Училка

— Слушаю.
— А почему ты опять загрустила? Все переживаешь из-за картинки?
— Нет, привыкла. Мамины приятельницы решили, что книга выглядит пикантно.
— Вот видишь, а ты беспокоилась. А почему ты грустная? Устала?
— Нет, так просто. — Настя помолчала немного, но, чувствуя, что Ирина будет настаивать, проговорила: — Вадим звонил вчера.
— Замечательно, что он тебе сказал?
— Приблизительно через три недели будет встреча.
— Ну и что? Какая встреча? Настя, говори толком, что ты тянешь?
— Издатели намерены собрать авторов женских романов и устроить презентацию.
— Замечательно.
— Что замечательно? Это будет через три недели, а я раздуваюсь, как шар, с каждым днем становлюсь все толще.
— Это неудивительно в твоем положении. А потом, почему это тебя так волнует? Ты очаровательно выглядишь. Обаятельная, женственная молоденькая писательница. Ты их всех там покоришь. Виктор до сих пор тебе приветы передает, а он мужчина со вкусом.
— Перестань, Ирина, я серьезно говорю, а ты все шутишь. Мне и не нужен никто.
— Конечно, конечно. Только я не пойму никак, что тебе мешает принять участие в презентации?
— Я не говорю, что мне что-то мешает.
— Вот и замечательно. До свидания, я перезвоню тебе завтра.
— Завтра меня не будет.
— Завтра же суббота. Как? Ты опять едешь на рынок? Сколько можно, ты навредишь ребенку!
— Уже недолго осталось. Я, собственно говоря, только хотела книгу подарить Раисе. Она много для меня сделала. Я у нее еще два воскресенья поработаю и буду отдыхать. Так что нечего на меня ворчать.
— Все равно тебе давно нужно было прекратить эти подработки. Береги себя.
— Хорошо. До свидания!
Ирина повесила трубку и задумалась, потом решительным жестом потянулась к сумке. Кто только придумал такое количество карманов и отделений в женских сумках? Никогда невозможно найти нужную вещь. Ирина в раздражении высыпала содержимое сумки на столик и принялась разгребать вещи руками, пока не наткнулась на визитную карточку, на которой поверх изящного типографского текста были написаны детским почерком крупные буквы. Ирина повертела в руках чуть измятый белый прямоугольник и решительно пододвинула к себе телефон.
  
40
 
— Здравствуйте, тетя Ира! Я очень рада, что вы ко мне приехали.
Марьяшка стояла рядом с охранником, подозрительно посматривающим на Ирину.
— Дядя Вася! Это ко мне. — Девочка с важным видом взяла Ирину за руку и потянула внутрь дома. — Пойдемте, я вам все тут покажу, а потом будем пить с вами чай.
— Что ты, Марианна! Не надо беспокоиться. Я просто вчера узнала, что сегодня буду проезжать мимо, вот и решила заехать к тебе в гости. Ты же меня приглашала, помнишь?
— Конечно, пойдемте. Я вам все тут покажу. Вот здесь у нас зеленый холл, я тут в классики играю. Видите, какие клетки на полу? Самый хороший пол, по нему битка скользит, а в других коридорах на полу ковры. Только мне не разрешают прыгать, когда сюда приезжают клиенты на переговоры.
— А что ты тогда делаешь?
— Иду к тете Оле, она мне проверяет уроки, — со вздохом ответила девочка.
— А твой папа? Он тебе помогает?
— С уроками? Конечно, нет, он этого не умеет. Один раз я его попросила сделать мне кармашки, так он такое сделал, что мне двойку поставили.
— Какие кармашки?
— Для букв, знаете, такие маленькие, туда карточки кладут. Вот теперь приходится других просить, — со вздохом закончила Марьяшка. — Смотрите, у нас тут комната отдыха.
За поворотом показался коридор, выкрашенный в желтый цвет. Двери кабинетов были разноцветными.
— Марианна, это случайно не ты тут цвета подбирала?
— Какие цвета? А, это. Нет, папа говорил, что когда они купили этот особняк для фирмы, то даже после ремонта тут было темно и мрачно. Вот они и раскрасили все коридоры и комнаты в свои любимые цвета. Пойдемте, я вам свои рисунки покажу.
Девчушка уверенно двинулась по коридору, ведя за собой Ирину.
— Ой, я забыла, рисунки мои в комнате у тети Оли, а ее сегодня нет. — Девочка на минуту задумалась. — Можно посмотреть мои куклы.
 
