Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

– Собирайся, поедем к графу. Отцепляй мою кобылу и седлай ее. Хоть тут и недалеко, но пешим идти – уронить достоинство, – сказал Луминьян. Потом посмотрел на меня и предупредил: – И рта там не раскрывай, от греха подальше.
Когда мы подъехали, посол был уже готов и в нетерпении ждал кого-то. Скоро появился еще один посольский и, мазнув по мне взглядом, скривился.
– Ну, можем ехать, – сказал граф и пришпорил коня. Мы потянулись следом.
Магистр, что странно, очень ловко держался в седле, с невозмутимым видом глядя строго перед собой. Ага, понял я, он не хочет встречаться взглядом с орками.
У стойбища нас встретила шаманка с братьями, и мы беспрепятственно въехали в табор. Взрослые орки не обращали на нас внимания, а вот босоногие детишки высыпали отовсюду и смотрели с большим любопытством. Неожиданно один орченок постарше поднял камень и запулил им в меня. Пришлось перейти в боевой режим и на лету перехватить булыжник, точнехонько летевший мне в голову. Выйдя из ускорения, я повертел его в руке и подбросил вверх и в сторону маленького негодяя. Создал иллюзию, и камень на лету превратился в удава, убитого мной в приграничье. Он страшно зашипел, упав около малышей, те истошно заорали и бросились бежать прочь. Магистр удивленно и очень укоризненно посмотрел на меня. Пришлось развеять такую почти реальную иллюзию. Зато шаманка в упор уставилась на меня, изучая долгим взглядом и пытаясь проникнуть в мои мысли. Но Шиза вышвырнула ее оттуда, похоже, пинком, судя по ошарашенному виду орчанки. Я тоже, как и магистр, принял невозмутимый вид и так ехал дальше.
В центре стойбища стоял красиво разукрашенный большой шатер, охраняемый воинами. Все слезли с коней, граф, магистр, а также третий посольский подошли к шатру, развернулись спиной к входу и так вошли вовнутрь. Я и мои новые родичи остались снаружи.
– Привет, родоки́, – поздоровался я. – Это и есть ставка великого хана?
Братья, не ответив на мое приветствие, презрительно фыркнули, а Ленея улыбнулась.
– Нет, хуман, это стойбище одного из племен, а точнее, племени сивучей, а ваш посол пошел к вождю племени муразе Шадлыб Уркую. Так сказать, с визитом вежливости.
– А чего они спиной заходили, на муразу смотреть нельзя? – мне все было интересно – и жизнь кочевников, и их правила поведения, и привычки.
Братья опять фыркнули. Я посмотрел на них, обошел кругом.
– Ты чего их рассматриваешь? – удивленно спросила шаманка.
– Да вроде не кони и не быки, а фыркают, – с серьезным выражением на лице ответил я.
Ленея не смогла сдержать смешок, но вот братишки стали прожигать меня глазами.
– Ой-ой-ой, как страшно. – Я закрылся от них руками. – Они что, немыми стали? – поинтересовался у их сестры. – И ответь наконец на вопрос: почему посол заходил спиной?
– Спиной хуманы заходили, чтобы показать, что у них нет злого умысла, – ответила девушка-орчанка. – А братья молчат, потому что они в чужом стойбище. Нас пока не пригласили в гости.
– А ты почему не молчишь? – Я посмотрел на нее. Мне, я так понимаю, говорить можно, я с послом, а его пригласили. – Учитесь, дурни, выбирать правильную сторону, а то всю жизнь молчать придется, – обратился я к оркам.
На братьев нельзя было смотреть без смеха. Они вылупили глаза, надули щеки, пряча в них свое невысказанное возмущение, а их узкие глаза раскрылись, как лепестки позднего пиона. Шаманка еле сдерживала смех, а я продолжил:
– Слушайте и запоминайте, старшая здесь Ленея, потом я. Запомнили? – выдал я им новую расстановку сил в отряде рода.
Выдыхая воздух, как спуская надутый шарик, Модрыз спросил:
– Это почему еще?
– Потому что она старшая шаманка рода, – невозмутимо ответил я.
Орки вылупились еще больше.
– Мы не про нее, – начал спускаться шарик Угрыза. – Почему ты после нее?
– По двум причинам, – ответил я и замолчал.
Шарики братушек спустились, и они тоже замолчали, пытаясь убить меня взглядом. Ну-ну, подумал я, глаза не сломайте.
