Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Исидора из башни вышла через полчаса. Прошла квартал и села в коляску. Прокс следил за ней из-за угла. Наблюдателей, которые бы пошли за девушкой, он не заметил. Успокоившись, подошел и помог ей забраться в коляску.
— Ну как все прошло? — спросил он, когда они поехали прочь.
— Все хорошо. — улыбнулась раскрасневшаяся от быстрой ходьбы Исидора. — Маг принял меня, забрал медальон и внимательно выслушал. Я купила свиток и амулет проклятия мужской силы. Вот. — Она вытащила из-под юбки, задрав ее выше колен, свиток и серебряный амулет на серебряной цепочке.
— Ты все это спрятала в панталонах? — удивился Прокс.
— А куда еще я могла их положить? — удивилась вопросу девушка.
— Ты прятала при маге?
— Да. Он старый и лишь рассмеялся. Пожелал удачи в моей войне. Приглашал еще воспользоваться его услугами. Я за все отдала тридцать камней. Ты доволен?
— Вполне, — кивнул Прокс. — У нас есть еще один день и одна ночь до праздника. Надо подумать, как попасть в замок.
— Попасть в замок просто, — отозвалась девушка. — Нужно пошить одежду побогаче и приехать на праздник. Там мы представимся как пан и пани Сыстровецкие из Трщебича. Это другое воеводство в Черславском княжестве. Герцогство Лаварское — доминион Гишпандии. А Черславское княжество входит в Мадьярское королевство. Так что нас не узнают, но обязательно примут. — Аврос, — скомандовала Исидора, — поезжай на улицу Зеленый клин, — и пояснила посмотревшему на нее Проксу: — Там лучшие портные княжества.
Весь день ушел на примерки новых нарядов и покупки украшений для Исидоры. Она выбрала невычурные и не самые дорогие наряды для обоих и скромные по столичной мерке украшения: бусы из янтаря, такие же серьги, золотой браслет с янтарем и пару колец с желтыми аметистами.
— В Трщебиче добывают янтарь, — пояснила она свой выбор украшений. — Будет вполне правдоподобно, если у меня будут украшения из янтаря. Красиво и не очень богато. Все в меру.
Прокс вынужден был снова согласиться.
Вечер был занят любовными утехами. И Исидора добирала то, что не получила утром. Утром получила то, что не хватило с вечера.
Поднялись после обеда. Позавтракали. Погуляли по городу и продумали примерный план, как использовать свиток. На вопрос Прокса, зачем ей понадобился амулет проклятия, Исидора мстительно прошипела:
— Накажу своего жениха, что предал меня. Пусть его писюн вечно скорбит.
— Так поздно, его отравила твоя сестра. Она подкатывает к самому Радзивиллу.
— Ты в этом уверен? — серьезно спросила Исидора.
— Так сказал Аврос.
— Хм… Моя сестра не может без любовников. Сейчас у нее все равно кто-то есть! — решительно заявила она. — Кого-нибудь да проклянем. Уверена, там будут те, кто надо мной надругался.
Прокс пожал плечами и ничего не ответил.
Вечером, принарядившись, они сели в коляску и поехали в замок.
В городе уже начался праздник. На улицу выкатили бочки с вином, элем и самогоном. Музыканты играли на скрипках и дудках. Девушки и парни танцевали прямо на улицах, превратившихся в места празднования. Горели смоляные бочки, освещая площади, и их экипаж с трудом пробирался сквозь это скопление народа.
К замку прибыли, когда стало уже совсем темно. Стража, выслушав возницу, пропустила коляску беспрепятственно. Аврос подкатил ее к парадному подъезду и осклабился.
— Хорошо погулять, ваша милость. Когда прибыть за вами?
— Все, Аврос. Ты свободен. Экипаж твой. Можешь идти на все четыре стороны, — улыбнулся Прокс.
— Ну как скажете, ваша милость. Так я поехал?
— Поезжай, Аврос.
— Ежели что, я в лесу, ваша милость.
— Понял, — кивнул Прокс и подал руку Исидоре.
