Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

– Он есть, – невозмутимо ответила Ганга. – Вон следы его применения, – указала она рукой на кучу обглоданных костей. Чернокожий, ни слова не говоря, кивнул.
– Следуйте за Лу Мином, госпожа, он приведет вас к хозяину каравана, там с ним обговорите условия путешествия.
Ганга крикнула:
– Шав, выходи!.. И пусть выйдет дворф. – Она только сейчас поняла, что забыла, как зовут коротышку.
Из кустов показался один снежный эльфар, и теперь хуманы удивились по-настоящему.
Ганга посмотрела на встревоженного снежного эльфара в рваных кальсонах и по-своему поняла удивление хуманов. Первым в себя пришел желтолицый. Он наклонился к чернокожему. И так, чтобы Ганга его не услышала, прошептал:
– Это пища!
Чуткое ухо орчанки уловило его слова, но она не подала вида, что услышала и удивилась.
– Тебя как зовут, человек? – спросила она чернокожего.
– Ремсурат, госпожа. Я уже говорил…
– Так вот, Ремсурат, я хочу купить моему слуге одежду или хотя бы штаны. У вас найдется что-либо из этого на продажу? Его потрепали твари у реки, – пояснила она свою просьбу.
– Найдется, госпожа, в караване есть торговец одеждой… Если у вас есть потребность поменять свой наряд, то вы тоже сможете это сделать.
– Лу Мин, – обратился он к желтолицему, – проводи госпожу к хозяину каравана.
Фома шел по аурному следу снежного эльфара. Он, как собака ищейка, которая нюхает оставленные следы, нащупал этот след, и он привел его к придорожному постоялому двору. Двигаясь под скрытом, проник через окно второго этажа в коридор. Встал у стены, слившись с ней, и пропустил пару снежных эльфаров. Они вошли в комнату, к которой его вел след. Фома приник к двери и прислушался к глухим голосам, звучавшим из-за двери.
– Сайда-ил, куда ты пропал? – заговорил один из вошедших.
– Я испугался, братья. Меня захватил и куда-то притащил этот странный человек, а потом через меня заговорил некто, кого я не знаю. Человек выслушал и выкинул меня из того места, где мы были. Это был красивый белокаменный дворец… Я испугался и решил спрятаться от его гнева. Братья, он что-то заподозрил и как-то сумел связать меня с ушедшим Шавга-илом. Он так и спросил, куда тот унес его невесту. Он был страшен в гневе…
– А что ты ему сказал? – спросил один из вошедших.
– Я ничего не успел ему сказать, он вышвырнул меня из дворца. Теперь я прячусь здесь…
– Это хорошо, Сайда-ил, что ты не выдал нас. Собирайся, мы доставим тебя в безопасное место.
– В безопасное место?! – с растерянностью в голосе переспросил Сайда-ил. – А как же наш оркестр?
– Он обойдется без тебя.
Дальше из комнаты раздались панические крики.
– Нет! Не надо! Что выделаете?!.
Фома понял, что пора вмешаться и, шагнув вперед, открыл дверь. Его взору предстала картина насилия. Молодой эльфар забился за шкаф и отмахивался от нападавших медными тарелками, которыми играл в оркестре. «Гости» старались вытащить его и наколоть на кинжал. Действовали они неумело и только, толкаясь, мешали друг другу.
– Хватай его за ноги и тащи! – негромко рычал стоявший спиной к Фоме ближайший эльфар и размахивал кинжалом. Второй напавший старался ухватить отбивающегося эльфара за ноги и не дать второму поранить себя кинжалом. – Я не могу в него попасть. Тащи!..
Фома не стал удивляться их бестолковости, а просто оглушил того, кто был с кинжалом, затем придушил второго. Вышел из скрыта и ухватил за волосы немолодого музыканта. С силой дернул и повалил его на пол. Наступил коленом на грудь, приставил кинжал к горлу и спросил:
– Жить хочешь, снежок?
Но тот вместо ответа заверещал, как пойманный заяц.
– И-и-и!.. Помогите… Хр-р-р… – захрипел он. Это Фома слегка ударил эльфара по кадыку и заставил замолчать. Повторил вопрос:
– Жить хочешь? – Но тот хрипел и пытался вырваться из цепких рук орка. Тогда Фома свободной рукой ухватил эльфара между ног и сжал. Тот замычал и закатил глаза.
«Какие-то слабые снежки пошли», – удивился Фома и потер уши эльфару. Тот пришел в себя и, не понимая, что происходит, не мигая, уставился на Фому.
