Нет, мы не ангелы… (СИ)

Кузнецов бросил полотенце в мусорную корзину и привел себя в порядок, застегнув френч на все пуговицы.
— А теперь, друзья мои, давайте проведем небольшое совещание, — произнес он, подходя к прозекторскому столу с лежащим на нем лицом вниз мертвым телом. — Нам нужно понять, что вообще происходит, и каким силам такая ситуация играет на руку. Сережа, — Владимир Николаевич повернулся к Петракову, — а ты можешь быть свободным… Если, конечно, хочешь, — добавил он после небольшой паузы, заметив, как «скисла» физиономия молодого лейтенанта. — Ты пока еще не сотрудник нашего отдела… Однако, предупреждаю, все, что ты сегодня видел и узнал, является государственной тайной и разглашению не подлежит! В противном случае последствия могут быть очень серьезными!
— А остаться могу? — Уцепился за предоставленную возможность Петраков.
То, что сейчас происходило вокруг него, было похоже на фантастические романы товарища Толстого[1], которые он с удовольствие почитывал на досуге, сон или сказку. Правда, на страшную сказку с живыми мертвецами, такие частенько в детстве рассказывала ему на ночь бабушка, но от этого не становившуюся менее завораживающей и интересной. Нет, он никак не мог упустить возможность прикоснуться к чему-то настолько неведомому, что даже представить себе невозможно.
— Оставайся, — разрешил товарищ старший майор госбезопасности, — может быть, твой свежий взгляд на вещи сумеет нам помочь. Да и вообще, у нас жуткая нехватка кадрового состава, — недовольно сообщил Кузнецов, — раздергали наших спецов по всему Союзу.
— Как-то странно в последнее время активизировались «паранормальные аномалии», — добавил медэксперт, — о которых мы уже и думать забыли.
— Что-то серьезное грядет, — согласился с подчиненным товарищ старший майор госбезопасности. — Всплеск, прямо как перед самым вооруженным восстанием семнадцатого года. А нормальных сотрудников сегодня днем с огнем не сыскать! Не набирать же таких дебилов, что мы с тобой в Мавзолее встретили? — Адресовал Кузнецов Сергею, в общем-то, риторический вопрос, не требующий ответа. — Вот и приходится пока с Петром Ильичом на пару в столице куковать.
— Владимир Николаевич, а как в морг съездили? — поинтересовался Музыкантов.
— И в морге, и на кладбище побывать с Сережей довелось, — сообщил Кузнецов. — Нашли мы хвосты нашего мавзолейного террориста — могилка, как и предполагалось, оказалась вскрытой. Да и вскрыта она была странным образом… Правда, Сережа?
— Да вы же сами видели, товарищ старший майор госбезопасности, как это выглядело.
— Да ты не мне, ты Петру Ильичу расскажи, а я пока перекурю, — заявил Кузнецов, вынимая трубку из кармана и принимаясь вдумчиво набивать её табаком.
— Такое ощущение, товарищ медэксперт, — послушно произнес Петраков, — что труп сам из могилы выполз…
— Ну, это и не удивительно, что сам — он же как-то в Мавзолей пришел, — спокойно заявил Музыкантов.
— У меня уже мозги винтом завернулись! — пожаловался медэксперту Петраков. — Я поэтому и с катушек слетел-то и за ствол схватился…
— Знал бы ты, Сережка, как они у меня поначалу дымились! — Поделился с лейтенантом своими воспоминаниями Музыкантов. — Представляешь, какой у меня был шок? Я ведь доктор медицины, а тут против всех законов природы мертвецы сами ходят! А, сюжет? Ладно, рассказывай, что там на кладбище увидели?
— А на кладбище мы с Владимиром Николаевичем такую картину увидели: на одной
из свежих могилок дыра была, словно гигантский крот из-под земли вылез!
— Так-так, ага… — Внимательно следил за повествованием медэксперт.
— А затем товарищ старший майор кладбищенских гробокопателей пригнал, они слой за слоем сняли землю с этой могилки. Только дыра никуда не девалась, она тянулась до самого гроба! — возбужденно продолжил Петраков. — Верхняя часть крышки раздолбана в щепки! Разбита явно изнутри, твою мать! — не сдержавшись присовокупил он. — Доклад окончен, товарищ медэсперт!
