Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Мата смеясь, смотрела на это представление. Рядом хохотал Бортоломей.
– Давай, матушка, спасай своего поклонника. Иначе он расцветет вишней.
А генерал ухватившись руками за форменные малиновые штаны из тонкого сукна, уже вовсю кукарекал и крестился. Он забился в угол и орал:
– Ку! Ку! – что больше походило, на – пошли прочь.
– Оставьте его, приказал Бурвидус. – Вот вам дерево и положил свой дорожный посох на стол и он тут же стал зеленеть.
– Это же Золотоцвет, символ нашего города! – проговорил пораженный глава совета. Это дерево росло только здесь! В одном единственном месте Снежных гор! Потом его полностью вырубили из-за ценной древесины. А что не вырубили, то засохло. Я о нем только слышал, но не видел! – воскликнул Глава совета и удивленно протянул. – Ку-у… Вот чуда, так чудо!..
Генерал со слезами на глазах прошептал:
– Спасибо, заступница Мата…
Мы подъехали к городу Выршнар, что располагался рядом со столицей Снежного княжества. Это был город дворфов и рынок перед величественными воротами города был значительно больше, чем в первом встреченном нами городе. Но я не хотел останавливаться здесь и к концу дня планировал попасть в столицу княжества, которая так и называлась Столица.
Расположилась она на холмистой местности в лигах десяти от города дворфов.
Когда наш обоз медленно проезжал мимо ворот. Они широко распахнулись и из них выехала повозка, запряженная парой мулов, а в ней к моему великому удивлению в полный рост стоял маленький Бурвидус, в багровой мантии. Он махал рукой, а рядом с повозкой по бокам шли стражники с алебардами. Повозка поравнялась с нами. Бурвидус отстраненно посмотрел на меня и осенил крестным знамением. Затем, как совершенно чужой, отвернулся и повозка направилась на рыночную площадь. Я посмотрел на Гангу и рукой поднял ее отвисшую челюсть.
– Ты это видел? – спросила она, не в силах справиться с охватившем ее удивлением. Это же болтун Бурвидус!..
Рядом появился смеющийся Бортоломей, но его видел только я.
– Это – произнес он. – Его святейшество глава Капитула богини Маты, папа Бурвидус первый.
– Папа? – удивился я. – почему папа?
– Хм… Это я у тебя хотел спросить. – ответил покровитель искусств. Мы ему такой установки не давали.
Я посмотрел на толпу дворфов, окружившую повозку, а там творилось нечто невообразимое. Часть дворфов приседало, разводило руками и кричало – Ку!
– Вот это ты здорово придумал, командор, дворфам такой ритуал понравился. А я вспомнил, что отдал настройку капсулы, где лежал Бурвидус Брыку. А этот негодник, видимо, внес свои изменения и дополнения в программу. Отсюда и папа. А вот откуда это – ку? Я не понимал. Но, сделав безразличное выражение на лице, лишь улыбнулся.
– Как проходит становление нового культа? – спросил я.
– Весьма успешно. Мата завоевывает сердца дворфов с быстротой молнии. Слухи о новой вере и чудесах, творимые Папой Бурвидусом первым распространяются с неимоверной быстротой. Города дворфов просто сражаются за право основать храм богини Маты. Ты подал прекрасную идею. Даже, одна эльфарка тайно подходила к Бурвидусу и просила благословить ее грудного ребенка, он болел и мог умереть. Я увидел на нем проклятие матери, что проклинала свою сестру. У той, мальчик выжил и преодолел первый год, оставшись живым. Эта женщина убитая горем, поверила наговорам свекрови, что та забирала здоровье у ее ребенка. Бурвидус обличил ее, та попросила прощения и я смог помочь ее дитя. Потратил немного благодати. Теперь слухи о нем пойдут и среди эльфаров. Вот думаем, как это использовать.
Я молча покивал головой. Иногда, процессы начатых мной начинаний развивались странным и непостижимым для меня образом и тут я ничего не мог поделать. Оставалось лишь смотреть за цепочкой событий.
– Ладно, продолжайте в том же духе, – ответил я и под смех Бортоломея, осенил его знамением Бурвидуса.
– Благословляешья? – спросил он.
– Я не задумываюсь, ответил:
– Благословляю….
