Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
– Какой курс? – спросил меня худющий и длинный, как жердь в заборе, магистр.
– Самый первый, мессир, – радостно возвестил я, хотя понимал, что его это мало обрадует. Иметь помощником неумеху никому не хочется.
– А чему ты радуешься, дурень? – глядя на меня с высоты орлиного носа спросил мой новый начальник.
– Так тому и радуюсь, что могу научиться у вас многому, – так же радостно ответил я.
Магистр только хмыкнул:
– Ну-ну, тогда вон посуда после алхимических опытов, иди мой ее, – показал он своим крючковатым носом на угол комнаты, где в плетеных корзинах лежала использованная и грязная алхимическая посуда.
– Сей момент, – сказал я и вышел под удивленным взглядом магистра.
В коридоре я поймал за шиворот грузчика и потащил в лабораторию. Не обращая внимания на жердину в мантии магистра, я показал мужику на корзины и приказал:
– Бери их и тащи на мойню. Знаешь где это?
– Знаю, ваша милость, – поклонился он, и мы вышли.
На мойне я применил заклинание Изи и теперь сам понял, насколько это удобно. Облил водой, сплел заклинание, и готово – первозданная чистота.
– Здорово у вас это получилось! – восхитился мой нечаянный носильщик.
– Бери корзины и тащи обратно, – приказал я. – Нет, стой! Иди за мной.
Я решил не спешить докладывать магистру о выполнении работ, этот сухарь заставит меня еще что-нибудь делать. Вечером сам отнесу.
Глава 11
Бродомир. Степи
Расположили сотрудников посольства по статусу. Обслуга жила в общих казармах, аристократы, и я в том числе, – на втором этаже внутренней крепости. Свою комнату я делил с каким-то секретарем посольства. Кто он был и чем занимался, я не знал, да и не знать не хотел. Меня больше заинтересовал сам город, где собирался самый разнообразный люд и нелюдь. Вот в ближайший трактир я и направился. А где как не там можно узнать последние вести из степи и вообще познакомиться с приграничной жизнью?
В помещении трактира оказалось полно разного народа, все столы были заняты, и стоял многоголосый хор разговоров. Я осмотрелся, где можно примаститься, и увидел своих новых знакомых, несостоявшихся устроителей нового Рима. Ромул сидел рядом со своим напарником и тремя крепкими парнями, очень знатно экипированными и вооруженными. У всех троих были длинные отвислые усы, придававшие им сходство с запорожскими казаками, загорелые до черноты лица, а поджарые фигуры выдавали в них опасных и умелых бойцов. Один выделялся огромными размерами, как Борт. Я прямиком направился к ним. Ромул заметил меня и, весело помахав рукой, крикнул, пытаясь перекричать гул, стоящий в трактире:
– Студент, давай к нам. – Был он уже красный от выпитого и навеселе.
– Добрый день, рены, – вежливо поздоровался я и уселся на свободное место. – Вы позволите вас угостить?
Самый лучший способ наладить отношения – это выставить бесплатное угощение. Что я и собирался сделать.
– Я же говорил, студент отличный парень! – весело хлопнул меня по плечу воин и позвал пробегавшего мимо подавальщика: – Мутавей, три бутылки белого лигирийского и… – Он задумался. – А тебе, студент, чего? – Он посмотрел с сомнением на меня, оценивая мою молодость.
– Мне цвар с травами, – попросил я.
Подавальщик слегка кивнул и убежал.
– Знакомься, студент, это ребята из отряда «Степные варги», они будут сопровождать и охранять посольство к хану орков. Это десятник Дрез, – кивнул он на здоровяка, – а это братья Мрачек и Гроздя.
Я с удивлением посмотрел на наемников:
– А разве посольство не армейские охраняют?
– Нет, студент, солдаты в степи беспомощны, как малые дети, это только если армию брать с обозами, маркитантами. Но кто же для посольства армию отправлять будет? – засмеялся десятник. – Степь, она тишину любит, – добавил он. – Вот тебя, молодого, за какой надобностью в степь потянуло, приключений захотелось? – прищурившись, спросил он.
– Нет, меня на время спровадили подальше из академии. Мои опыты кое-кому не нравятся, – ответил я вроде и правду, но в то же время туманно.