— А они не заперты?
— Нет, я с ними все утро играла.
— Часто ты в субботу на работу к папе ходишь?
— Часто. Он не хочет меня одну дома оставлять, после школы я сюда приезжаю, вечером домой едем, когда папа дела закончит.
— Ты все время проводишь здесь?
— Да. Тут весело, людей много.
— И целыми днями сидишь в помещении?
— Почему? Я во дворе дома гуляю, только когда уроки выучу. Дверь во двор вон там, мне во дворе даже качели повесили, только на них все время кто-нибудь сидит и курит.
— Где же ты ешь?
— У нас здесь есть кухня, тетя Зоя даже пирожки печет. Она мне их на вечер под блюдечком в секретном месте оставляет, чтобы охрана случайно не съела. Она говорит, что они здоровые, вот им все время есть и хочется.
— Понятно, значит, ты почти живешь здесь, в этом доме. Это мне знакомо.
— Пойдемте пить чай.
— Где мы будем его пить? На кухне?
— Нет, чайник есть и там, где я играю.
Марьяшка разноцветными коридорами провела свою гостью в комнату, где по рабочим дням, видимо, обитала секретарша. Основное место в комнате занимал рабочий стол с компьютером, прикрытым прозрачным чехлом. Ирина бросила мимолетный взгляд на стоящие на столе телефоны, но основное ее внимание приковывала плотно закрытая дверь в соседний кабинет.
Зашумел закипающий чайник, Ирина повернулась. Марианна с важным видом хлопотала у чайного столика, стоящего в углу. Она расставила чашки и теперь старательно кромсала ножом кекс.
— Тебе помочь? — предложила Ирина, пряча улыбку.
— Уже все готово, садитесь. Я сама умею делать, а то они мне не дают на стол накрывать, когда у них гости. Вы же моя гостья? Вот теперь я за вами и ухаживаю. Садитесь.
Марианна решительно схватилась рукой за чайник. Ирина затаила дыхание, глядя, как чайник дрогнул в руке девочки.
— Можно теперь я за тобой поухаживаю? Давай я разолью чай, а ты клади сахар в чашки. — Ирина ловким движением удержала руку девочки и подхватила чайник.
Марианна кивнула и взялась за сахарницу:
— Я вам побольше положу сахара, чтобы послаще было, а то они все фигуру берегут. Вы тоже на диете сидите?
— Нет. Я занимаюсь физкультурой.
— Шейпингом или аэробикой? «Если не заниматься, то мужики даже не взглянут в твою сторону», — девочка явно кого-то цитировала.
— Вообще-то не очень хорошо, когда дети подслушивают и повторяют слова взрослых. Или они говорят при тебе такие вещи?
— Нет, только меня они часто не замечают. Я маленькая. Если сидеть тихо, то взрослые меня не видят.
— Марьяшка! И много ты так узнаешь?
— Много. — Девочка наморщила лоб. — Все они вешаются на моего папу или норовят повеситься.
— Ой, Марьяшка, перестань. Девочки не должны повторять такие слова.
— Почему? Я же говорю правду, не обманываю.
— Но ты это подслушала.
— Этого же никто не знает, а я никому не скажу.
— Да, трудно приходится с тобой твоему папе.
Ирина отхлебнула приторно сладкий чай и с трудом сдержалась, чтобы не поморщиться.
— Ничего, он терпит.
— Вот наконец добрались и до папы, — раздался позади Ирины мужской голос. — Я все жду, жду.
— И давно вы ждете? — немного воинственно спросила Ирина.
Мужчина обошел Ирину и сел на подоконник, вытянув ноги.
— Достаточно давно, чтобы соскучиться. Марьяшка, сходи на кухню за чашкой. Я хочу чаю.
— Тут есть стакан.
— Сходи, пожалуйста, за чашкой. Я хочу пить чай из чашки.
— Хорошо, я мигом. — Девочка вскочила с места и бросилась к двери.
— На обратном пути не беги, не споткнись с чашкой.
Все свои реплики Валерий произнес, не отрывая взгляда от Ирины.
— Итак? Что вы молчите?
— А что я, по-вашему, должна говорить?
— Но вы приехали сюда, чтобы увидеть меня.