Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

В офицерской кают-компании царила напряженная тишина. Капитан сидел хмурый и вяло разрезал большой прожаренный стейк. Офицеры, присутствующие на ужине, почли за благо молчать и не нарушать тишину. Слышно было только, как ножи стучат по тарелкам и кто-то просит:
— Будьте добры, передайте соль.
Первый помощник капитана пригубил вина, оценил его вкус и сделал еще один глоток. Поставил бокал на стол. Вытер рот салфеткой, и вдруг его глаза стали расширяться. Он схватился рукой за горло, закашлялся… Лицо его побагровело, и он упал головой в тарелку. От удара тарелка раскололась. Стюарды бросились на помощь. Остальные двенадцать старших офицеров во главе с капитаном недоуменно уставились на старпома.
— Что это с ним? — спросил капитан. — Несите его быстро в медблок.
— Сэр! — обратился старший стюард к капитану и протянул ему сложенный листок бумаги. — Это было под тарелкой вашего первого помощника.
Капитан взял листок, скривил в удивлении губы и прочитал. Затем еще раз прочитал вслух:
 
 
Двенадцать офицеров решили пообедать.
 
Старпом глотнул вина, и показалось мало.
 
Глотнул еще разок, и вот его не стало.
 
 
Капитан с еще большим удивлением оглядел замерших офицеров.
— Это что, шутка, господа офицеры? — Потом побагровел и, приподнявшись, зарычал. — Кто посмел?! Размажу! Сотру в порошок! Шлиссер! — повернул он красное от прилившей крови лицо к начальнику контрразведки. — Найди этого шутника и приведи его ко мне. Сегодня же!
Сорвал салфетку с шеи, кинул ее на стол и широкими шагами покинул кают-компанию.
За столом стояла гробовая тишина. Но только капитан вышел за дверь, помещение огласилось криками.
— Всем молчать! — прозвучала команда, и крики оборвались. Контрразведчик встал. — Господа, ничего со стола не трогайте. Храните втайне все, что здесь произошло. Любое разглашение кем-либо будет расцениваться как государственная измена со всеми вытекающими последствиями. — Он повернулся к величественному старшему стюарду. Седовласый, статный старший стюард сохранял невозмутимое спокойствие. — Это касается и вас, и ваших людей, старший стюард.
Тот кивнул и снова замер как статуя.
— Док, — обратился Шлиссер к начальнику медицинской службы крейсера, — мне нужны результаты анализов, проверьте пищу, вино, воду, что подавали нам сегодня. И в дальнейшем надлежит проверять пищу и воду на предмет отравления. Действуйте!
Медик встал и вышел.
— Как вы себя чувствуете? — Контрразведчик внимательно оглядел присутствующих.
Те переглянулись.
— Вроде нормально, — прозвучало несколько голосов. Контрразведчик вертел в руках лист бумаги.
— Странно, — проговорил он. — Где сейчас используется бумага? — Он даже ее понюхал.
— Простите, сэр, — прозвучал голос начальника секретной части. — Бумага… вернее, такая бумага используется в шифровальной службе.
— Не только! — добавил кто-то. — И в службе снабжения, и в картографии, и выдается младшему личному составу для личных нужд.
— Разберемся! — Начальник контрразведки посуровел. Район поисков значительно расширился. — Все свободны, но перед уходом загляните под свои тарелки, нет ли там подобных листков.
Все подняли тарелки и отрицательно покачали головами. Они рады были уйти, так как побаивались контрразведчиков, и не без оснований. Тем не нужны были доказательства, достаточно было подозрений или оперативного анализа, и человек подвергался глубокому сканированию, после чего могли произойти необратимые изменения мозга. Операция восстановления личности по нейрограмме стоила очень дорого, и не все могли ее себе позволить.
После ухода офицеров контрразведчик словно удав уставился на старшего стюарда.
— Громас, мы с тобой хорошо понимаем, что это шутка одного из твоих подчиненных. Мне к вечеру нужен этот шутник. Или его найдешь ты, или найду я, но после этого многие твои парни навсегда станут дураками.
— Сэр, — старший стюард оставался по-прежнему невозмутимым, — мои люди не могли это сделать. Я думаю, это принесли из офицерской кухни.
 
