Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Он покинул кабинет. Спустился на три уровня ниже и зашел в помещение, не отмеченное ни на одной схеме. По гравилюку спустился еще ниже и попал в свой настоящий кабинет, о котором знал только он. Именно сюда стекалась вся важная информация по сектору.
Демон сообщал, что наладил связи с одним из князей тьмы, который сотрудничает с валорцами. На территории его домена есть хорошо защищенная база с телепортационным центром и кораблями на орбите. Фактически князь утратил контроль над пришельцами, и ему нужна помощь. Требуется постоянное присутствие сотрудников АДа на всех планетах сектора. Он прислал координаты центра преступников для проведения операции силами СО (специальных операций). Непосвященные не знали, что за скромной вывеской УАДа скрывается могущественная спецслужба, обеспечивающая общественную безопасность Объединенных Миров. Формально на границе она была подчинена пограничным силам, но фактически стояла над ней и могла в считаные часы мобилизовать и привести в движение огромные массы сил и средств. АДа боялись, его ненавидели, от него старались держаться подальше.
Блюм вернулся в свой кабинет и вызвал «секретчика»:
— Жордан, эта шифровка в центральный офис. Это ответ Управлению пограничных сил сектора. Отправляй немедленно. — Он положил флэш-карты в бокс секретной почты и закрыл его. Система работала по старинке, но выверенно и надежно. — Передача из рук в руки без использования пакетов нейросети.
Вейс был доволен. Не зря он ел свой хлеб. Задача обнаружить место утечки из закрытого сектора была выполнена, и он утер нос этим пижонам из Управления. Он не сомневался, что активную фазу операции Оперативный директорат управления АДа в этой части галактики, возьмет на себя. Он понимал, что те уже будут крутить дырочки для орденов и примерять мундиры с новыми знаками отличия.
  
ГЛАВА 3
 
Спутник. Степь 
Я не спал больше двух суток, и мне требовался отдых. А также моральная релаксация от встречи с Гариидой, поэтому я залез в медкапсулу, включил режим восстановления и отрубился на два часа. Когда крышка с легким шипением открылась, я был свеж, полон сил и готов к новым свершениям, ну и к подвигам, наверное. Кроме того, поднялся из капсулы с обретенной новой базой — «Культы, верования и обычаи примитивных цивилизаций» и «Особенности дипломатии в доисторическую эпоху». Это даже не база, а чей-то научный труд, претендующий на истину в первой инстанции.
— Крошка, зачем мне эта галиматья? — Это был первый вопрос, который я задал моему ангелу-хранителю. Шиза, как наседка, обложила меня перышками в гнездышке и подсовывала информацию, которую посчитала нужным мне знать.
— Пригодится! — ответила она, и я вспомнил анекдот про эстонского крестьянина.
Едет Пуйка (парень по-эстонски) по дороге на лошади, смотрит — лиса раздавленная лежит. Поднял и говорит сам себе: «Приггаддиттся, может быть». Через год возвращается и выбрасывает вонючую шкурку: «Не приггаддиллась». Так, видно, и со мной случилось — «приггаддиттся», может быть.
— Как там новоселы, обживаются? — поинтересовался я.
— Обживаются, — кратко ответила Шиза.
— Как обживаются? — Мне стало интересно, отчего Шиза стала такой краткой, как рассказы Чехова. — Конфликты с Лианом? — спросил я, подозревая, что между ними не совсем заладилось.
— Нет, малыши от рук отбились, наловили рыбы и на лошади отвезли улов в кибуц. — Голос Шизы и все ее интонации выдавали в ней некую растерянность и легкую обиду.
— Надо же! Шаманы и лошадь в жезл засунули! — удивился я. — А рыба откуда?
— Пока ты в кустах лежал, этот Лиан сделал им удочки, и малыши стали ловить рыбу в моем пруду. Я поверить не могла, что там что-то водится. Сначала посмеялась, а когда они наловили целую гору, я поняла, что этот приживал заставил их мух ловить в кустах, где ты прятался, а здесь они превращались в рыбу. Потом он стал конем, и они повезли рыбу в поселение. Теперь малыши на нем катаются, а я одна, — с обидой добавила она.
 
