Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Меня долго уговаривать не надо было. Я разлил, поднял свой стаканчик и произнес:
– За знакомство, Жюль.
– Приятно, что старые обычаи чтят на Роомштале, – сказал Жюль и тоже поднял свой стаканчик, подождал, пока я выпью, и опрокинул свой себе в рот. Проглотил и вытаращил глаза.
С ужасом он смотрел, как я занюхал пирожком. Затем его синие глаза наполнились слезами.
Шиза тем временем со смехом показала мне картину того, что происходило у меня внутри. Лиан расположился на природе, расстелил скатерть, расставил закуски. Рядом сидели малыши. У всех в руках были такие же стаканчики, как и у меня.
– Шиза! – заорал дракон. – Скорее скажи своему клыкастому, чтобы жареную рыбу тащил! Студент сейчас самогон пить будет.
Я увидел, как их стаканчики после того, как я выпил, наполнились жидкостью. Они подняли их и чокнулись. Я невольно улыбнулся.
– Зря вы улыбаетесь, мой друг, – произнес, хватая ртом воздух, Жюль. – Ваш самогон и дэра свалит. Ох и крепок. Но хорош. – Он зачерпнул ложкой кашу и сунул в рот. Увидев, что я поставил стаканчик и не ем, отложил ложку. – А вы почему не едите?
– У нас после первой не закусывают. У нас говорят: между первой и второй перерывчик небольшой.
– Интересное застолье у вас! – присвистнул он. – Оно не заканчивается в тарелке с закуской?
– Нет. Мы умеем хорошо отдыхать, – улыбнулся я. У меня был тайный план напоить Жюля и выведать у него побольше о том мире, куда я попал. Пьяный лург, он же человек, много может рассказать из того, о чем умолчит по трезвости.
– О-о-о, – уважительно протянул он. – Тогда наливайте.
Я разлил еще по одной. Мы выпили. Снова Жюль выпучил глаза и прослезился. Но, надо отдать ему должное, держался. Я степенно начал есть. Каша была отменной. Из чего она была сварена, я не знал, но вкус был как у пшена с картофелем. Моя любимая полевая каша с тушенкой. Мы посидели, наперегонки работая ложками, и выпили по третьей. Жюль раскраснелся. Глаза его осоловели. Я понял, что пришло время расспросов.
– Жюль, не буду скрывать, что я родился и вырос в медвежьем углу…
Тот удивленно вскинул брови:
– Это как?
– Там, куда не дошла цивилизация. В глухих горах планеты. Я третий сын и тоже без наследства. Так уж получилось, что я вырвался из оков родственных связей и уехал посмотреть мир и себя показать, конечно. Вы не просветите меня о том, что в мире происходит?
– Да запросто, мой друг. Разливайте еще по одной, и я дам вам весь расклад.
Мы выпили. Жюль зажмурился. Крякнул и занюхал пирожком.
– Так вот, слушайте. Мы все живем в империи дэров. Вы их видели когда-нибудь? Нет? Я так и понял. Их нечасто увидишь. Они боги нашего мира… Да… Это такие красные рогатые существа с крыльями. Они очень технологически развиты. Я бы даже сказал, – он запнулся, подбирая выражение, – что не только технологически. Это вроде как смесь чародейства и технологии. Они появились две тысячи лет назад и захватили все обжитые миры. Дэры не стали менять уклад жизни покоренных народов.
Он откусил пирожок и машинально стал жевать, задумавшись.
– Это даже было не завоевание. Они подчинили всех ментально. Знаешь, какое воздействие оказывает присутствие дэра на лургов? О-о! Это что-то! Лург хочет служить дэру до самозабвения. Испытывает к нему такую любовь, какую не испытывал и к матери. Готов умереть за него. Дэры имеют приближенных – черных эров. Те тоже с рогами, но без крыльев. Они служат в высших государственных учреждениях, в армии и полиции. Лурдов набирают в армию, чтобы сражаться за пределами империи. Там дэры ведут с кем-то войну. У дэров и эров есть свои планеты. Попасть туда – мечта каждого лурга. За один оборот планеты вокруг их звезды можно разбогатеть так, что обеспечишь и себя, и детей на всю оставшуюся жизнь. Но у них жесткая миграционная система. Обычно набирают больше женщин. Они становятся проститутками, любовницами, служанками или все вместе в одном лице. Мужчин тоже не обходят вниманием. Тьфу, мерзость! – сплюнул Жюль. – Но, бывает, набирают и для работ на их производствах. Еще в качестве слуг и официантов, швейцаров в отелях. Да мало ли где мы нужны на непрестижных работах. Кому-то надо чистить нужники и убирать улицы, мыть их сьюкары. – Увидев мой недоуменный взгляд, пояснил: – Сьюкары – это их личный транспорт. Во всей империи запрещено производство механических существ и добыча серебра… Когда-то мы на планете были технологически развиты, и у нас были искусственные существа, невосприимчивые к волшебству дэров. Мы подняли восстание и убили всех эров и пару дэров. Возмездие было жестоким. Половина населения была уничтожена. Нам, выжившим, запретили развивать технологии выше пара. После этого дэры везде поставили телепорты. У вас, наверное, тоже есть.
