Агент 21 (ЛП)
Голос Рафа донесся до них:
— Ладно, — сообщил он. — Сделка. Ложные Мартинезы сделают шаг назад на счет три. Иначе я убью всех вас перед нашим отбытием.
Круз зашипел, и Зак склонился и прижал пистолет к его голове.
— Я серьёзно, Круз. Одно слово…
— Один… — крикнул Раф.
Зак соображал. Он знал, как двойники боялись Мартинеза. Они не предадут его даже сейчас.
— Два…
Когда Раф досчитает до трех, у него кончатся карты. Настоящий Мартинез ощутит уверенность, и это сделает его уязвимее…
— Три…
Пауза.
— Габс! — голос Рафа был раздраженным. — Где ты?
Пора было двигаться. Зак схватил Круза за воротник и быстро поднял на ноги. Он протащил его три или четыре метра до вершины лестницы и толкнул, чтобы он спустился по ступенькам. Раф посмотрел на него.
— Что ты делаешь? — закричал он, но Зак игнорировал его.
Зак спускался, целясь пистолетом в Круза.
— Попрощайся с сыном! — крикнул он.
И сразу увидел настоящего Мартинеза. Он был третьим слева, и как только он увидел, что его сын в опасности, он шагнул вперед. Внезапным резким движением он хлопнул Рафа по плечу. Ангел-хранитель рухнул, уронив оружие, которое Мартинез поднял и — с очевидным умением — направил на Зака.
Он выстрелил. Вспышка, и снаряд попал Заку в правую руку. Вспышка красного цвета, и его пистолет улетел, вращаясь. Зак рухнул на лестницу, кровь текла из его руки, он кривился от внезапной острой боли.
Мартинез кричал:
— Вы смеете угрожать моему сыну? Вы смеете угрожать моему сыну? — все двойники пятились, и Рауль тоже, оставляя Мартинеза одного у подножия лестницы, Раф был без сознания у его ног, а Круз бежал к нему.
Он повернулся к Заку.
— А теперь, Агент 21, кем бы ты ни был, ты заплатишь за свое высокомерие! Ты заплатишь за то, что перешел дорогу Цезарю Мартинезу Толедо!
Мартинез смотрел на Зака безумными глазами.
Он прижал приклад автомата к плечу, готовый выстрелить.
Но звук, наполнивший атриум, не был грохотом автомата. Это был глухой шум — единственный выстрел из оружия с глушителем, и он раздался с балкона. Снаряд попал Мартинезу в грудь и повалил его на спину.
Зак поднял взгляд. Это была Габс. В руках она держала M16 Круза, и ее голубые глаза яростно сверкали.
— Отец! — Круз подбежал к упавшему Мартинезу. Он опустился рядом с ним на колени и приложил два пальца к яремной вене.
В комнате повисла тишина.
Кровь заливала пижаму Мартинеза; красная пена сочилась из его рта. Это было ужасное зрелище, и все же Зак не мог не почувствовать дикую вспышку торжества от того, что человек, который приказал убить его родителей, заплатил за свое преступление. Он сожалел хоть каплю из-за того, что пистолет, убивший Мартинеза, не был в его руке? Он отогнал эту мысль. Сейчас ему было о чем подумать…
Круз опустил голову.
— Вы убили моего отца, — закричал он. — Вы убили моего отца!
Он вытянул руку, хотел забрать винтовку, которую выронил Мартинез.
— Даже не думай, Круз, — крикнула Габс. — Я не хотела убивать твоего отца, но была готова, и я готова убить тебя.
Круз отпрянул.
Через несколько секунд Габс была рядом с Заком. Она проверила его рану.
— Ты сможешь идти? — спросила она.
— Думаю, да. Черт побери, Габс, я думал, ты мертва.
— Бронежилет, милый. Но сделай мне одолжение и оставь эмоциональное воссоединение на потом, ха.
Зак кивнул.
— Сверху мексиканская полиция. Они верны Мартинезу…
— Нам нужно убираться отсюда. Круз, руки за голову, ложись на пол.
Сын Мартинеза сделал то, что ему сказали, и Зак и Габс спустились в атриум. Зак сжимал раненую руку здоровой, но не мог остановить кровь, текущую сквозь пальцы.
— Нам нужно доставить Рафа к вертолету, — крикнула Габс. — Ты сможешь мне помочь?
Зак кивнул.
— Секунду, — сказал он. Он подошел к Крузу, оставляя небольшой след крови. Он встал над ним. — Знаешь, я бы никогда не выстрелил в тебя, — почему-то казалось важным сказать это.
Круз повернул голову.
— Ты должен был это сделать, — сказал он, его голос был полон слез и ненависти.
