна сила.
— Может это КГБ что-то мутит? — спросил я. — Меня же они дернули на допрос...
— Нет, это не они, — покачала головой Настя. — Мы, конечно, не дружественные конторы и буквально только что столкнулись лбами, но это не они. Я в первую очередь это проверила. Кто-то другой. Может быть, иностранная разведка, а может быть, кто-то свой. Мне пока не удалось никого схватить за руку. Только мелких сошек, которые никуда расследование не привели.
Настя вздохнула и закусила губу. Сейчас она была совершенно не похожа на представителя грозной силовой структуры. Скорее просто на расстроенную девчонку, у которой не получилось с первого раза сдать экзамен.
— А твое начальство? — спросил я. — Ну, в смысле, может просто вашу вольницу решили поприжать и поставили над вами другого «царя горы»?
— Сначала я тоже так подумала, — серьезно кивнула Настя. — Но нет. После недавних событий мне вручили пакет таких полномочий, по которым я могу хоть ученый совет перестрелять... Начальство мое рвет и мечет. И в бешенстве. Требует, чтобы этих тварей отловили и вывели на чистую воду. И уже были готовы устроить тотальную проверку каждого сотрудника в полном карантине. Но я отговорила. Попросила дать еще один шанс на внедрение. Получила, можно сказать, карт-бланш на тебя.
— Но почему бы сразу мне все это не выложить? — с недоумением спросил я.
— Нужно было посмотреть, как ты адаптируешься, — губы Насти скривились в горькой улыбке. — На самом деле, этот разговор должен был произойти много позже, через месяц или что-то вроде. Но вмешались эти... И пришлось срочно импровизировать.
— А, так они, получается, тоже ищут «крота»? — я хмыкнул. — Ну или кротов... Почему бы вам тогда совместно не работать? Нет-нет, я уже понял! Ваши межведомственные дела... Комитет Государственной Безопасности и... Армейская контрразведка?
Настя сладко улыбнулась. Понятно, название своей конторы она мне не скажет. Будет прятаться за «особым отделом». Ну и ладно, что, собственно говоря, это меняет?
Полоз сожрал... Что-то такое я слышал сравнительно недавно. Кажется, моего предшественника в «Нимфе» сожрал полоз...
— Ну и? — спросил я, когда пауза слишком уж затянулась. — Инструкции какие-нибудь будут? По каким дням недели мне отчеты полагается писать? И какие небесные кары меня ждут, если я вдруг не соглашусь?