Временные трудности (СИ)

— Мне пойти с тобой? — спросил Ксинг. — Я могу помочь.
— Прости, милый, но лучше не надо. Пять лет — это недолгое расставание, мы вскоре увидимся снова.
— Если тебя опять захотят выдать замуж…
— …тогда отцу придётся осознать, что его дочка не только стала сильнее, но и имеет самую могучую армию на все четыре океана. За меня не беспокойся. К тому же, у тебя тут остались незавершённые дела!
— Дела? — не понял Ксинг. — Я тоже почти закончил. Найму слуг, чтобы приглядывали за особняком, а дальше смогу делать, что пожелаю. Моя цель…
— Да нет же, дурачок! Два очень важных и очень неотложных дела! — Альмирах несколько раз очень выразительно перевела взгляд с Ксинга на Пэйпэй и Сюэ, сделала пару ритмичных движений хвостом и облизнула зубастый рот ярко-красным языком.
— Развратная русалка! — рассмеялся Ксинг. — Не знаю, почему я не верил морякам, рассказывающим про ваш бесстыдный нрав!
— До встречи с тобой я была избалованной домашней девочкой, ещё не познавшей… Ох!
— Не беспокойся, он уже мёртв, — Ксинг погладил её по шершавой голове и почесал за гребнем, — и больше никогда в твою жизнь не вернётся. 
— Знаешь, я ему даже благодарна. Если бы не он, я бы никогда не встретила тебя. А это стоит любых страданий.
— Мы можем вместе плюнуть ему на могилу. Из благодарности. Я тоже счастлив, что когда-то попал на тот остров. 
Альмирах закинула ему на шею свои перепончатые лапы, и Ксинг прижал её в ответ. Он поцеловал твёрдые губы и сказал:
— Это очень похоже на прощание!
— На недолгое расставание, — поправила его Альмирах. — И пока меня не будет, найди свою Мэй! Я очень хочу с ней познакомиться!
Она ещё раз поцеловала Ксинга, вновь указала глазами на Пэйпэй и Сюе, выскользнула из объятий и нырнула в воду. В воде замелькал её чешуйчатый хвост. Бухта словно вскипела, в воде плеснулись тысячи и тысячи дюжин рыбьих хвостов, направляясь прочь в море. Ксинг с тоской проводил Альмирах взглядом. Она была права, даже пять лет для культиваторов ци — совсем не срок. 
☯☯☯
Тихо и незаметно, словно вор, крался Ксинг по ночному городу. Яркий свет взошедших лун создавал глубокие тени, так что можно было бы даже не особо таиться. Но Ксинг всё равно скрывал своё присутствие и прятал ци. Он подошёл к одному из особняков, взобрался по стене к окну второго этажа и, используя элемент Земли, просочился сквозь каменную стену. 
Комнату освещали несколько тусклых огней ци, скрытых внутри бумажных фонарей. Ксинг встал во весь рост и осмотрелся. Ширмы из бамбука и расписанной рисовой бумаги, пузатый лакированный шкаф, гравюры на стенах и большая широкая кровать, на которой кто-то лежал, укрывшись тонким одеялом.
Ксинг отпустил маскировку и проявил своё присутствие. Раздался женский вскрик, на кровати вскочила стройная фигурка, одетая лишь нижнее бельё, и, ничуть не смущаясь своего неподобающего вида, встала в боевую стойку.
— Кто здесь? Отзовись!
Ксинг не видел Сифэн уже несколько лет, так что молча стоял, предавшись созерцанию. За эти годы она изменилась очень мало, разве что чуть больше округлились грудь и бёдра, окутывая девушку ореолом зрелости.
— Я же обещал, что вернусь! — засмеялся он. — А настоящие герои всегда держат обещания. Не ожидал узнать, что дом Симынь…
— Ксинг! — закричала Сифэн и начала бить его в грудь кулаками. — Это ты! Ты во всём виноват! Это всё из-за тебя! Скажи, я уродлива? У меня скверный нрав? Или глупа, как бочка сельди?
Ксинг удивлённо уставился на Сифэн. Он был готов ко всему, но явно не к этой внезапной перемене темы.
— Ну может лишь слегка взбалмошна, — наконец, признал он. — Но, скорее, в очаровательном смысле.
— Тогда что не так с тобой? Если бы ты не ушёл, если бы остался со мной, мне бы не пришлось страдать с этим ублюдком! Ты бы получил всё! Власть, славу, деньги! И меня!
— Тебя я и так получил, — улыбнулся Ксинг её вспышке эмоций. 
