Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
– Генри, – позвал я помощника, – пошли наверх, здесь может отказать система жизнеобеспечения.
Я первым встал и направился на выход. Мы поднялись по лестнице на жилой уровень, и я пошел в сторону кают-компании. А где еще можно было нормально переждать полет? Там кожаные диваны, на которых удобно сидеть, еда и питье. И прежде всего экран, на котором видна вся главная рубка управления кораблем. Он был включен всегда. Не знаю, почему Мурана его не отключила. Да и кто может проникнуть в логику поступков свихнувшегося андроида? Я точно не собирался.
Прошло еще два часа. Ничего ужасного не происходило, и я начал успокаиваться. Брык иногда комментировал свои действия, но системы продолжали работать в нормальном режиме. Ко мне подступила дремота: это уходило напряжение, в котором я пребывал последние пять часов. Я провалился в сон. Видел себя на планете, а по небосводу шла спиной ко мне красивая девушка.
«Так это же Шиза!» – разглядывая ее фигурку, понял я. Мое сердце радостно забилось, и я закричал что было силы:
– Шиза!
Девушка оглянулась, в удивлении открыла рот, и вдруг вместо слов она загудела тревожной сиреной. Оглушительный звук ударил по барабанным перепонкам, я отпрянул в испуге и повалился на землю.
Девушка исчезла, а вместо нее я увидел ноги. Ноги, обутые в крепкие ботинки летного состава корабля.
– Хозяин, что с вами? – Надо мной склонилось встревоженное лицо Генри.
В кают-компании продолжал звучать сигнал тревоги. Вместо ответа я поднялся с помощью Генри и сам спросил:
– Что случилось, Генри, почему тревога?
– Из-за планеты вынырнул корабль, сэр. Они направили нам сигнал остановиться, Брык не стал отвечать и увеличил скорость… чтобы уйти за планету…
– И… – поторопил я его.
– И нас атаковали. Корабль готовится к обороне.
– Что за корабль, известно?
– Да, корабль идентифицирован… – Он немного замялся. – Это крейсер ССО, с которого мы удрали.
– Твою дивизию! Чем они нас атаковали? А-а, ты не знаешь! – отмахнулся я. – Брык, чем нас атаковали?
– Большие противокорабельные ракеты, командор. Через пять минут нас уничтожат. Мы не сможем отразить ракетную атаку.
Неожиданно ко мне вернулась способность хладнокровно мыслить. Это было прежнее состояние уверенности в своих силах. Я не думал – я действовал. Выскочил из кают-компании и опрометью бросился в главную рубку. О том, что там находится враждебно настроенный андроид, я не думал. Не до того было.
Влетев в рубку, я громко приказал:
– Брык, уменьшить силу компенсаторов на пятьдесят процентов!
Это давало возможность кораблю совершать более резкие маневры, но могло привести к его разрушению – я не представлял, какой запас прочности у этого «сапога».
– Принято, – прозвучал ответ, – сила компенсаторов уменьшена на пятьдесят процентов.
Я уже был в капитанском кресле, и вовремя. Огромная сила придавила меня к сиденью. Мельком увидел, как упал бегущий за мной Генри, но не стал отвлекаться.
– Приготовиться к повороту альтракс с включением носовых тормозных двигателей.
Я отдавал приказы, хорошо понимая, чем может грозить такой поворот старому кораблю. Он просто мог начать разваливаться в полете. Альтракс – это маневр малого корабля на девяносто градусов с резким торможением и с таким же стремительным последующим ускорением. Ракеты, пущенные догонным курсом, не успевали перестроиться и пролетали мимо. Повернуть их уже не представлялось возможным, но и большие корабли классом выше фрегата никогда не использовали этот маневр. Но у меня не было выбора. Или мы таким маневром уйдем с траектории ракет и выиграем время – и при этом есть большие шансы уничтожить корабль, или они нас уничтожат залпом из трех ракет.
Красные точки приближались к кораблю, цифры на табло менялись в бешеном темпе, показывая, как уменьшается расстояние до нас. Я ждал. Пять, четыре… чтобы наверняка… три, два, один…
– Альтракс! – закричал я, и меня тут же почти раздавило в кресле.
