Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
– Когда ты успел познакомиться с полицмейстером и его женой? – шепотом спросил меня Жюль. – Говорят, она весьма страстная особа и отдается любому за дорогие подарки.
– С полицмейстером познакомился в полицейском участке, – так же шепотом ответил я. – Меня арестовали за переход улицы в неположенном месте. Напротив ресторана. – Открыв глаза, я посмотрел на Жюля. – А про жену знаю из рассказов оборванца, что сидел со мной в камере.
– Как же ты сумел выйти? – Жюль с интересом уставился на меня.
– У меня были смягчающие обстоятельства – золотые серьги с изумрудом.
– Ты дал взятку?
– Нет, сделал подарок хорошему человеку.
– Местный полицмейстер – хороший человек? – хмыкнул Жюль. – Впервые слышу.
– Любой человек, с которым ты сможешь договориться, это хороший человек, запомни эту истину, Жюль.
– О-о, так ты философ! Подожди, я достану блокнот и буду записывать твои изречения. – Он сделал вид, что достал блокнот и ручку. – Я весь внимание, – наигранно подобострастно произнес он.
Я покосился на него и решил подыграть:
– Подарок за пазуху, ценный дар, он до правителя доведет. Записал?
– О да! Это ты на взятку намекаешь?
– Нет, взятка – это преступление с целью получения преференций. А подарок, он от сердца. Понял?
– Нет, не понял. Преференций это что?
– Преференция. Это выгода по-научному.
– Ты бы поосторожней с такими словами. У нас таких нет.
– Записывай еще, – невесело усмехнулся я. – Молчание – золото.
И подумал, что надо подключиться к базе выживания. Что-то я много промахов делаю.
Через четыре часа мы прибыли в Хай Дол. Проехали по городу с населением триста тысяч и остановились у большого автовокзала. Я увидел из окна, как по площади, занятой автобусами, снуют люди в однообразной серой одежде. Мое сердце тревожно замерло. Неужели по мою душу? Если бы я знал, чем аукнется мне шутка с полицмейстером, я бы десять раз подумал, прежде чем так шутить.
У Рика Проутера, начальника полицейского участка поселка Виноградный Тупик, была молодая и, как утверждали местные злые языки, стервозная жена. Он привез ее из очередной поездки в Хай Дол. Развелся с прежней женой, отписав ей магазин по продаже вин, и спровадил с глаз подальше. Молодая жена была девушкой из эскорта. Сначала сидела тихо, а как стала женой, проявила свой скверный сумасбродный характер. Она стала поедать мужа, что он не делает ей дорогие подарки. Кроме того, ее видели в окружении столичных молодых повес.
Рик Проутер из кожи лез, чтобы угодить молодой жене, а тут такой случай подвернулся с непутевым аристократом с Роомшталя. Драгоценности, что он показал, стоили несколько тысяч дэриков. Старинная великолепная работа. Он ехал домой в приподнятом настроении. Как всегда, он застал свою жену лежащей в постели и в плохом настроении. Хотел подойти и поцеловать ее в плечико, но жена закрылась и зло зыркнула глазами.
– Не трогай меня! – с раздражением сказала она и накрылась одеялом до самых глаз. – У меня болит голова.
– Милая, у меня для тебя есть отличный подарок. Уверен, твоя хандра сразу пройдет, как только ты увидишь его.
Улыбаясь во весь рот и предвкушая, как обрадуется жена, Рик достал мешочек и протянул ей. Та быстро выхватила его из рук и развернула. С удивлением заглянула туда и, высыпав на ладонь труху и монеты, в ярости запустила их в ненавистную ухмыляющуюся физиономию супруга. Рик Проутер схватился руками за лицо и замычал от боли. Он не понимал, что произошло, почему так рассвирепела жена и как в мешочке оказались монеты.
– Ты еще издеваешься, скотина! – завопила женщина. Вскочила с постели и стала хлестать мужа по щекам.
Тот, мыча что-то нечленораздельное, отступал под ее напором, пока его не накрыло бешенство. Его, уважаемого человека, самого важного после главы управы, бьют! И он, потеряв терпение, с размаху влепил ей кулаком в глаз. Женщина упала на кровать и замерла, уставившись в потолок. Рик уже не мог сдерживаться и, сжав кулаки, заорал:
– Убью, тварь!