– И что это за причины? – с интересом спросила шаманка, окидывая меня оценивающим взглядом.
 
– А почему ты не молчишь? – вопросом на вопрос парировал я.
– Я женщина, мне можно. – Она вопросительно продолжала смотреть на меня.
– Я сильнее их, – улыбаясь, назвал первую причину.
Она кивнула.
– А вторая?
– Я умнее, – не церемонясь с чувствами орков, назвал я вторую причину. – А для рода не важно, хуман ты или орк, – высказал я свое мнение. А что, коли приняли согласно обычаям в свой род, то не фига смотреть на морду и искать клыки.
– Ты, малыш, невозможен. Но с твоими словами трудно поспорить. Только смотри, найдется много желающих оспорить твое старшинство. – Она стояла и смеялась надо мной.
– Это их право, – не стал возражать я, уже понимая, что мне придется пройти по лезвию ножа, отстаивая свое право числиться в роде и занимать в нем достойное место. Можно, конечно, задаться вопросом, а зачем мне это все надо – род орков, проблемы, связанные с ним? На это у меня четкого ответа не было, но имелось внутреннее убеждение: вот надо, и все. А как вести себя с теми, для кого культ силы – это царь? Только показывая, что ты сильнее. Ну и умнее, конечно.
Сканер показал несколько красных меток, предупреждая о враждебно настроенных существах, приближающихся к нам. Вот и первые подходят для получения пряников.
– Ленея, к нам идут четверо. Будьте готовы к скандалу, – предупредил я.
Она удивленно посмотрела на меня, покрутила свое ожерелье из серебряных бляшек и стала очень серьезной. Скоро показалась и сама четверка: три здоровенных орка, обнаженных по пояс, и маленький молодой шаман с каким-то очень гнусным взглядом, которым он смотрел на Ленею. Боковым зрением я видел, как братья сжались и осунулись, будто из них вытащили стержень. Я почувствовал в них странную обреченность. Шаманка, наоборот, зло сжала губы.
Четверка подходила не спеша, в полном осознании своей силы и власти. Когда между нами оставалось шагов пять, я вышел вперед из-за спины братишек, преградив путь новоприбывшим. Это явилось неожиданностью и для тех, и для других.
– А ну, прочь с дороги! – сказал я и нагло уставился на противников.
Все четверо замерли в крайнем изумлении: какой-то мелкий хуман посмел бросить им вызов в их же стойбище! Но это продолжалось недолго.
– Уйди, сопля, – презрительно каркнул шаман, – и, может быть, останешься жить.
– Ты на себя смотрел, выпердыш? – произнес я, ухмыляясь: задачу спровоцировать орков и оттянуть на себя я выполнил и ждал продолжения.
Оно и последовало. Шаман, не говоря больше ни слова, встряхнул свой жезл с навершием из черепа разумного. Но я был уже в боевом режиме, метнулся к нему, отобрал жезл, сунул в сумку и дал ему хорошего пендаля с усилением. Но хорошенького понемногу, поэтому сразу вышел из ускорения и увидел, как шаманенок с воем улетает за шатер вождя.
– Что это с ним? – недоуменно спросил я у громил. – Он что, летать любит?
Но те стояли молча, смотря вслед улетевшему шаману, их магическая поддержка скрылась за шатром. А потом с воплем выскочила обратно и, потрясая кулаками, понеслась на нас. Тройка орков расступилась, уступая дорогу брызжущему слюной бегуну, а я вновь вошел в ускоренный режим, отошел в сторону, пропустив его мимо себя, и придал ему ускорения сильным пинком ноги. Вышел из режима и посмотрел на новый полет урода.
– Ну как пчелка! – сложив руки на груди, умилился я. – У вас так всегда гостей принимают? – вновь обратился к трем мордоворотам с клыками, как у кабанов.
Орки завороженно провожали взглядом совершавшего новый полет шамана. Не успокоившись, маленький колдун, хромая, бежал обратно. Он думал, что его полеты уже закончились – ага, «щас», я только начал. Ушел в ускорение, прыгнул к малому, наслал на него заклинание «торнадо» и снова пендалем отправил полетать. Вернулся, вышел из ускорения и стал смотреть. В воздухе стремительно кружился столб пыли и земли, потом опустился и развеялся. Того, что мне довелось увидеть, я предположить не мог. Торнадо, усиленное магией крови, оставило от шамана только один голый скелет, почти как в кабинете анатомии в нашей школе.