Малышка (СИ)

Но я никогда не стремился причинить ей боль. Хотя вот сейчас, слыша ее всхлипы за дверью ванной, за которой она снова спряталась от меня, я в этом не совсем уверен. Отшлепать бы ее как следует. Ну или трахнуть. Второе меня привлекает даже больше, чем первый вариант.
Иду в спальню Игоря за запасными ключами.
Меня вполне устроят оба варианта. Вначале отшлепаю, а потом трахну так, чтобы наконец пришла в себя. Чтобы глупости разные в голову не лезли.
Но все мои мысли вылетают в трубу, когда, открыв наконец дверь, вижу, что Малышка лежит без сознания. Черт. Планы откладываются, снова.
Несу ее вниз, кладу на диван. Обтираю лицо.
— Ну ты и стерва, — шепчу ей, пока руки заняты. — Погоди у меня. За все ответишь.
Несколько минут спустя она наконец открывает глаза. Я сжимаю руки в кулаки, боясь не сдержаться.
— Что случилось? — спрашивает Кира слабым голосом.
— Ты упала в обморок, — сообщаю ей.
— Что? — делает она круглые глаза, садясь.
— Свалилась, как кисейная барышня, говорю, — кричу я ей. — Ты прямо нарочно нарываешься, — продолжаю я. — Представь себе, если бы ты снова на эмоциях ринулась в лес, а не в ванную, а я не смог бы тебя найти, — пытаюсь я до нее достучаться. — Ты понимаешь, что могло с тобой случиться?
Кира смотрит, и по глазам видно, что не понимает.
— Как же ты меня достала, — говорю, прежде чем наклониться и впиться в ее приоткрытый рот поцелуем-наказанием.
Малышка, конечно, тут же приходит в себя и пытается его избежать. Запускаю ладонь в ее волосы на затылке и зажимаю, заставляя ее запрокинуть голову назад. Углубляю поцелуй.
Чувствую ее ладони на груди. Гнев сменяется совсем другим, более глубоким и темным чувством. Обладание. Я хочу ею обладать.
Мне нужно все.
Не отпуская ее губ, другую руку запускаю ей под футболку в поисках ее кожи.
На ней слишком много одежды. Кусаю ее за подбородок, когда она пытается отвернуться.
— Сава, — мое имя в ее устах как дополнительная порция масла в огонь, что сжигает меня, — не надо.
А вот этого я слышать не хочу.
Подминаю ее под себя. Задираю футболку и накрываю ртом ее торчащий сосок прямо через ткань белья.
— Сава, — ее крик становится громче, и уже не так категоричен. Пока ласкаю ее грудь губами, с трудом стаскиваю ее брюки, потому что она мне мешает, сжимая свои восхитительные ножки. Но меня уже не остановить.
Втягиваю в себя ее запах, как маньяк новую дозу. Какая же она вкусная.
— Господи, — шепот Малышки только подталкивает меня вниз. Туда, где я наконец хочу оказаться. Я помню ее вкус, но в этот раз я пойду до самого конца.
Больше всего в Малышке меня завораживает ее реакция на меня и мои действия. Стоит только подуть на ее кожу, как она тут же покрывается мурашками, лизнуть тут и приласкать там, как она устраивает мне целую какофонию таких изумительных звуков, которые я слушал бы и слушал.
Я тоже чувствую ее слишком остро, поэтому за секунду до того, как ее накрывает оргазм, я наконец отрываюсь от ее сладости. Сажусь на колени между ее разведенных ног.
С влажной кожей, с разметавшимися в беспорядке волосами, с лихорадочным блеском в глазах, с разведенными ножками и текущей для меня киской Малышка сводит с ума одним своим видом. Вот так она должна выглядеть всегда.
Закидываю ее ножки на свои бедра и пристраиваюсь у ее входа.
— Сава, — зовет меня напряженным голосом Кира. Но я уже зашел слишком далеко, чтобы что-то могло меня удержать.
Одним плавным движением вхожу в ее гостеприимную киску. Наблюдаю за тем, как мой член заставляет ее плоть подстраиваться под свой размер.— Какая же ты узкая, — хриплю я, наконец оказавшись в ней полностью.
Первые движения пытаюсь делать плавно, позволяя Малышке привыкнуть, но чувствую, как мой разум уплывает, оставляя только страсть.
— Больше не могу, — это единственное предупреждение перед тем, как я начинаю ее таранить.
Кира от моих толчков ходит ходуном и, инстинктивно протянув одну руку вверх, упирается в подлокотник дивана, второй же пытается удержать меня.