Над Головой Бортоломея появился маленький нимб в виде кольца и я, не удержавшись, вытаращился на его голову. Мата, скромно стоявшая позади него, даже охнула. Нимб повисел и исчез.
 
– Спасибо! – обрадовался Бортоломей, – мне силы прибавилось.
А я почувствовал, как из меня вышла часть благодати.
– Надо быть поосторожней со словами, – подумал я.
Площадь мы проехали с трудом. Она была заполнена дворфами, слушающими проповедь папы Бурвидуса.
Ганга ехала понурившись и молчала.
– Ты чего такая грустная? – спросил я.
– Лию жалко, ты разбил ее жизнь, – ответила моя свочь.
– Разбил жизнь? – удивился я. С чего ты это решила?
– А с того, что этот негодник здесь обосновался основательно. А Лианора никогда на оставит тебя, так и будут они жить – отдельно друг от друга, – и Ганга всплакнула.
– Не переживай! – Я приобнял ее за плечи и притянул к себе поближе. – Я что-нибудь придумаю…
Столица снежного княжества представляла из себя пять поселков окруженных стенами и располагавшимися на пяти холмах. Пять первых Домов построили здесь свои поселения На самом большом холме высился дворец Великого князя и даже отсюда были видны следы частичного разрушения.
К нам подъехал лер Манру-ил.
– Нравится? – с гордостью спросил он. Я в это время рассматривал Столицу.
– Нравится – подыграл ему я. Хотя, что тут может нравится. Пять типовых поселков и между ними фермы. Этакий провинциальный сельский пейзаж. Если бы мне не сказали, что это гордая столица Снежного княжества, можно было принять ее за поселки обычного эльфарского Дома.
– Вы где остановитесь? Тут есть подворье Вангора и подворье орков.
– Ну, – задумчиво произнес я, – королевство Вангор я в этой поездке не представлю, поэтому, остановлюсь рядом с полномочным послом Великого хана в оркском подворье.
– Тогда, вам нужно ехать в первый на вашем пути район. Останавливайтесь там, располагайтесь, а я поспешу во дворец. Позже, сообщу вам о времени аудиенций с представителями Домов. Перед заседанием Высшего совета, с вами захотят побеседовать.
– Договорились, лер, – и вежливо кивнул.
Подворье оказалось простым постоялым двором, который содержал старый одноглазый орк Бутрым, один из бывших телохранителей великого хана, из рода Гремучих змей, вместе со своим небольшим отрядом бойцов и их женами. Он был глазами и ушами Быр Карама, правой руки Великого хана и значит, мой родич. Это мне сообщила Ганга.
Встретил он меня сухо. Блеснул целым глазом, окинул с ног до головы и, видимо, не найдя ничего ценного, перевел взгляд на Гангу.
– Как ты повзрослела, Ленея, – улыбнулся орк, показав свои желтые как бивень мамонта клыки. – Я помню тебя еще вот такой, – он показал ладонью себе по пояс. Помню, как драл тебе задницу дед. Он засмеялся. – А ты ему в гайрат сыпала куриный помет…
Ганга подошла и обняла старика. – Я теперь Ганга – Говорящая с громом… и своч, – гордо произнесла она. – Этот хуман, мой муж.
– Этот сухой степной ковыль, недоросток? – презрительно усмехнулся он. А я постарался выпрямиться и стать повыше.
– Он победил на турнире Небесной невесты и взял меня. А если ты будешь без уважения относиться к моему мужчине, я тебя, дядя Бутрым, зарежу, – с милой улыбкой и твердым голосом произнесла Ганга. – Это будет менее болезненно, чем это сделает мой муж. Он одному недалекому снежному эльфару, который неуважительно о нем отозвался, просто оторвал руку вместе с копьем. Ты хочешь ходить с одним глазом и одной рукой?
Орк отступил от нее на шаг и улыбаясь ответил:
– Нет дочка не хочу. Добро пожаловать в стойбище.
– Кстати, – Ганга ехидно улыбнулась.
– Мой муж тоже, Гремучая змея. Родич.
– Вот оно как… Ну, прости старика. Он просил прощения не у меня, а у Ганги, но я не вмешивался.
– Тебя как зовут хуман? – Спросил он.
– Меня не зовут, – спокойно глядя на зеленую, морщинистую морду старику, ответил я. – Я сам прихожу.