— Я тоже потерял отца, Круз. Я знаю, как ты себя чувствуешь.
— Ты никогда не поймешь, как я себя чувствую. Ты должен убить меня сейчас, потому что ты виноват в смерти моего отца, Гарри Голд. И я клянусь, что пока я жив, я не успокоюсь, пока не выслежу тебя и не убью сам.
Зак посмотрел на него.
— Не мучься, — сказал он. — Ты меня никогда не найдешь.
— Верь в это, если хочешь, — ответил Круз. А потом плюнул Заку под ноги.
— Мы должны убираться отсюда», — крикнула Габс. Она опустилась рядом с Рафом и закинула его руку себе на плечи. — Помоги мне.
Зак кивнул. Он схватил винтовку Мартинеза, чтобы Круз не смог ее использовать. Не обращая внимания на боль в кровоточащей ране, он закинул другую руку Рафа на плечи. Вместе они подняли его на ноги и потащили к выходу. Зак оглянулся только один раз. Круз все еще лежал на полу, положив руки на голову, а его мертвый отец лежал рядом с ним.
Он перестал думать о Крузе. Им нужно было добраться до вертолёта. Однако в тот момент, когда они вышли наружу, стало ясно, что это будет проблемой.
Четверо спецназовцев стояли перед домом на коленях, готовые стрелять. «Черный Ястреб» все еще ждал их у главных ворот. Но между ними и их транспортом был вертолет мексиканской полиции. Он парил в двадцати метрах над землей, озаряя их своим лучом света. Зак видел полицейских снайперов, высунувшихся из вертолета, и сквозь грохот вращающихся лезвий голос на испанском закричал в громкоговоритель:
— БРОСАЙТЕ ОРУЖИЕ. ЕСЛИ ВЫ НЕ БРОСИТЕ ОРУЖИЕ, МЫ ОТКРОЕМ ОГОНЬ…
— Что нам делать? — закричал Зак. Его рана теперь пылала, и он чувствовал себя все слабее и слабее. — Это полиция, по ним нельзя стрелять!
Глаза Габс были дикими, и она отчаянно озиралась.
— Нам нужен еще один выход!
— Его нет.
Габс закричала в рацию:
— Нам нужно немедленно уйти. Сейчас!
Хватило одной команды. «Черный Ястреб» немедленно взлетел. Он поднялся над уровнем стены по периметру и, облетев более крупный вертолет, повернулся к нему.
Вертолеты парили в воздухе нос к носу.
Момент противостояния.
— БРОСАЙТЕ ОРУЖИЕ. ЕСЛИ ВЫ НЕ БРОСИТЕ ОРУЖИЕ, МЫ ОТКРОЕМ ОГОНЬ…
«Черный Ястреб» ответил пулеметами, ими управляли два солдата, которых они оставили с вертолетом. Они выстрелили не по вертолету полиции, а ниже него. Ярко-оранжевый огонь летел, как крошечные метеориты, к земле, и громкий гул наполнил воздух. Пилот полицейского вертолета ясно понимал угрозу: пулеметы намеренно промахнулись; в следующий раз им так не повезет. Он отклонился от линии огня «Черного Ястреба».
Вертолет спецназа не бездельничал. Он спустился на землю перед домом.
Один из спецназовцев закричал:
— Вперед! Вперед!
Зак и Габс потащили Рафа вниз по ступенькам. Четыре солдата сделали для них коридор, пока они спешили к «Черному Ястребу». Зак чувствовал слабость от потери крови, но когда они подошли к вертолету, он понял, что должен найти последний запас сил, чтобы втащить потерявшего сознание Рафа внутрь. Он сделал рывок, и его колени угрожали подкоситься; но они занесли Рафа в вертолет.
Зак заставил себя залезть в «Черного Ястреба», его мутило, он ощущал слабость. Четыре солдата прыгнули внутрь, а Габс сняла куртку и обвязала рукавом рану Зака, чтобы остановить кровотечение.
Они взлетели внезапно и резко. Зак почувствовал, как мир вращался.
— Оставайся со мной», — кричала Габс. — Оставайся со мной! — но он знал, что вот-вот потеряет сознание, и его голова безвольно моталась. Он посмотрел в окно «Черного Ястреба». Внизу перед домом стояла фигура, худощавая и долговязая.
Даже почти в бреду Зак увидел, что это был Круз. Он смотрел вверх, наблюдая за «Черным Ястребом», исчезающим в ночном небе. Наблюдая, как Зак улетал от места, где лежал мертвый отец Круза.
Это было последнее, что увидел Агент 21 перед тем, как потерять сознание высоко в ночном небе центральной Мексики, пока «Черный Ястреб» и его ангелы-хранители переправляли его в безопасное место.