Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
После медкапсулы и наложенного профессионального грима, изменившего весь облик штаб-майора, Штифтан добрался до убежища Вейса. Там он составил донесение.
«Наемных убийц вычислили и ликвидировали. После этого я подвергся нападению оперативных сотрудников из центра, прибывших вместе с инспектором. Меня отравили и бросили умирать в мусородробилку. Сделано это было по приказу штаб-полковника Коха Бреста. Спас меня Мишель Ламье – командир взвода силовой поддержки. Жду дальнейших указаний. Штаб-майор Эрат Штифтан».
Отправив донесение, Штифтан откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
Раньше он не задумывался об опасностях своей службы. Считал, что его положение и штабная работа в АДе – достаточная защита от неприятностей, но, как показала жизнь, он сильно ошибался. В этом мире нельзя быть уверенным ни в чем.
Штифтан услышал негромкий зуммер и открыл глаза. На экране монитора застыло довольное лицо Вейса. Штаб-майор запустил воспроизведение записи.
– Привет, мальчик. Рад, что ты выжил. Я надеялся, и не без основания, что Мишель не даст тебе бесславно закончить свои дни в мусородробилке…
Вейс с хитрой улыбкой смотрел с экрана на замершего Штифтана.
– Ты, наверное, думаешь, откуда старина Вейс знает, что оперативники из центра закинули тебя умирать под ножами в мусороперерабатывающем цеху? Все просто. Ты единственный из моего управления человек, который больше всего на свете хочет жить и боится умереть, поэтому я был уверен, что ты найдешь своих убийц. Но я также был уверен, что ты не догадаешься, кто их подстрахует. Ты слишком веришь в корпоративный дух, что объединяет сотрудников АДа, и не очень разбираешься в людях. А мои враги спешат. Им некогда возиться с тобой. Им нужно захватить под свою руку наше управление. Ты это знал, но не придал этому значения. Я не стал тебя предупреждать о такой опасности по двум причинам.
Первая причина – ты сам. Ты стал гораздо опытнее, и больше тебя на такую уловку не поймают.
Вторая причина – ты был наживкой, на которую должны были клюнуть мои враги, и они клюнули. Думаю, ты не обижаешься, что тебя не предупредили и ты мог погибнуть. Ты взрослый мальчик и должен понимать, что постоянно вытирать тебе сопли я не буду…
Даже если бы ты погиб, ты сделал бы свое дело. Мы похоронили бы твои останки с почетом. Но, к счастью, все обошлось…
«Какие останки?! – Штифтан передернул плечами от представшей перед его глазами картины. – Куски от пластмассового ведра и горсть окровавленного мусора? И это считали бы моими останками? Брр».
– Я скажу, что тебя ждет, – после паузы продолжил Вейс. – Ты пойдешь на повышение. Станешь начальником группы направления в центральном офисе. Получишь медаль «За храбрость». Это или станет для тебя ступенькой наверх, или приведет к несчастному случаю. К сожалению, такое бывает на нашей работе. Все будет зависеть от тебя и твоего выбора, сынок. Не ошибись, как ты сделал это однажды… Поздравляю, ты, можно сказать, второй раз родился.
Запись закончилась. Штифтан сидел ошеломленный и старался успокоиться. Мысли лихорадочно крутились вокруг одного вопроса: «Как Вейс мог просчитать, что со мной будет? Как?»
Его, конечно, задевало, что его использовали как наживку. Гордость оперативника была уязвлена тем, что он не увидел очевидного.
И в самом деле, каких сложных комбинаций можно было ждать от предателей? Они спешили. Им нужно было избавиться от него и его тела, чтобы выставить дезертиром. А дальнейшему расследованию его исчезновения не дали бы хода сверху. Это и был их запасной вариант. Грубый, примитивный, но рассчитанный на то, что их все же прикроют. Конечно, их сверху за это не похвалят, но постараются не допустить расследования его исчезновения.
Но он сам виноват. Нужно было не успокаивать себя словами Ламье, а думать самому. Еще он понял, что Вейс, как «винтик» большой системы АДа, разбирался в этой системе и мог сделать верные выводы. Он, Штифтан, разбирается в маленькой системе, на уровне регионального управления, его выводы ограничены возможностями управления, и, чтобы преуспеть и выжить, ему нужна опора. Об этом говорил ему Вейс в своем послании. Он, Штифтан, сдвинул с места большие пласты политики, затронул интересы больших людей, и это ему даром не пройдет… Если только у него не будет покровителя.