— А как он выглядит?
— Конь он и есть конь, — рыкнула она и ушла в фоновый режим. Теперь до нее не достучишься.
— Эх, женщины, женщины, — вздохнул я, — вам вечно не угодить, — и пропел: — «Одного целуешь, а мене кусаешь. Тю-тюр-тю, тю-тюр-тю, а мене кусаешь».
Кроме обиды симбионта на симбионта у меня были или, правильнее сказать, передо мной стояли более важные задачи. Обеспечить безопасность посольства и нагадить враждебным племенам. Поэтому я скомандовал «бапиш» («вперед» на фарси) к посольству и очутился в вечерней степи, в густых кустах, и не один. Рядом со мной сидели два эльфара под иллюзией. Они дернулись, но я ушел в боевой режим и недолго думая просто зарубил обоих своим нехейским мечом. Мне даже силу не надо было накачивать, Лиан добавил ровно столько, чтобы пробить щиты и раскроить им головы. Потом перешел в «скрыт» и ушел оттуда небольшим телепортом. В этот момент мне пришло озарение: «Чему я нэ сокил, чёму нэ летаю?» Имея пояс левитации и попутный ветерок «воздушного кулака», можно не оставлять следов на земле. Чтобы обнаружить меня в «скрыте», нужно применить развеивание. «Но кто его будет в степи применять? Да никто», — ответил я сам себе. И, поднявшись метра на три, спокойно полетел над степью.
Горел закат, ложились длинные тени, а впереди обоз посольства обосновывался на ночлег, как всегда с шумом, руганью и суетой.
Из лагеря метнулись смазанные силуэты, и, рассмотрев их, я понял, что это Гремучие Змеи. Оставив их проводить ближайшую разведку, я полетел дальше.
Умгар, опытный ветеран Гремучих Змей, сразу почувствовал запах крови. Он остановился и поднял кулак. Все замерли. Он указал вытянутой рукой направление, и орки стали окружать опасное место. Осторожно исследуя окрестности, они медленно приближались к кустам, откуда исходила угроза, готовые в любой момент к встрече с противником. Наконец сошлись у кустов и напряженно смотрели на распростертые тела лесных эльфаров.
— Трофеи не забрали, — присев рядом с телами, сказал Умгар. — Поднимайте их как есть и отнесем послу, — скомандовал он. — Брынга, ты остаешься на разведке, — приказал он самому молодому воину.
У шатра посла стояло несколько разумных: сам граф, который хмуро взирал на мертвых союзников, магистр Луминьян, быстро шмонающий по сумкам и телам эльфаров, и орк Умгар.
— Что скажете, мессир? — спросил граф мага, который с кряхтением поднялся.
— Это рейдеры, тан Саккарти, — ответил Луминьян, — и их убили не более часа назад, это все, что я могу сказать, — развел он руками в стороны, как бы оправдываясь пред послом за недостаток информации. — Кто-то идет перед нами и убивает всех, кто может угрожать посольству. Только такой вывод я могу сделать из всего того, что мне довелось увидеть.
— И кто это может быть? — Граф бросил взгляд на орка. — Воины Быр Карама?
— Это Худжгарх, — спокойно ответил орк. — Пришло его время.
Он развернулся и ушел, затерявшись среди повозок. Саккарти долго смотрел ему в след и спросил мага:
— Кто такой Худжгарх?
— Я не знаю, но слышал от снежного эльфара это слово. Какой-то дух мести.
— Дух мести, — повторил граф. — Духи мечами не машут, мессир.
Вечный лес 
Кирсан-ола смотрел ничего не выражающими глазами на агента, только что прибывшего из Оркских степей. События разворачивались странным и непостижимым для него образом, путая карты в задуманной им комбинации. Он был не просто в ярости, он был потрясен. Но ничем не выдавал своего состояния. Глаза смотрели внимательно, но без напряжения, голос был ровен, а само тело начальника тайной стражи Леса было расслабленно и вольготно развалилось в удобном кресле. Тщательно выверенная и продуманная операция рассыпалась как карточный домик, и инициатива терялась, как убегает вода из рук, просачиваясь сквозь пальцы. Его специалисты не только не контролировали ход ситуации, они не поспевали за ее развитием. А посольство Вангора медленно и спокойно двигалось к ставке великого хана.