Я кивнул.
– Удобная вещь. Раз, и ты в другом мире. Только у медали две стороны, – усмехнулся он. – Еще раз, и армия эров уже на твоей планете. – Он заметно протрезвел. Видимо, воспоминания пробудили в нем дремавшие чувства, и вспыхнувшая ненависть к рогатым очистила его разум от хмеля. – Есть там еще? – поднимая бутылку, спросил он и, увидев, что есть, разлил сам. – Давай, барон, выпьем за настоящих лургов, что не боятся умереть за родину.
Я встал. Жюль одобрительно посмотрел на меня и тоже встал.
– Уважаешь! – констатировал он и выпил.
Я тоже выпил. Не успели мы поставить стаканчики на табурет, как за окном раздался хорошо различимый топот. Жюль побледнел.
– Матерь лургов, – прошептал он. – Топотун! – Его лицо превратилось в маску. – Не думал, что так закончу свои дни, – проговорил он и достал свой пистоль.
Я почувствовал угрозу, схватил лук и быстро стал натягивать тетиву, не снимая поющей головки. Под удивленным взглядом Жюля достал из сумки колчан со стрелами и повесил себе за спину. И хотя здесь магия на первый взгляд не действовала, я наложил на тетиву стрелу с разрывом. По моему мнению, это самая универсальная и убойная магия против одиночного противника. Затем, повинуясь порыву, проколол руку и кровью смазал наконечник. Снова наложил стрелу и стал ждать. Я видел, как затряслись руки у моего знакомца, когда в окне показалась голова то ли медведя, то ли гориллы. Черная, лохматая, с полной острых зубов пастью. Злые маленькие глазки, в которых отчетливо виделся разум, удовлетворенно блеснули. Голова вытянула нос, принюхалась и довольно заурчала. У меня нестерпимо зачесалось колено, и я кончиком лука почесал его. По комнате разлилась трель, и птица запела:
– Сколько дорог я за жизнь прошагал…
Чудовище тряхнуло острыми ушами и замерло, вслушиваясь в звуки песни. А я недолго думая концом стрелы сплел заклинание усиления и, натянув тетиву, спустил стрелу. В комнате, перекрывая пение, раздался короткий свист, а следом грохот. Голова чудовища разлетелась вдребезги. Мы услышали шелест за окном, и наступила тишина.
– Я, по-видимому, чуть не обделался, – тихо проговорил Жюль. – Кому расскажу – не поверят. Варвар с Роомшталя из лука убил топотуна! Подожди, я сейчас. – Он отошел в глубь комнаты, расстегнул штаны и стал мочиться. Вернулся довольный. – Все, теперь я в порядке. Не пришлось даже подштанники менять, – засмеялся он. – Пошли, посмотрим на этого зверя.
– А не опасно?
– Уже нет, мой удачливый друг. У тебя чем наконечник стрелы заряжен был, взрывчаткой?
– Нет, – сознался я. – Он разрывает атомарные связи цели, куда попадает, и происходит взрыв.
– Ого, что ты знаешь! – присвистнул он. – Вы там у себя в горах далеко продвинулись в технологиях. А кровь тебе зачем была нужна?
– Катализатор.
– Вот как! Разумно. Так с виду просто стрела, а с кровью – убойное оружие. Топотуна пулей не взять. Его только энергетическим оружием убить можно, но оно имеется только у эров.
Жюль сел и поднял бутылку, с огорчением посмотрел на остатки самогона на донышке. Потом на мою сумку. Лукаво прищурился.
– А нет ли в твоей сумке еще самогона, мой странный друг?
– Сейчас посмотрю, – улыбнулся я.