Они поднялись по высокому каменному крыльцу. Швейцар с поклоном отворил им дверь, и они вошли в большое, хорошо освещенное люстрами со свечами фойе. По лестнице с ковровой дорожкой поднялись на второй этаж. Оттуда доносилась музыка и шум. Прошли мимо склонившихся в поклонах слуг и вошли в большой зал, где играл оркестр музыкантов, царил полумрак и посередине стоял стол с напитками. По залу ходили парочки: мужчины и женщины в странных нарядах и в масках. Исидора потащила притормозившего Прокса дальше от выхода. Они прошли мимо стройной женщины в полумаске с высокой прической, в черном облегающем платье, затянутом под горло. Но, когда она повернулась к ним спиной, Прокс не выдержал и кхекнул.
— Кхе… Вот же волосатый еж! — повторил он присказку разбойника. И было отчего удивляться: снизу до самой спины платья не было и дама сверкала белым голым задом.
Исидора одернула засмотревшегося Прокса и зашипела:
— Не пялься.
Рядом с экзотически одетой дамой стоял мужчина в коротких обтягивающих белых панталонах с непомерно выпирающим мужским хозяйством впереди. Исидора, раскланиваясь и улыбаясь, протащила ошарашенного Прокса в темный угол.
— Это что? — шепотом спросил пораженный увиденным Прокс. — Оргия извращенцев?
— Ты почти угадал. Только не делай такого изумленного лица. Нам не надо привлекать к себе внимания.
— Да мы уже привлекли! Посмотри, как разодеты, вернее раздеты, эти люди. У кого задница… А у той, смотри, спереди ничего нет. — Он указал кивком головы на полную женщину в пышном красном шелковом платье, у которого не было переда. Она была в панталонах с вырезом в виде сердечка. — Ты тоже так одевалась на… праздник.
— Я была молодой, меня не пускали на такие праздники. И ты знаешь, я сама удивлена. Такого раньше не было, вернее, чтобы так откровенно оголяться, было непринято… — Исидора не договорила и ойкнула. Резко обернулась и ухватилась за платье. Прокс тоже обернулся и понял, что к Исидоре кто-то мелкий залез под платье и она с кем-то молча борется. Он сунул руку под ее платье и вытащил карлика, который весело заливался хохотом.
— В трусах, — запищал он. — Она в трусах. — Он сунул руку себе под нос и с наслаждением понюхал ее. — Молодая, необъезженная кобылица. В самом соку. — восторженно воскликнул он. Прокс от его слов растерялся, а карлик ловко крутнулся и вырвался. Он убежал под стол, выглянул оттуда, показал Проксу язык, вновь понюхал руку и поскакал вприпрыжку дальше. Шлепнул по заду голозадую даму и получил пинок от ее кавалера. Кувыркаясь, улетел к стене и спрятался за висящими плотными полотнами гардин, украшавших голые стены.
— Это шут моего отца, Брум. Он сумасшедший. Гаденыш, облапил меня прямо под панталонами. — Исидора густо покраснела.
К ним подошел с подносом в руке, на котором стояли фужеры, слуга и остановился. Исидора, чтобы скрыть смущение, схватила фужер и посмотрела на Прокса. Тот тоже взял фужер. Слуга величаво удалился.
В бокале было игристое вино с пузырьками. Пахло оно весьма недурственно.
— За успех! — желая как-то ободрить смущенную девушку, произнес Прокс и поднес фужер ко рту. Сделал глоток, почувствовал, как по гортани потекла сладковатая, приятная жидкость, и в тот же миг свет погас у него в глазах.
Вечный лес. Как же. Эти лесные эльфары те еще позеры. Приписывают себе величие, которого у этого народа отродясь не было. Сами посмотрите, может ли быть великим тот, кто сам себя возвеличивает. И все дело в том, что они считают себя первыми поселенцами Сивиллы. А раз они первые, то, значит, самые главные. Ну не смешно ли возвышать самих себя лишь по праву первого поселенца. И к чему они пришли? Оказались запертые в лесу. На маленьком участке. В нем они спрятались и отгородились от всего мира. В том числе и от братьев своих орков, которые тоже считают себя первыми. Не могут поделить первенство и воюют друг с другом уже тысячи лет.
А что оставили миру эти народы за тысячи лет своего существования? Великую культуру? А где их скульпторы, художники, поэты? Где все это?
А оно у людей, которых Творец, глядя на помешанных на первенстве первых своих творений, поселил на Сивилле. Вот они-то после себя оставят и памятники, и шедевры искусства. Так что самые великие на Сивилле — это люди. Но сейчас Рок разделяет их, стравливая друг с другом. А все потому, что забыли Творца. Короткая у людей память.