Шлиссер сузил глаза.
— Ты будешь мне указывать, как вести расследование?
— Нет, сэр. Я понимаю, что мы все под подозрением. Но за своих людей я ручаюсь. Это все ветераны, и я их знаю не один год. Я просто хочу помочь вам, и только.
— Помоги, старый пень, себе, — пробурчал несколько успокоенный словами стюарда начальник контрразведки.
В кают-компанию вошли офицеры службы контрразведки, они уже получили информацию и стали допрашивать стюардов. Часть офицеров отправилась на офицерскую кухню.
В отличие от сменного состава — поваров, десантников, специалистов по обслуживанию вспомогательных систем, питающихся пищевыми брикетами, — постоянный состав, приписанный к кораблю, — офицеры, инженеры, техники корабельных систем питались натуральными продуктами. Вместе с офицерами контрразведки пришли медики, брать образцы продуктов на анализы.
Шлиссер раздраженно ходил вокруг стола и подозрительно рассматривал столовые приборы, тарелки с недоеденными кусками, бокалы с вином, но ничего трогать не решался. Убедившись, что работа по дознанию здесь налажена, он направился в офицерскую кухню. Прошел небольшой тамбур, разделяющий кают-компанию и пищеблок, и потянул за ручку двери. Из щели между дверью и притолокой выпал сложенный листок. Он нагнулся, поднял его с любопытством, не разгибаясь, прочитал. Лицо его сделаюсь пунцовым. Шлиссер выпрямился и вновь взялся за ручку двери. Мощнейший разряд электрического тока прошел через его тело и отбросил его на пол.
На его истошный крик выглянул су-шеф. Он удивленно рассматривал лежащего офицера со вздыбленными волосами. Из другой двери выглянул офицер контрразведки и, увидев шефа, бросился к нему. Тот лежал без движения, с открытыми немигающими глазами, на его груди покоилась рука, в которой был зажат свернутый листок. Ловко его выхватив, офицер прочитал:
 
 
А главный дознаватель
 
Нашел еще листок.
 
Он прочитал его
 
И вдруг попал под ток.
 
 
Не веря своим глазам, он прочитал еще пару раз. Поднял голову и посмотрел на су-шефа. В этот момент в тамбур выскочили еще двое контрразведчиков.
— Возьмите этого субчика! — Офицер показал на повара. — И выпотрошите его. Твоя работа? — спросил он су-шефа.
Тот, пятясь, покачал головой.
— Вот! — развел руками офицер. — А говорили, что он глухонемой.
— А может, он по губам умеет читать? — отозвался один из контрразведчиков. — Я слышат, что они, глухонемые, так умеют. Умеешь? — спросил он су-шефа, и тот снова согласно покивал. — Вот и посмотрим, что ты умеешь. Снимем нейрограмму, прошерстим нейросеть и все узнаем.
Су-шеф скривился, залез в карман и достал жетон. Офицеры внимательно его изучили. Им на нейросеть пришло сообщение, что владелец данного жетона обладает исключительными полномочиями. Что это такое, все трое понимали хорошо. Агент по особым поручениям. Он может их убить, и ему ничего за это не будет.
— Держите язык за зубами, господа! — тихо, но довольно злобно проговорил су-шеф. — Готов оказать содействие в расследовании, но инкогнито. Мне самому интересно, что здесь происходит.
Начальник медицинской службы крейсера майор Рин Гольст был тайным поклонником всяких детективов. Он даже пописывал рассказы о частных детективах и выкладывал их в глобальную сеть под псевдонимом «Седой коп». Об этой его страсти не знал никто, но он сам бредил криминальными историями и считал себя мастером распутывать самые сложные преступления. То, что произошло в кают-компании, произвело на него сильное впечатление. На корабле в его присутствии произошло таинственное преступление, и это сделал злоумышленник, которого он, «Седой коп», обязательно найдет. Задумчивый и сосредоточенный, он вошел в медблок. Его двое помощников помогали третьему, у которого была разбита голова.