Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Вейс сел, достал сигарету и затянулся.
В капсуле молча лежал голый офицер. Это тоже был фактор воздействия на психику Мак Реза, который учитывал Блюм. Голый человек чувствует свою беззащитность. Время неумолимо шло. Взгляд листера метался по сторонам, ища выход и не находя его.
Над капсулой стелился табачный дым и стояла тяжелая тишина. То, что пообещал ему адовец, осуществить было вполне реально. Мак Рез был неглупый парень и возможности этой всесильной службы знал.
– Ну что же, сынок, твое время вышло. – Над ним опять появился пожилой человек. – Сейчас мы узнаем, глуп ты или нет.
Мак Рез, не в силах ответить, молчал.
– Как хочешь, – равнодушно произнес человек. – Приступайте, док.
С другой стороны появился человек в синем медицинском костюме и маске. Рез мгновенно понял, что с ним не шутят и все сказанное не было попыткой его запугать.
– Стойте! – в страхе закричал он. – Я готов ответить на ваши вопросы. Что вы хотите знать?
– Я хочу, сынок, сотрудничества. Я хочу, чтобы ты жил и делал карьеру. А узнать то, что мне необходимо, я могу и без твоего участия.
– Гарантии, сэр… Какие вы мне дадите гарантии?
– Секретного агента под прикрытием. Тебя это устроит?
– Да, – еле слышно проговорил офицер.
– Тогда расслабься и начинай давать показания. Вопросы тебе скинули на нейросеть.
Через час Мак Рез покинул корабль, неся в руках небольшую коробку, и направился к выходу из причального коридора. Ничто в нем не выдавало, что он только что избежал смерти и стал служить новому хозяину.
Проводив гостя, Вейс с подчиненными стал просматривать информацию, выложенную пальдонийцем. Мальчик быстро поплыл, умный и слабовольный, в общем, как и все пальдонийцы. Понимая, что выбора у него нет и его все равно «выпотрошат», он принял правильное решение. Вот что значит репутация, с усмешкой подумал Вейс.
– Вот! Это наш противник. – Вейс указал на всплывшее имя. – Оригон Севеньрон, межратор, член законодательного собрания Ассамблеи Объединенных Миров от Автократии Пальдоны. Папенька начальника нашего Оперативного управления. Он смог протащить своего человека в адъютанты к генералу Милю Шрехту. Его служба безопасности, получив информацию от Мак Реза, отправила свой корабль за агентом. Расклад нам ясен. Какие будут предложения по контригре, господа?
– Это смотря какие цели вы преследуете, шеф, – отозвался Абель. Он переглянулся с напарником.
– Да, шеф, – подтвердил Штифтан.
– Цели у нас ясные и простые. Доставить живыми и невредимыми бойцов, которых захватил агент. А Севеньрону подкинуть дезинформацию, что его корабль погиб, а агента вывезли… Куда?
– К соседям, на станцию Шлозвенга, – подсказал Абель. – Туда прибудет группа захвата из центра. Мы ее берем, и они нам рассказывают, кто и зачем их послал. Предъявляем свидетелей судебной коллегии. Шум в новостях. Головы летят у начальников, а мы все идем на повышение.
– Эх, молодежь! – Вейс огорченно покачал головой. – Учить вас и учить. Наша работа не терпит шума. А сильные мира сего обид не прощают. Надо действовать тонко и вдумчиво. Но первую половину плана я утверждаю. А дальше я организую неофициальную встречу с Севеньроном. Даю ему расклад и выдвигаю наши условия. Он по-тихому забирает сынка и голосует за меня в межрате. Я, став межратором, продвигаю вас на должности. Вот как это делается. Оригон остается мне должен и понимает, что я не враг и войны между нами не будет. Его сын не теряет репутацию и получает новую доходную должность. А на его место идет… но, впрочем, сейчас это не важно. Идите думайте, а я схожу в гости к генералу.
– Шеф, я не понял. А как же его связи с синдикатом? – спросил сильно удивленный Абель. – Мы что, не будем распутывать эту ниточку?
– Не будем, – спокойно ответил Вейс. – На другом конце нити будет наша нечаянная смерть, ребятки. Мы ничего не сможем доказать. Межратор скажет, что это самодеятельность его собственной службы безопасности. Оригон такая рыба, что всегда сорвется с крючка. Но отомстит обязательно. Говорю с вами открыто. – Он с прищуром посмотрел на помощников. – Прониклись?