– Ссылка, значит, – усмехнулся в усы Дрез.
Подавальщик принес вино и кружку горячего цвара.
– Ты меч в руках держал когда-нибудь? – пригубив вино, продолжил расспросы Дрез.
– Бывало, – ответил я.
– Тогда слушай, студент. Орки любят подраться и прямой взгляд в глаза принимают как вызов. Поэтому избегай смотреть на них. Будешь смотреть исподтишка – примут как оскорбление, вызовут на поединок. Ну, остальное в походе расскажу. Сиди тихо как мышка – и вернешься обратно. Может быть, – добавил он.
За нашей спиной раздался шум, и мимо прошли орки, вернее, два орка и одна орчанка. Вот на нее я и вылупился. Одета она была в облегающие кожаные лосины, сверху кольчуга тонкого плетения. Но главное то, что правая грудь ее была оголена полностью и стояла, как налитое крупное яблоко. За ее спиной висел небольшой композитный лук, а на поясе нож и жезл из черного дерева с навершием в виде головы змеи.
Не успел я насмотреться на это чудо, как орчанка резко развернулась и посмотрела на меня. Кожа ее была золотистой, в отличие от зеленоватых орков, и клыки выпирали из нижней губы не так сильно. Я поднялся и сказал первое, что пришло в голову: «Здрасти, леди». Леди вроде как улыбнулась и показала все свои острые зубки, а может быть, просто оскалилась, кто их разберет, степных лядей, и быстро сделала ко мне два шага. Не останавливаясь и ничего не говоря, очень стремительно пальцами ударила мне в горло. Но я давно был в боевом режиме и слегка отклонился, пропуская смертельный удар мимо. Выход из ускорения, и я, так же глупо улыбаясь, продолжаю стоять напротив нее.
Орчанка тоже замерла, с удивлением смотря на меня и явно не понимая, что произошло – то ли я отклонился, то ли она промахнулась.
– Поединок, хуман, – в бешенстве словно выплюнула, а не произнесла она.
– Сожалею, мадам. Не знаю, как вас правильно величать. Но я еще несовершеннолетний и не могу сражаться на мечах. Могу на кулаках. Но женщин не бью, – ответил я на ее вызов.
Мои слова вызвали смех у орков, стоящих за спиной лучницы, и у наемников за нашим столом. Еще громче расхохоталась сама орчанка.
– Ты кто, малыш? – сквозь смех спросила она.
– Студент Азанарской академии магов, – не называя своего имени, представился я.
– Тогда магический поединок, от него ты не отвертишься. Но не бойся, ты меня позабавил. Я тебя убивать не буду, только покалечу за твою наглость. – Она продолжала показывать мне свои клыки. Причем они ее не портили.
– Могу поинтересоваться причиной вашего вызова? – спросил я. Надо же было разобраться, в чем дело. В глаза не смотрел, исподтишка тоже. Взгляд мой прирос к ее груди и только, но про это мне «Степные варги» не говорили.
– Ты пялился на меня! – почти выкрикнула она.
– Неправда, – ответил я и увидел, как расширились ее глаза.
– Ты хочешь сказать, что я лгу? – Она это не проговорила, а прошипела, как удав Ка, вопрошая Маугли: «Так они называли меня грязной лягушкой?»
– Нет, тана, – я решил подольститься, – я вами любовался.
– Ты или очень глуп, малыш, или очень нагл, – уже спокойнее ответила она, – что в общем-то одно и то же. Следуй за мной на арену, – приказала она.
Я вылез из-за стола и пошел в шаге от нее.
– Все-таки я бы на вашем месте был осторожен, – сказал я ей в спину и тут же ткнулся в нее носом. От орчанки пахло женским телом и травами. Она резко затормозила и повернулась так, что ее грудь с широким коричневым ободком соска оказалась на уровне моих глаз.
– Это что ты сейчас такое сказал, паршивый сквоч? – Она уперла руки в бока.
– Когда идешь стричь овец, не забывай, что и сам можешь быть острижен, – ответил я прямо, смотря на острый сосок.
– Я выжгу тебе глаза, – прошипела она.
– За что это? – Я спросил просто так, чтобы не оставить последнее слово за ней.
– За то, что ты пялишься на меня, вот за что!