Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

– Нет, – убеждал он себя, – я смогу.
И нерешительно сделал шаг. Затем, с огромным трудом, словно инвалид и тело его не слушается, еще один, и оказался на другой стороне.
В голове прозвучал тихий голос:
– Выбор сделан.
Планета Сивилла. Степь. Ставка великого хана
– А я их не убивал, – глядя в глаза Быр Караму, заявил я.
Он ошеломленно уставился на меня:
– Не убивал?
– Нет. Не убивал.
– А кто же тогда?
– Не знаю. Я только видел, как их заманивали в воду речные демоны. – Я не стал ни врать, ни говорить всей правды. – Меня тоже потащило в воду. А что стало с ними потом, не знаю, я поспешил уйти.
– Их тела, разорванные на части, выбросило на берег, – проскрипел верховный шаман. – И с закатом духи убитых расскажут, кто это сотворил. Тебе лугше убыть из ставки, Разрушитель.
– Знаешь, дедушка, мое убытие истолкуют как бегство. Может, даже проводить ритуал не будут или придумают, что провели, а всю вину за происшедшее возложат на меня. Многие видели, что я приручил одного речного демона. Поэтому я останусь.
Я был очень зол. Эти клыкастые интриганы даже не пытались скрыть свои замыслы. Они хотели подставить меня и остаться чистыми. Как такое могло прийти им в голову! Но открыто обвинить их в подставе я не мог. Глава рода дал приказ, а я должен был его исполнить. Как именно, это не имело значения. И теперь они сидели как истуканы, не зная, что делать. Орки уничтожены. Я вроде ни при чем. А замыслы-то их. А вдруг духи скажут, что это правая рука отдал приказ. Тогда не я, а он будет отвечать.
Видимо, точно такие мысли посетили и Быр Карама. Он раздосадованно посмотрел на своего старого соратника, как бы спрашивая, что делать. Но тот сидел словно статуя Будды. А что, его хата с краю, он только предложил, а исполнил Быр.
Быр Карам вскипел:
– Что ты молчишь, старый греховодник? Это была твоя идея!
Шаман и бровью не повел. Только пробурчал:
– Не кричи.
Быр подался вперед, потом взял себя в руки. Посмотрел на меня и, еле сдерживаясь, приказал:
– Свободен.
Я тоже не хотел находиться рядом с ними. Они мне были противны. Я понимал, что политика – дело грязное. Это временные компромиссы, союзы с врагами твоих врагов, нападения, шантаж, убийства и подставы. Шаман и правая рука владели этой наукой весьма хорошо. Только не учли мои скрытые возможности и то, что я понимал, какую игру они затеяли. Они не хотели терять власть, а она ускользала у них из рук. Надеяться на Худжгарха и его воинство они не могли, его силы были еще слабы. А враг, вот он, рядом, и набирает своих сторонников. А тут я под боком оказался, вот меня и пустили в расход. Удобно.
Я пошел к Ганге. Откинул полог, и, прежде чем я успел что-либо подумать, крик эльфарки выкинул меня наружу. Эта… эта Су примеряла шелковое белье. В степи! В шатре! Она натягивала на себя чулки. Трусы и лифчик валялись рядом.
– Ганга! – заорал я. – Вы, может, еще платья с собой взяли? На кой Су шелковое белье? Стереть его о спину лорха? Быстро надели штаны, панталоны и… и… что вы там еще надеваете. Жду полридки.
Из-за шкур шатра раздался несмелый вопрос:
– А ты чего пришел?
– Ганга, я тебя выпорю. Здесь правила устанавливаю я. Мы, етит-матит, на войне, если не знаешь.
– Дай нам пять ридок.
– У-у! – раздраженно прорычал я. – Жду в своей палатке. – Не выдержал и язвительным голосом уточнил: – Куда ты меня выгнала. Через полчаса.
Через полчаса красная от смущения, вернее, не такая бледная, как раньше, Сулейма и смущенная Ганга сидели в нашем шатре.
– Значит, так, друзья-товарищи, – начал я. – Ночью погибли орки за рекой. После заката будут проводить ритуал связи с духами убитых. Могут быть разные варианты развития событий. Всем быть готовыми к отражению нападения. Чего точно ждать, я не знаю, это будем определять по ситуации. Без моей команды только защищаетесь. Если вас не трогают, сидите смирно, ни во что не вмешиваетесь. Даже если это будет касаться меня. Все понятно?