Он и сам не мог понять, что здесь делает. Проведать свою первую женщину? Посмотреть на жену предателя? Отомстить за что-то, за что он не понимал и сам? Выполнить, в конце концов, старое никому не нужное обещание, которое он сделал лишь для того, чтобы оставить последнее слово за собой? 
 
— Ты! — накинулась Сифэн на него с кулаками. — Ты во всем виноват!
Ксинг перехватил запястья и вновь внимательно осмотрел её фигуру. Что бы он ни собирался получить, но вспышка эмоций этой разъярённой тигрицы вызывала лишь одно чувство. Он привлёк её к себе.
— Говоришь, брак с Ли Вэем вышел не слишком удачным?
— Эй, что ты делаешь? Отпусти!
— Пока что твой муж находится в темнице, но очень скоро будет казнён!
— Ну и что? Меня не волнует жизнь этого мерзавца!
— Зато меня волнует! Ведь когда его казнят, ты станешь вдовой!
— И я жду этого с нетерпением! Это из-за него я столько страдала! И из-за тебя!
— Ты кое о чём забываешь, — ухмыльнулся Ксинг. — У тебя есть возможность, пока он жив, заставить его страдать в ответ!
Сифэн замерла и уставилась на Ксинга подозрительными глазами.
— То есть ты хочешь…
— Я никогда не делил ложе с замужней женщиной, — признался он. — Но если ты против…
— Я тебя всё равно ненавижу, подонок! — ответила Сифэн, вырвав руки из его хватки. 
Ксинг пожал плечами. Он стремился стать героем, а герои не насилуют жён злодеев. Каковой бы ни была вина Сифэн в прошлом, она её полностью искупила. Он повернулся и, не прощаясь, двинулся прочь.
— Эй, ты куда пошёл! — взвизгнула Сифэн, её ци выдавала искренне возмущение.
Ксинг неторопливо повернулся и удивлённо округлил глаза. Сифэн справилась с завязками баофу и стягивала его через голову, открывая лунному свету большую красивую грудь.
— Я ненавижу тебя! — повторила Сифэн. — Но его ненавижу ещё больше! И ты мне должен кое-что пообещать!
— И что же? — спросил Ксинг, хватая её за талию и привлекая к себе. 
— Завтра, как примерная жена, я пойду в темницу проведать мужа. А ты составишь мне компанию!
От такого примера женского коварства Ксинг расхохотался и толкнул Сифэн на кровать.
☯☯☯
Иногда кто-то говорит, что каждый раз нужно пробовать что-то новое, иногда — что проверенные методы самые надёжные. Ксинг любил новизну, но ничего не имел и против надёжных проверенных средств. Он проведал Сифэн ещё раз и навестил с ней в темнице её мужа, где, пользуясь своим авторитетом спасителя города, попросил стражу погулять на улице. После этого бывшая наследница дома Симынь показала своему супругу, сколь сильными могут быть женские обиды. Ксинг ничуть не возражал — ведь это тоже было новым опытом, а покрасневшее от ярости лицо предателя, изрыгающего проклятия и ругательства, очень забавляло. Сифэн упивалась местью, но новизна ситуации её тоже порядком завела. Так что они старательно продемонстрировали Ли Вэю всё содержимое любимых трактатов, не пропустив ни единого места и ни одной позы.
А потом Ксинг оккупировал кухню своего нового особняка и, попросив поваров и прислугу временно удалиться, занялся готовкой. И приготовил он старые, проверенные временем, надёжные и всё так же великолепные фуцзяньские булки. 
На этот раз он не стал красться, словно вор, а в открытую подошёл к нужному дому и запросто постучал в ворота. В отличие от прошлого раза, дорогу ему не заступали каменные истуканы, а лишь вышла симпатичная служанка, которая тут же узнала Ксинга и позвала хозяев. Увидав возвышающийся во дворе черепаший скелет, искусно закреплённый на распорках, Ксинг помахал ему рукой, словно старому знакомому.
Ксинг не знал, почему Пэйпэй и Сюэ живут в одном доме, и почему ночью их ци всегда ощущалась рядом, пусть в трактате «Восемнадцать сливовых лепестков» на такое давалось достаточно намёков. Но сейчас их совместное проживание играло ему на руку.
— Кто к нам пришёл? — воскликнула Сюэ, увидав Ксинга. В её ци промелькнула искренняя радость. 
— Наш спаситель и герой! — поддакнула Пэйпэй, тоже выходя во двор. — И что привело такого важного человека в нашу скромную обитель?