— Прям, мистика какая-то! Правда? — делано возмущенно произнес Петр Ильич. — Вот перед нами труп, — он указал на мертвое тело на столе. — Перед захоронением мой хороший знакомый паталогоанатом самолично делал его вскрытие! И этот труп не мог вот так просто взять и ожить, выбраться из могилы на свободу с напрочь распоротым брюхом! Или мог? Как считаете, товарищ лейтенант?
 
— У меня, товарищи, за сегодняшний день произошел настоящий разрыв шаблонов, — положа руку на сердце, честно ответил Петраков. — Еще вчера я не верил ни в бога, ни в черта, ни в живых мертвецов…
— Да поняли мы уже с Владимиром Николаевичем, что ты только в Маркса, да в Красную армию раньше верил! — Кивнул Петр Ильич. — Что сейчас изменилось?
— А теперь еще и в веселых мертвяков начал верить! — Выдавил улыбку лейтенант.
— Веселых? — Озадаченно вскинул брови Кузнецов.
— А как еще, раз они такие коленца откалывают? — Пожал плечами Сергей. — Печальные умруны обычно спокойно себе в гробу лежат…
— Вот такой настрой мне нравится! — выпустив струю душистого дыма, рассмеялся старый чекист. — Сразу видно — наш человек! В нашем деле без чувства юмора далеко не уедешь! Итак, подытожим, Сережа?
Так точно, товарищ старший майор госбезопасности! — отчеканил Петраков.
— Владимир Николаевич, — поправил Сергея Кузнецов. — Пока выговоришь всех этих старших майоров, да государственных безопасностях — язык устанет.
— Хорошо, Владимир Николаевич!
— Ладно, Сережа, — Кузнецов докурил, выбил трубку в изогнутый хирургический лоток, — теперь я сам продолжу. После того, как наш покойник откопался на кладбище, он где-то раздобыл добротную одежку…
— А перед этим не забыл основательно помыться! — Заострил на этом моменте внимание чекистов Петраков. — Вы же видели, Владимир Николаевич, ту дыру на могилке? Хорошо рассмотрели? Ну… до того, как решились эксгумировать предполагаемый, но отсутствующий труп?
— И что же я должен был рассмотреть? — заинтересованно произнес Кузнецов.
— А то, что по положению, да и по характеру земляного покрова, ясно, что мертвяк вылезал в самый разгар стихии! Помните недавнюю грозу? Вот как раз в тот момент он из могилки-то и полез.
— Это хорошо, Сережа, что ты со мной поехал, — произнес Владимир Николаевич. — А то я и внимания на это не обратил.
— Мало того, — добавил Петраков, — поверхность земли на могилке еще и спеклась странным образом. Думается, что именно в нее ударила молния, о которой нам кладбищенский сторож сообщил. Может быть, от этого удара молнии мертвое сердце трупа и запустилось? Молния — это же электричество! А мне как-то довелось в институте физики побывать, где я видел, как дергалась отрезанная лягушачья лапка, если к через нее ток пропустить…
— Да, удар молнии здесь тоже сыграл не последнюю роль, — согласился Владимир Николаевич. — Потому что молния та была не совсем обычная, но сердце так и осталось мертво. Тут действуют немножко другие принципы… Так вот, наш мертвый… вернее немертвый, но и не живой клиент помылся-побрился-приоделся и доехал на метро до станции «Площадь революции», где немного пошарахался по брусчатке Красной площади. Потом, в соответствии с показаниями опрошенных очевидцев, честно отстоял очередь в гости к товарищу Ленину, и прошествовал на своих двоих в Мавзолей, где чудесным образом вновь превратился в бессловесный труп у гроба Ильича. А все остальное, товарищи дорогие, мы уже видели своими собственными глазами!
— У меня уже голова от всего этого кругом идет, — признался Сергей. — Я уже сомневаюсь в своей вменяемости! Может, мне все это снится?
— Точно! — Хлопнул себя по лбу медэксперт. — А мы все сладко спим под колючей дерюжной одеялкой на Канатчиковой даче!
— Размечтались! — Теперь уже рассмеялся и Владимир Николаевич. — Кто ж вам позволит так прохлаждаться? Итак, может мне кто-нибудь объяснить, почему мертвец спокойно разгуливает по городу, хотя должен тихонько лежать в могиле?
— Это необъяснимо, Владимир Николаевич! — воскликнул Сергей. — Кто ж его знает?