Брык упал, вместе с ним с грохотом упала Мурана. Корабль сам по программе, вложенной в него, совершал эти дикие маневры. Мне даже показалось, что он застонал от перенапряжения. Скрипы корпуса были слышны даже в рубке. Я ждал томительные пять секунд. Это было время, отпущенное нам для жизни. На седьмой секунде я смог увидеть рубку, до этого в глазах была одна муть. Экран не светился. Видимо, вышел из строя. Но мы были живы. Пока живы. Где были пущенные ракеты, я не видел, но понимал, что произошло чудо. Ракеты потеряли объект атаки и должны были самоуничтожиться. Корабль, хоть и с половиной работающего оборудования, был еще жив, и у нас появился зазор в пятнадцать минут. С большим трудом я смог отдать новую команду:
– Брык, возвращай нормальную работу компенсаторов.
Брык, не вставая, ответил:
– Принято. – И тут же добавил: – Не могу, командор. Искин не принимает команды.
Твою дивизию! Я только что спасся от залпа ракет, чтобы погибнуть под следующим, а в том, что он будет, я нисколько не сомневался. Ухватившись за поручни кресла черными как уголь руками, я с усилием поднялся. Постоял пару мгновений и, преодолевая тяжесть возросшей в несколько раз гравитации, направился к лежащему на полу Генри. Тот был без сознания. Из его носа и ушей текла кровь, мне даже показалось, что он не дышит. Шаги давались с трудом, я как будто нес на себе несколько тонн груза, но я упорно двигался к своему помощнику. Шаг, еще шаг, отдых, еще пара шагов и снова отдых. Наконец я оказался рядом с ним, нагнулся и, напрягая все мышцы тела, потянул Генри на себя. Обхватил руками и с трудом поднял. Он весил как сто слонов. Кряхтя и пригибаясь к полу, потащил тело вон из рубки. Я шел к ангару, где находились боты. Это был единственный наш шанс выбраться из этой западни. Мои внутренние часы отсчитывали, как медленно я шел и как быстро утекали последние минуты, отпущенные мне судьбой.
– Лиан, – почти закричал я, – помоги мне!
Я не надеялся, что дракон меня услышит, но вдруг почувствовал внутри себя шевеление, следом эхом внутри меня пронеслось его ворчание, и сразу стало легче. Я подхватил Генри удобнее и потащил быстрее. По кораблю разнесся голос:
– Ракетная атака! Ракетная атака!
Это голос нервировал меня и подгонял.
– Слышу, слышу, – отвечал я бездушному искину.
Наконец я втащил Генри в ангар. Если боты не заправлены, нам конец. Я бросил помощника на пол и полез в первый бот.
Включил приборную панель и скривился – у этого бота горючее было на нуле. Забрался во второй, и этот меня порадовал – десять процентов ядерного топлива минимум, но его должно хватить добраться до планеты. Я втащил Генри и положил в спасательную капсулу. Для взлета нужно было запустить гравипривод, активировать системы и открыть двери ангара. Но голос искина звучал уже тревожно:
– Ракетная атака! Отражение невозможно! Всем срочно покинуть…
– Да чтоб тебя! Мы уже покидаем! – огрызнулся я.
Люк бота закрылся и отсек противно звучащий голос искина. Пальцы медленно щелкали клавишами. И вдруг я почувствовал, что времени у меня нет. Правая рука сама активировала плазменные пушки, и я не задумываясь нажал на гашетки джойстиков. Пламя огня залило ангар, и передо мной открылся космос. В следующее мгновение включились маневренные двигатели и выкинули нас из ангара. И, как я понял в следующую секунду, очень вовремя. За моей спиной расцвел огненный цветок. Его пламя лизнуло бот, и он, потеряв управление, завертелся как волчок. Я врубил основные двигатели, и бот, крутясь, прыгнул в бездну космоса.
На меня навалилась бешеная перегрузка. На какое-то время я потерял сознание, а когда очнулся, то увидел, что падаю на планету. Бот летел в верхних слоях атмосферы. Управлять им было невозможно, он, медленно кувыркаясь, влекомый силой притяжения красной планеты, набирал ускорение. Приборный щиток потух.
Если я останусь здесь, то погибну.
С трудом вылез из кресла. Меня швырнуло к спасательной капсуле, где лежал Генри. Ухватился за ручку, чтобы не упасть, и забрался в капсулу, буквально рухнув на бесчувственное тело Генри. Захлопнул крышку и из последних сил ударил по кнопке отстрела от бота. Меня вжало в моего помощника, а затем все прошло. В бронестекло капсулы я видел раскрывшийся парашют. Мы, медленно покачиваясь, спускались на Инферно.