Экзамен для ангела (СИ)

Не веря своим ушам, я бросилась к окну. На скамейке у входа и правда куксилась от холода знакомая и дорогая сердцу фигура.
По щекам побежали слезы. От счастья! Еще четверть часа назад я думала, что моя жизнь сломлена. Оказалось, все иначе. Создатель приготовил мне бесценный подарок.
— Спасибо, учитель! — я крепко обняла начальника и с придыханием произнесла: — Уверена, вы знаете ответ.
Спустя пять минут было покончено с формальностями. Я сняла браслет, вновь обняла Рафаила и пожелала:
— Счастливого Рождества!
— И тебе, Анжелина!
Не успела я покинуть кабинет, как у начальника зазвонил телефон. Он спешно поднял трубку и стал отчитываться:
— Да, Создатель, еще один повержен. Да, Создатель, мирным путем. Как и обещал…
С улыбкой на губах я закрыла за собой дверь и со скоростью ветра понеслась навстречу счастью, поздравляя всех подряд с наступающими праздниками.
Наверное, еще никогда не опускался лифт так медленно, как этим вечером. Подогнать бы его, да не знала способа.
Я выскочила на улицу, подбежала к скамейке и взволнованно прошептала:
— Привет!
Эйден поднялся, и лампа осветила его лицо. Я с жалостью отметила темные круги под глазами и пробившуюся щетину. Похоже, не у меня одной выдались нелегкие времена.
Мы стояли друг напротив друга, а мне казалось, что нас разделяют километры. Но чем дольше я смотрела ему в глаза, тем быстрее сокращалось расстояние.
— Привет! Я больше не демон… Меня изгнали, — поспешил Эйден поделиться сокровенным.
— Я тоже больше не ангел. Мне предложили покинуть Контору.
Несмотря на нерадостные новости, брюнет заметно повеселел.
— Как же мы будем жить без крыльев?
— С некоторых пор они всегда со мной, — я указала кивком на свою спину.
— Ты про татуировку? Пожалуй, мне тоже стоит сделать нечто похожее, — Мюррей растягивал слова, очевидно, готовясь к важному разговору. — Анжелина… Я понимаю, что поступил отчасти неправильно, но выслушай меня, пожалуйста. Мне пришлось так поступить. Из страха за твою жизнь, за свою жизнь и многих других, кто ее достоин. Кто знает, как распорядилось бы твое или мое начальство, попади к ним манускрипт.
Сделав шаг вперед, я взяла Эйдена за руку. Мне казалось, что он растворится в темноте, если немедленно не прикоснуться к нему.
— Я не в обиде, потому что сама поступила не самым честным образом.
— Давай забудем прошлое и напишем будущее? Вместе.
Будто почувствовав мое колебание, Эйден продолжил напирать:
— Помнишь, я отчаянно добивался, чтобы тебя сняли с рейса? Я солгал, когда сказал, что не привык иметь дела с женщинами. Среди демонов их полно. Просто ты запала мне в душу еще при первой встрече, в фойе этого здания, когда налетел на тебя. Я понимал, что провалю задание, потеряю сущность, если не возненавижу тебя и не оттолкну. У меня не получилось. Но я ни о чем не сожалею. До тебя я не жил, а только существовал. Позволь мне быть с тобой, Анжелина. Я очень хочу этого.
Не доверяя своему голосу, я кивнула и в тот же миг оказалась в крепких мужских объятиях. Закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Запах костра исчез с кожи Эйдена, остались лишь приятные цитрусовые нотки.
Спустя минуту он отстранился и протянул мне старого плюшевого медведя, которого все это время сжимал под мышкой.
— Сабина просила подарить его тому, с кем я собираюсь провести остаток дней. Ты примешь его?
На глаза навернулись слезы. Это было своеобразным предложением руки и сердца. А как я могла сказать «нет», если хотела этого больше всего на свете.
— Конечно!
— Готова провести со мной жизнь? Родить детей? — недоверчиво спросил он.
— И еще многое-многое другое, — подтвердила я.
Эйден заулыбался во все тридцать два зуба.
— Единственно правильное решение. В случае отрицательного ответа, я бы досаждал тебе каждый день, пока не услышал бы «да».
— Но ты не спросил, люблю ли я тебя, — сорвался с моих губ упрек. — И сам не рассказал о своих чувствах. Или это неважно?
— Еще как важно. Только в любви я тебе первым признался, когда сказал на староитальянском: «Я люблю тебя, ангелочек»! Затем и ты призналась в чувствах, — пожал он плечами.
 
— Выходит, ты притворялся, — проворчала я.
— Тебе нужно было время. Да и у меня имелась уйма дел. Пойдем ко мне, будущая синьора Несса? Познакомишься с новым домом. Мой повар приготовил огромную индейку. Ты просто обязана помочь мне разделаться с ней.
Эйден подставил локоть, и мы не спеша побрели по улице.
— Что за каракули ты подсунул мне в манускрипт? — прозвучал вопрос, два дня не дававший покоя.
— О! Я сам не сразу понял, что это за записи. Пришлось поломать голову. Вместе с манускриптом ты случайно сгребла блокнот Дьябло. А там его счета, даты поставок оружия, пароли… Короче, море нужной информации.
Я почувствовала, как отвисает челюсть от удивления.
— Выходит, головорезы гнались за нами по большей части из-за блокнота, а не из-за манускрипта? Может, отправить по почте?
Эйден поморщился.
— Дьябло не нужен больше блокнот. Впрочем, на том свете ему вообще ничего не нужно. Надеюсь, обложку не выбросила? — поспешил сменить он неприятную тему.
— Нет… — озадаченно ответила и воскликнула: — Постой! Выходит манускрипт не сгорел?
— В целости и сохранности, за исключением тех страниц, на которых описано местонахождение меча Давида. Их я сжег. Правда, сначала выучил наизусть. Теперь сведения о нем хранятся только здесь, — он указал пальцем на висок. — Мы должны найти его и уничтожить, чтобы никто никогда не добрался до смертоносного оружия.
— Ты обманул Рафаила, — в моем голосе прозвучал укор.
— Ради общего блага. К тому же у меня есть маленькие слабости: я тоже коллекционирую старые вещи.
Решив, что не стоит портить вечер бесполезными упреками, сменила тему разговора:
— Как прошла встреча с родными?
— Мимолетно, — его губ коснулась нежная улыбка. — Мне о многом хотелось их расспросить, но я успел узнать главное: они не мучились. Сабина сказала, что за ней и мамой пришел добрый ангел и забрал на небеса. Отныне я могу спокойно двигаться вперед. Еще надеюсь, мне хватит жизни, чтобы искупить грехи.
Мы подошли тем временем к «Мустангу», однако Эйден не спешил садиться. Он держал меня за руки и, казалось, не мог наглядеться. Неподалеку раздался салют. Мы подняли головы и заметили в небе яркую звезду.
— Однажды в канун Рождества я все потерял, а сегодня обрел целый мир. — Счастливого Рождества, мой любимый ангел! — пожелал Эйден и накрыл мои губы своими.
Конец