Женщина пришла в себя и, с неописуемым ужасом посмотрев на мужа, забилась в уголок кровати. Дав выход своей злобе, Рик тяжело задышал и стал собирать разбросанные монеты. Ни цепочки, ни серег не было. Он грубо сбросил одеяло и стал искать на кровати. Не найдя, заглянул под кровать и замер. Там лежал голый мужчина. Рик поднял глаза на жену и тихо спросил:
– Это… что? Это… кто?
Понимая, что говорит несусветную глупость, достал пистоль. Жена, увидев оружие в его руках, в страхе завизжала.
– Молчи, паскуда! – заревел обманутый муж и приказал: – Ты, голяк, вылезай, если не хочешь, чтобы я тебя там пристрелил. – Он уже успокоился.
«Если я вызову сюда наряд, – размышлял он, рассматривая голого молодчика, – то весь город будет знать, что моя жена шлюха. Этого допустить нельзя».
– Ты кто? – спросил он незадачливого любовника.
– Я… я Марус Пивнер… Мой отец – советник директора дорожного департамента уезда. Грех Пивнер.
– Марус, что ты делал в моем доме?
Хотя ответ лежал на поверхности, тут проявился элемент большой политики. Отец щенка был важной шишкой в уезде и советник эра. Ни полицмейстер, ни сам любовник огласки происшедшего не хотели.
– Я… я… зашел проведать мадам Проутер.
– Голым? – с невеселой усмешкой спросил Рик. Он не был дураком, но и не хотел публичного позора. Такого ему покровители не простят. Но он также не хотел помогать парню выкручиваться.
– Э-э-э… Нет, я был одет. Но пролил на себя вино и отдал одежду в химчистку, вот… Когда вы пришли, я испугался… что вы неправильно поймете, и спрятался под кровать… вот, – с облегчением выдохнул парнишка.
– Ну одежда твоя вон лежит, на тумбочке, – показал глазами Рик.
– Служанка не успела ее унести, – подхватила игру мадам Проутер. – Я сейчас прикажу отправить ее в химчистку.
– Лежи уже, – устало приказал Рик. – Молодой человек, надеюсь, что это недоразумение останется между нами?
– Конечно! Конечно! – хватая свои вещи, затараторил молодой человек.
Когда он ушел, Рик тяжелым взглядом уставился на жену. Та сразу поняла, что надо делать, и стала ластиться к мужу.
В этот день Рик Проутер на службу не вернулся. Но позвонил дежурному.
– Дежурный! Составь ориентировку на беглого дезертира. Ирри Аббаи. Двадцать лет. Черные длинные волосы. Рост выше среднего, широкоплечий, глаза голубые. Выходец с Роомшталя. Аристократ. Без документов. Особых примет не имеет. Одет в фермерскую одежду. По телеграфу отправь в Управление государственной безопасности. И с пометкой «срочно».
У выходящих из автобуса два неприметных человека в серых костюмах проверяли документы. Забирали небольшие прямоугольники и вставляли в коробочку, после чего возвращали обратно. Жюль было поднялся на выход, но я ухватил его за руку.
– Не спеши, – прошептал я и обратился к Шизе: – Детка, меняй мой образ на старика. Тут что-то странное происходит.
– На какого старика?
Я спешу, а она вопросы задает!
– Да хотя бы на образ Клифа, ученого.
– Так он не старик.
– Шиза, мне по барабану, старик он или нет, меняйте с Лианом меня немедленно!
Жюль в это время с интересом пялился в окно, а когда повернулся ко мне, слова застряли у него в горле. Он закашлялся, вытаращив на меня глаза:
– Кхе-кхе… о-о-о… у-у-у… Клиф? Нет, я, наверное, сплю. Ущипните меня.
Он заозирался, но автобус был почти пуст. К выходу образовалась очередь, которую проверяли люди в сером.
Седые волосы я связал ниткой в конский хвост на затылке и прошипел:
– Жюль, спокойно. Не надо так бурно выражать свои эмоции. – Я ущипнул его. – Это меня ищут. Я Ирри. Пришлось поменять внешность.
– Ой! Ты чего щиплешься! – Он немного пришел в себя.
– Ты сам просил тебя ущипнуть, – ответил я несколько более возбужденно, чем хотелось бы. – Пошли на выход, и иди первым.
Очередь быстро таяла, и вот подошла очередь Жюля. У него проверили документы, и, когда я остался один и полез в карман, как бы доставая документ, подошел лесной эльфар. Теперь пришла моя очередь вытаращить глаза. Я застыл с рукой в кармане. А лесной эльфар, увидев мою реакцию на его появление, поморщился.