 
Оба энергично закивали.
– Вот и правильно, – улыбнулся Вейс. – Ну я пошел. Думайте.
Дорога к офису генерала была неблизкой. Можно было воспользоваться лифтами или такси, но Вейс хотел все хорошо обдумать. Он вторгался в такие сферы влияния, что любая даже самая маленькая ошибка будет стоить ему не только должности, но и жизни. Оригон – это только верхушка айсберга. За ним стоят влиятельные семьи как минимум десяти планет. Именно эта группа лоббистов крупных корпораций продвигает идею открыть сектор Зеро. Они хотят бесконтрольного разграбления этого мира. Ингредиенты для мазей и лекарств. Омолаживающие препараты. Это триллионы кредитов. За это они могут уничтожить весь мир, не то что какого-то начальника управления. Но пока их аппетиты сдерживались большинством в межрате и АДом. Вот поэтому эта группа пыталась везде насадить своих людей, а Вейс и ему подобные вели с ними войну. Скрытую, опасную и полную компромиссов.
На этот раз противники отступят. Военные, узнав о их роли в гибели своих людей, потребуют крови. Сынка не сдадут, но будут согласны уступить в другом. В руководстве АДа появится нужный человек, и за меня проголосуют, поставив на нужное место, размышлял Блюм. Но что потребуют взамен? А взамен они потребуют голову Демона. Он слишком много узнал. Он стал как кость в горле для этих господ. Навряд ли они поверят на слово, что он будет молчать. Его обязательно достанут и все равно «выпотрошат». Потом возьмутся за меня. Инициируют парламентское расследование незаконной деятельности межратора Блюма Вейса, и чем это закончится, одному космосу известно. Надо что-то решать. Вейс поморщился. Не хочется, но надо. На кон поставлено слишком много. Конечно, отдавать им живого агента нельзя. Нельзя отдавать даже мертвого. Прости, Демон, но так надо.
Вейс толкнул дверь и вошел в приемную генерала Миля Шрехта, заместителя командующего ССО по тактическому сопровождению, командира космодесанта.
Инферно. Четвертый слой
В прохладной проточной воде я отмокал около часа. Просто лежал бездумно, наслаждаясь тишиной и покоем, восстанавливал силы и приводил в порядок изрядно потрепанные нервы. Хотя, утверждая, что в моей голове не было мыслей, я был не совсем прав. Совсем не думать у меня не получалось. Впечатлений в этом походе я набрался выше крыши. Такого удара по самомнению и гордости я не получал с времен общения с Маргаритой Павловной. Та всегда умела показать, чего я стою в ее глазах.
Так что, приходя в себя и приводя свои нервы в порядок, я лениво ворочал мозгами, пытаясь разобраться, а что, собственно, я сделал неправильно. Взлететь так высоко и упасть так низко, до бесправного раба, это действительно было очень больно. Шиза не беспокоила меня своими наставлениями, утешениями и нытьем, и я ей был за это благодарен. Причем надо сказать, страдал не Ирридар, страдала вторая сторона моей личности – землянин Глухов. А я никак не мог выбрать чью-либо сторону. А собственно, зачем делать выбор?
Кто лучше ориентируется в местных реалиях? Конечно, Ирридар. Поэтому раз я не вижу проблем с этой стороны, значит, и беспокоиться не о чем. Я жив, почти догнал Тору и освободился из рабства. Перестав укорять себя за ошибки, я расслабился, отбросил глупые навязчивые мысли и задремал. Как же хорошо ни о чем не беспокоиться, ни о чем не думать, а просто нежиться под теплыми лучами светила.
Мое безмятежное состояние нарушила тень, заслонившая местное солнце. Я приоткрыл один глаз, и благодушие, в котором я пребывал последние полчаса, моментально исчезло. И было от чего. Этот мир преподносил мне сюрприз за сюрпризом. Рядом с ручьем, заслоняя солнце, стояла огромная студенистая фигура.
Твою дивизию! Все-таки в прошлый раз мне не показалось. «Кровавый туман» в самом деле принимал форму человека.
Монстр был метров шесть в высоту и метра два в ширину. Чудище, порожденное мной и местным вывертом магического излучения, не проявляло агрессии. И мне казалось, что оно смотрит именно на меня, хотя глаз или чего-то подобного у него не было. Просто сформированная масса киселя, напоминающая человекоподобное существо.