– Может, тогда лучше покинуть стойбище? – предложил рассудительный Гради-ил.
 
Я невесело кинул взгляд на Гангу:
– Нет, нам нельзя уходить, тогда вину за смерти орков возложат на нас.
– Но мы же ничего не делали! – возмутилась Су. – Как они могут возложить вину на нас?
Ганга положила руку ей на плечо, заставив замолчать.
– Су, когда проводят ритуал связи с духами, правды не ищут, ищут виноватого. Если мы скроемся, нас останавливать не будут, а потом объявят убийцами, и за нами начнет охотиться вся степь.
– А… а почему?
– Потому что тот, кто убил орков, по-видимому, не оставил следов. И кто это сделал, неизвестно. А по нашим обычаям виновный должен быть наказан. Духи не будут говорить прямо, их ответ будут толковать шаманы. Понимаешь? Они назначат виновного, потому что справедливость должна восторжествовать. Орки должны будут успокоиться.
– Какая же это справедливость! – возмутилась Су. – Это самый настоящий произвол. Они, значит, назначат виновного, а настоящий убийца останется ненаказанным?
– Су, по нашим верованиям, если орка убивают, то это воля Отца всех орков. Он попустил это. И если виновного не определить сразу, он все сделал тайно и хорошо, то это тоже воля Отца всех орков. Он не хочет смерти убийцы. Но должен понести наказание тот, на кого покажут духи. Не важно, убивал он или нет. Он провинился перед Отцом и должен понести наказание.
– Какие дурацкие законы! И что, этого несчастного уже ничего не спасет?
– Спасение есть, но шанс очень маленький. За него может вступиться заступник и выйти на испытание. Но какой же нормальный орк станет заступаться за приговоренного? Все ждут, чтобы это дело побыстрее закончилось и наступил мир. Приговоренного просто обезглавливают. Без мучений. Вот так-то.
Ганга посмотрела на меня, и в ее взгляде был вопрос. Я почувствовал, как неожиданно натянулась и завибрировала нить кровной связи.
– Это ты? – услышал я ее голос у себя в голове.
Я отрицательно покачал головой и ответил одним словом:
– Крулы.
– Это все равно что ты, Ирри. Зачем?
– Так хотел глава рода.
– Старый лорх… – Последовало древнее оркское ругательство. – Я его прокляну.
– Его надоумил твой дед, – передал я.
– Я догадалась. Они решили избавиться от нас и таким образом примириться с давними врагами. Ищут союзников. Я буду готова прикрыть от атаки духами. Девочка поставит ледяную завесу. Она это делает хорошо. Береги себя… любимый.
Я улыбнулся, приободряя ее.
– Не переживай… любимая. – Слова, которые жили во мне и в ней, прятались за показной черствостью и не находили выхода, теперь вырвались сами из темницы смущения, пусть и с небольшой заминкой. Они, как водный поток, сломав все преграды, обнажили наши настоящие чувства. Кровная связь открыла нас друг другу, без ширмы слов и шелухи сомнений. Их унесло этим потоком.
– Я с тобой пойду до конца, – сказала она.
– Мы будем жить долго и счастливо, – ответил я.
День тянулся словно год. Светило медленно катилось по небосводу. Вокруг лагеря нарастала напряженность. В ауре, которая разливалась и накрывала холм, она начинала тихонько звенеть. Противник собирал силы для атаки. Он надеялся покончить со мной одним ударом. Откуда я это знал? Интуиция. Нас незримо обкладывали со всех сторон, уплотняя боевые порядки. Рок собирал силы для последней атаки.
Я сидел в трансе, работая как живая вычислительная машина. Внутри моих слоев сознания температура росла скачками. Сотни, а потом тысячи вариантов возможного развития ситуации просчитывались в уме и отбрасывались как ненадежные. Рок знал, что делал, и подготовился тщательно. Но, проиграв мне несколько раз подряд, он создавал немыслимый резерв мощностей, накачивая своих пророков. А что мог противопоставить я? Свою соломку против его лома.
Сквозь завесу транса я услышал тихий испуганный шепот Су: