Училка

— Она вас не испугала? Когда охрана мне сообщила, что вы пришли, мы с Леонидом прошли в ресторан, а вас там не было. Мне и в голову не могло прийти, что вы отправитесь прямо сюда. Хотя должен честно сказать, что готов многое отдать, чтобы еще раз увидеть, в какой эффектной позе ты, Иришка, стояла на столе, да еще с вазой в руке.
— Ты еще надо мной смеешься! — вскричала Ирина.
— Что ты! Я завидую Леониду, что у него такая очаровательная жена, — прижав руки к груди, убедительно проговорил Виктор.
— Ты мне лучше скажи, зачем ты своего монстра на работу таскаешь? Тебе что, охраны тут мало? — ворчливо спросила Ирина. В присутствии мужчин к ней уже вернулась ее обычная, несколько высокомерная, манера поведения. — Предупреждать надо. Она у тебя даже без намордника.
— Да ко мне сюда никто и не ходит, — оправдывался мужчина. — Кто мог предположить, что вы отправитесь не в ресторан, а ко мне в кабинет?
— Дома нужно было свою зверюгу оставлять.
Услышав раздраженный голос Ирины, собака обнажила клыки и глухо зарычала, успокоившаяся было Ирина вскрикнула и шарахнулась в сторону. Собака посмотрела на своего хозяина влюбленными глазами, словно говоря: «Видишь, какая визгливая попалась, даже поговорить с ней нельзя. Что ты в них только находишь? Давай лучше посидим вдвоем. Я тебе голову на колени положу, и лапу тоже». Виктор любовно потрепал собаку по голове.
— Да, глупость, конечно, таскать ее с собой. Только не могу оставлять ее одну дома. Конни, маленькая моя, не ворчи на Ирину.
— Как? А ты у нас теперь, оказывается, один? — кокетливо спросила Ирина, картинно приподняв брови. — Где же твоя красотка? Как там ее звали, ту, твою последнюю? Вика? Или Рита?
— Иришка, перестань меня подкалывать. Все мои секреты выдаешь.
— Оставил бы свою Годзилу на нее.
— Она сейчас нервная стала, ни с кем не остается. Вот и таскаю ее с собой, — ответил мужчина, любовно поглаживая собачью морду. — Может быть, ты меня наконец представишь? Чтобы я мог извиниться перед твоей подругой?
— Ой, в самом деле. Я вас даже не познакомила. Моя подруга Анастасия. Наш старинный друг Виктор, владелец этого заведения, где нас с тобой так невежливо встретили.
Виктор шутливо погрозил Ирине пальцем и повернулся к Насте. Он взял ее за руку и снова внимательно, оценивающе поглядел на нее.
— Она вас действительно не испугала?
— Нет, что вы, все нормально, — ответила Настя, осторожно освобождая руку.
— Понимаете, последнее время моя четвероногая девочка стала такой капризной, даже не остается одна дома. Пришлось вызывать ветеринара. Тот думал-думал и сказал, что собака неадекватно реагирует на сложившуюся ситуацию, необходимо беречь ее нервы. А мои нервы кто побережет?
— Так уж и некому? — вступила в разговор Ирина. — Так что с твоей псиной?
— Да повязали ее. — И, видя, что женщины его не понимают, Виктор пояснил: — Беременная она, вот эта дура! Молодая да глупая, еще не разобралась в своих ощущениях. Хорошо еще, что не набросилась на вас, когда вы вошли в кабинет. Моя охрана остерегается сюда заходить. Что учили ее, что не учили. Всю дрессуру забыла. Не знаешь, чего от нее ожидать в следующий момент.
— Ну, положим, она у тебя никогда покладистым характером не отличалась, — робко поглядывая на собаку, положившую морду на колено хозяина и закрывшую глаза от удовольствия, проговорила Ирина. — Жанна мне про нее порассказала.
— Жанка просто не понимает ее психологии. Эта порода специально была предназначена для охраны.
— Психология! Уж можно подумать! Ты о ней говоришь, как о человеке.
— Так оно и есть. Посмотри на нее. Вот сейчас она довольна и улыбается, а стоит мне уйти, как она начнет плакать и капризничать. Порой мне кажется, что она вот-вот закатит истерику, как беременная глупая тетка.
Леонид смущенно хмыкнул, Ирина прижала ладонь ко рту, а Настя густо покраснела. Почувствовав напряжение, Виктор вскинул глаза и осмотрел присутствующих, Настя заставила себя улыбнуться и посмотреть ему прямо в глаза.
— Видимо, она почувствовала во мне родственную душу.
 
— Не понял… — пробормотал мужчина.
— Мы с ней в одном положении.
На секунду Насте показалось, что мужчина готов провалиться сквозь пол своего шикарно обставленного кабинета. Его щеки чуть порозовели, он внимательно осмотрел Настину фигуру и ничего не сказал. Его лицо в ту же минуту утратило мягкое, какое-то домашнее выражение, и вновь перед Настей сидел преуспевающий деловой человек.
— Простите меня, я действительно не хотел вас обидеть. Может быть, мы пройдем в зал?
Мужчины как-то торопливо засобирались. Виктор вновь схватился за ошейник и потащил упирающуюся собаку в угол комнаты. Собака с явным осуждением посмотрела на женщин, словно обвиняя их в том, что по их милости она опять останется одна. Ирина подошла поближе к Насте и ободряюще пожала ей руку.
— Ты не обиделась? Он действительно не хотел тебя обидеть, — прошептала она, наклоняясь к Насте. — Просто он не заметил.
— Я не обиделась, а, кроме того, мне давно не приходилось видеть, как взрослые, уверенные в себе мужчины краснеют.
В углу кабинета продолжалась возня. Леонид хотел помочь, но, услышав злобное рычание, поспешил отойти к женщинам.
— Ну, дорогие наши дамы, пойдемте.
Наконец Виктору удалось водворить собаку на ее место под хозяйским столом, жестом он предложил гостям следовать за ним. Выйдя из кабинета, он запер дверь на ключ.
— Мне очень не хочется, чтобы ваши приключения продолжались.
— Да уж, хватит нам на сегодня отрицательных эмоций. Лучше покажи Насте свои владения, она у тебя впервые.
— Смею надеяться, что у вас не сложится превратное впечатление о нашем клубе. — Виктор улыбнулся Насте и уверенным жестом взял ее под руку. — Для начала, я думаю, мы поужинаем, а потом я покажу вам все достопримечательности нашего заведения.
Они прошли в ресторан и сели за накрытый в углу зала столик. Настя с удивлением наблюдала, как суетились вокруг них, сменяя друг друга, официанты. Первое смущение прошло, и Настя уже спокойно поглядывала на своего соседа. Ирина с забавными подробностями рассказала о том, как они добрались до ресторана, еще раз напомнила Леониду, что этот вечер дорого ему обойдется.
Во время ужина Виктор был очень внимателен к Насте. Впервые за много дней она чувствовала мужскую заботу. Он предлагал ей попробовать самые разные блюда, а увидев, что она даже не притрагивается к вину, кивком головы подозвал официанта и попросил, чтобы ей принесли сок. Он потребовал, чтобы выключили вентилятор, разгонявший воздух под потолком и дувший прямо Насте в спину. Насте было непривычно и приятно ощущать заботу чужого, почти незнакомого человека.
— А теперь мы должны выпить за успех Настиной книги. — Голос Ирины вывел Настю из задумчивости.
— Ирина, перестань. Зачем ты?
— Так вы написали книгу? О чем? — Виктор повернулся к Насте, и совсем рядом она увидела внимательные смеющиеся глаза. Густые брови широкими полукружьями нависали над ними. Лоб пересекала глубокая морщина, а у самого виска Настя заметила маленький белый шрам. Сидящий перед ней мужчина был, несомненно, красив неброской мужской красотой. По складкам у рта Насте стало ясно, что эти губы могут угрожающе сжиматься в одну узкую линию. Но сейчас сидевший перед ней мужчина доброжелательно и с интересом смотрел на нее, ожидая ответа.
— О чем может писать женщина? О любви, конечно.
— Вы сами написали роман?
— А вам кажется, что это невозможно? Написать его было не так трудно, гораздо труднее было найти издателя.
— И вам это удалось?
— Удалось. А теперь она пишет новый роман, и ей нужны новые впечатления, — несколько бесцеремонно вмешалась в разговор Ирина.
— Так вы пишете о своих похождениях? — как показалось Насте, несколько пренебрежительно спросил Виктор, вновь окидывая ее взглядом.
— Нет, что вы! Писать о себе скучно. Это была идея Ирины показать мне ваш клуб, она считает, что это поможет мне написать поскорее мой роман.