 
Меня накрывает эйфория. Вид ее полных грудей, двигающихся в одном темпе со мной, ее прикушенная в попытке сдержать свои стоны губка доводят меня до белого каления. Наклоняюсь, впиваясь в ее рот, одновременно давая себе волю. Хочу слышать, как она кричит.
И Малышка меня не разочаровывает. Ее стоны вокруг меня, во мне. Малышка кончает так красиво, что я на секунду почти забываю о себе. Только эта заминка спасет меня от того, чтобы тут же не последовать за ней. Но мне ее мало.
Закидываю ее ножки себе на плечи, вбиваясь глубже. В этот раз Кира приходит к финишу почти сразу, тем самым и меня затягивает в этот омут. Напряжение, что скопилось у копчика, взрывается молнией у меня в голове. Заставляя мой мозг потеряться вне времени и пространства.
Вот это взрыв.
Я знал, что с ней у нас все будет по-другому, но настолько. Приподнимаюсь совсем чуть-чуть, не желая покидать такое желанное тело. Черт.
Малышка открывает глаза, и наши взгляды встречаются. Если бы я до этого не кончил, то вот в этот самый момент точно бы опозорился.
Нет ничего прекраснее удовлетворенной Малышки. Ее глаза сияют как тысячи звезд, и легкая загадочная улыбка прячется на ее губах. Член, до сих пор находящийся в тисках ее теплой влажной киски, задорно дергается, давая знать, что ему нравится увиденное.
Делаю легкое поступательное движение. Зрачки Киры расширяются.
Прежде чем она успевает меня остановить, наклонившись, беру ее сосок в рот и попутно зажимаю ее ладошки над ее головой.
— Ты такая вкусная, — шепчу, облизывая ее грудь. Она действительно сладкая как мед.
— Я грязная, — шепчет эта глупышка, чем вызывает у меня тихий смех.
Движения мои становятся более ощутимыми, и нам уже не до разговоров. Как бы странно это ни звучало, хочу быть в ней еще глубже. Заставляю ее обнять себя за шею и, не выходя из нее, приподнимаюсь и сажусь на диван, опуская Киру сверху. Да, так намного лучше.
Малышка упирается в мои плечи, пока я показываю ей, как двигаться. В этот раз я наслаждаюсь ею не спеша, и с каждым ее движением и тихим стоном в меня проникает осознание, что мне ее теперь всегда будет мало. Что слишком глубоко въелась в меня эта девушка.
Долго такого медленного темпа не выдерживаю и, как только Кира, сжав меня в тисках своего лона, начинает пульсировать вокруг моего члена, едва дождавшись, когда утихнет ее дрожь, приподнимаю ее, начинаю вбиваться в нее снизу. Новый виток страсти. Глаза в глаза. Мне сносит крышу. Кусаю ее за нижнюю губку и тяну ее бедра на себя, заставляя двигаться мне навстречу. Да.
Искры из глаз, шум в ушах. Все тело пульсирует, как одно большое сердце. А потом взрыв сверхновой, когда звезда прямо в мозг залетает и образует новый мир. Интуитивно прижимаю к себе обмякшее, но все еще дрожащее тело Малышки.
Оба сползаем на диван, в жутко неудобную позу, но двигаться сил не осталось совсем.
Прижимая к своей груди Киру, смотрю в потолок, прислушиваюсь к тому, как ее рваное дыхание приходит в норму, потом успокаивается и становится более глубоким и ровным. Малышка заснула.
Что это, черт возьми, со мной такое было?
Только раз у меня было что-то наподобие. Когда голова перестает соображать. С моей первой любовью, как я тогда думал. Но сейчас я понимаю, что те ощущения лишь очень бледное подобие того, что у меня сейчас было с этой спящей в моих руках девушкой.
Ощутив дрожь Малышки, переношу ее на пол и, закинув несколько шайб в печку, ложусь рядом. Меня как магнитом продолжает тянуть к ней. И это тоже отличается от всего, что было раньше.
Сделал дело — гуляй смело. Никогда не было и смутного желания обнять свою партнершу. А Киру хочется держать, причем не просто, а очень близко к себе. Так, чтобы дыхание ее касалось моей кожи и звук ее сердца был слышен.
Вдруг кирпичом по голове мысль — презервативы. Я в нее кончил. Причем дважды. Даже не вспомнил о защите. А ведь никогда ни с кем не занимался сексом без защиты. А тут об этом даже не подумал.