 
– Жить хочешь? – повторил свой вопрос орк.
– Ты кто? – в ответ спросил эльфар.
– Божья кара, – отмахнулся Фома.
– Богов нет, – ответил эльфар. – Ты кто?
– Посланник судьбы. Ты можешь остаться жив, но лишиться яиц или жить и быть целым. Что ты выберешь?
– Чего тебе?..
– Кто знает того, кто отправил посла орков неизвестно куда?
– Эти двое, что лежат рядом, – скосив глаза, ответил эльфар. – Это они давали мне и Шавга-илу приказы.
– Хорошо, полежи пока, отдохни, – по-доброму произнес Фома и ударил в челюсть эльфара. Тот вновь закатил глаза.
Фома связал руки и ноги обоим эльфарам и посадил их на стулья, привел в чувство и стал спрашивать.
– Мне нужно знать, кто вам отдавал приказ отправить нашего посла в другой мир?
– Орк?! Орк?! – воскликнули в один голос оба эльфара. – Ты что тут делаешь?..
Фома удрученно покачал головой.
«Какие же они тупые! Специально их, что ли, отбирали?» Он создал заклинание заглушения звуков и отрезал одному из них ухо. Тот от боли и ужаса закричал, но голос его еле был слышен. Взяв ухо, он раскрыл рот второму и сунул ухо в рот.
– Мне нужно знать, кто вам отдавал приказ отправить нашего посла в другой мир? – повторил он свой вопрос.
Через несколько минут эльфары, оставшись без ушей, проливая слезы и жуя их, разговорились. Еще через пятнадцать минут, оставив безжизненные тела, Фома покинул постоялый двор.
Вокруг меня простиралась бескрайняя степь. Словно море, высокие травы волнами колебались под напором ветра. В небе парили орлы.
Дальше я продолжил путь один. Было о чем подумать.
Авангур рассказал мне интересные вещи. Хорошо все же иметь много полезных связей. Вот этого Рок точно не мог предусмотреть. Авангур подслушал разговор совета шаманов племен.
Я даже удивлен был их организованности. Они собрали сходку и стали делиться планами, из которых следовало, что они подговорят вождей поехать к Великому хану и потребовать объявить войну Снежному княжеству. Они откуда-то узнали, что хан отправил в горы посла и того похитили.
Точно, без Рока тут не обошлось. Он все продумал заранее, но, как это бывает, не учел некоторые моменты. В том числе и то, что у меня есть на подхвате хранители и что я не очень прозорливый и вдумчивый человек. Я не бросился спасть Гангу, а Авангур подслушал его планы. Теперь осталось понять, нужно ли рвать языки другим шаманам? Пораскинув умом, пришел к мысли, что не нужно, а нужно сделать так, чтобы все вроде бы шло по плану Рока, но только в другом направлении, и надо навестить Великого хана. Так рассудив, я даже собой загордился, вот какой я умный… Самого Рока перехитрил.
Великий опять страдал запором. Жрет все, что попало в пасть: коров, жирную баранину – и запивает холодным гайратом. Тут и заворот кишок случиться может. А хан уже немолод, и пищеварение не как у лорха.
Хан лежал и держался за живот. Лицо его страдальчески сморщилось. И так не будучи эталоном красоты, оно сейчас напоминало посмертную маску облезлого саблезубого тигра. Но моему появлению он обрадовался, как жених, который обрадовался невесте, наконец-то после пира появившейся в его шатре.
Он показал мне язык и отправил Быра за камнями. Тот притащил мешочек вполовину меньше того, который я забрал в прошлый раз.
«Чем старше они становятся, тем жаднее», – подумал я. Поглядел на тощий мешочек и задумчиво произнес:
– А вас, Великий, ваше окружение не очень любит.
– Ты это к чему? – спросил немного разозленный Быр. Он тоже был стар и, по моему мнению, часто мудрость путал с маразмом. Это я понял, когда он притащил из Лигирийской империи лекаря. Глава разведки занимается всем, кроме своей непосредственной работы, и я решил открыть всем присутствующим глаза на это упущение. Рассказывая о замыслах племен орков, я спросил, почему разведка мышей не ловит, чем сильно удивил и хана, и Быра. Но надо отдать должное хану, тот быстро понял, что Быр оплошал, и уже сам спросил, почему тот не ловит мышей. Думаю, эта поговорка войдет у него в обиход. Пожалуйста, я не жадный.