Штифтан улыбнулся. Покровитель у него есть. Он в системе нужный «винтик», он показал, что может быть полезен, и его потащат наверх…
Но ему сразу стало страшно, он вспомнил, как пострадал сам Вейс, совершив одну-единственную ошибку. Штифтан очень не хотел попасть в такую круговерть событий, но понимал, что другого выхода у него нет.
Затем он спохватился, что надо временно отключить нейросеть, чтобы его не могли обнаружить.
От размышлений его отвлекло возникшее на экране сообщение.
«Поздравляем с чудесным спасением и успешным выполнением первой части задания. В ваш сектор направляются два крейсера Сил специальных операций с двумя ротами космодесанта. На период продолжения операции вы и ваше управление переходите в подчинение командующего ССО генерала Миля Штрехта. Вам присваивается звание штаб-гренадир. Соответствующий приказ прибудет вместе с крейсерами. Вам передается вся полнота гражданской и военной власти на станции.
Инспектора и оперативников задержать не позднее пятого дня недели и содержать под стражей со всеми предосторожностями. Они должны быть живыми до прибытия комиссии межрата по безопасности гражданского общества.
До особого распоряжения станцию закрыть для посещений и приема судов. Разрешается принимать суда ССО и центрального офиса АДа. Всех сотрудников центрального офиса, прибывших на станцию, арестовать. В случае вооруженного сопротивления уничтожить.
Без пощады!»
Это был боевой девиз бойцов ССО. Штифтана прошиб пот. Ему дали понять, что надлежит уничтожить всех сотрудников АДа, прибывших на станцию.
Поскольку прибывала комиссия межрата по безопасности гражданского общества, самая высокая комиссия, которая обладала чрезвычайными полномочиями, он ясно осознал, что на его станции разыгрались шторма космического масштаба. Лишь бы не утонуть.
Итак, в пятницу он должен арестовать инспектора и его группу, не раньше. Значит, до пятницы он не должен показываться на работе.
Там далеко, в центральном офисе, должны начать двигаться некие силы, которые должны себя раскрыть.
Штифтан почувствовал себя утлой лодчонкой на волнах предстоящих грандиозных событий.
Выполнив все, что от него требовалось, Штифтан взял бокал, наполнил его любимым напитком Вейса – сквочем. Взял с полки сигару, полулежа устроился на диване и, включив экран визора, стал смотреть новости.
«Как давно я не смотрел фильмы и новости», – подумал Штифтан.
Поджег сигару и затянулся. Он никогда не курил, но тут получил истинное удовольствие от дыма и тут же натужно закашлялся.
«Как Вейс это курит?» – кашляя и туша сигару, с отвращением подумал Штифтан. Откашлявшись, сделал глоток сквоча. По пищеводу прошла приятная горячая волна.
Вскоре, не выключая визор, он уснул.
Проснулся Штифтан от вызова по ручному коммуникатору. Не открывая глаз, спросил:
– Что надо?
– Хочу узнать, шеф, с вами все в порядке? И что нам делать? Заявился инспектор и начал командовать.
– Это ты, Мишель?
– Я, шеф.
– Пусть пробует командовать, не обращайте внимания. Пусть все говорят, что я болен. Приготовься в пятницу арестовать его и его группу. Все должны быть живы до прибытия комиссии межрата.
Ламье присвистнул:
– Вон оно как! Еще есть что сказать?
– Есть. Я теперь штаб-гренадир, и мы подчиняемся ССО.
– Ого, поздравляю! Ну отдыхайте, я пойду оповещу наших.
Ламье отключился.
– Надо же, – пробормотал он. – Штаб-гренадир.
Ламье хорошо представлял себе воинские звания в ССО и чему они соответствуют. Звание штаб-гренадир соответствует званию подполковника, занимающегося в Главном штабе Сил специальных операций разработкой и планированием боевых операций в составе группы кораблей и космодесанта силами от полка до дивизии. Приставка «штаб» говорила о деятельности не в боевых подразделениях, а в оперативных штабах группы войск.