Училка
— Почему ты так убеждена, что Валерию будет лучше с этой женщиной?
— У них много общего, прежде всего работа.
— А душа? Ты о душе подумала?
— Мне кажется, я права.
Калерия Андреевна не стала спорить, погладила дочь по плечу:
— Больше всего меня волнует, что ты совсем себя не бережешь. Тебе нельзя переутомляться.
— Мама, но я прекрасно себя чувствую, а потом, мне было так интересно…
Настя со всеми подробностями рассказала о прошедшем дне, об уловках Раисы и покупателях.
— На тебя посмотришь, так можно решить, что ты в гостях побывала, а не работала весь день. Анастасия, говори сразу, что ты задумала. Я же по глазам вижу.
— Мама, тебе не будет трудно поехать с Кириллом в музей и в театр? У него все-таки каникулы.
— Так… А ты что собираешься делать?
— Я хочу в каникулы поработать с Раисой.
— А отдыхать ты собираешься или нет?
— Мама, но я же там вовсе не устаю. В павильоне тепло, я почти все время сижу.
— Да, конечно, совсем курорт получается. Тебе больше гулять надо и дышать свежим воздухом, а ты что делаешь?
— Мамочка, но это же ненадолго. — Настя обняла мать, чувствуя, что ей удастся уговорить Калерию Андреевну заняться Кириллом. — Очень скоро я стану такой большой и неповоротливой, что буду целыми днями сидеть дома или чинно и важно разгуливать по бульвару.
Калерия Андреевна сдалась, но Настя никак не ожидала, что Кирилл воспримет ее решение в штыки. Узнав, что в каникулы Насти не будет дома, мальчик обиделся настолько, что перестал с ней разговаривать. Каждое утро, когда Настя собиралась на рынок, он демонстративно отворачивался и даже не смотрел в ее сторону. Калерия Андреевна как могла развлекала мальчика, съездила с ним в театр и в музей, но как только они приходили домой, Кирилл снова замыкался в себе. По вечерам он старался не разговаривать с усталой Настей. Ее беспокоило поведение Кирилла, но она убеждала себя, что поступает правильно.
— Ты не обижайся на него, — уговаривала ее Калерия Андреевна.
— Но он ведет себя так, словно я его предала.
— Что ты хочешь от ребенка? Видимо, он боится потерять тебя, как потерял Галину. Дай ему время понять, что ему больше ничто не угрожает, он успокоится.
— Может быть, ты и права. Тем более, что неделя уже заканчивается, а в понедельник мы с ним пойдем в школу.
Не менее стойко возмущалась решением Насти и противилась ему в силу своих возможностей Ирина. Безуспешно пытаясь дозвониться до Насти в течение несколько дней, однажды вечером она неожиданно приехала и стала дожидаться Настю дома. Едва та вошла в квартиру, Ирина обрушилась на нее с упреками.
— Возможно, ты и права, но мне хотелось самой решить свои проблемы, — спокойно возразила Настя, откусив кусок яблока. — В моей ситуации нет ничего безнадежного, просто мне захотелось немного выйти за рамки моего уравновешенного, устоявшегося образа жизни.
— Нашла время! Тебе что, денег не хватает? Я могу дать тебе их.
— Послушай, Ирина…
— Нет, это ты меня послушай! Я уже Галину потеряла, и всегда свою вину буду чувствовать. Ведь я сама ее на работу устроила в торговлю. А теперь и ты туда же?
— Ирина, да что с тобой? Неужели ты думаешь, мне что-то угрожает? Со мной все в порядке. Можешь считать, что я просто набираюсь новых впечатлений.
— Нашла где. Ты ничего другого не в состоянии придумать?
— Ты себе даже представить не можешь, насколько мне там интересно.
— Что?
— Когда нет покупателей, Раиса даже стихи читает на память.
— Тебя послушать, так можно решить, что на рынке собрались все интеллектуалы города.
— Конечно, нет, но могла бы ты цитировать на память Пушкина и Шекспира? А Раиса может.
— Ты что, туда как в театр ходишь?
Настя рассмеялась и кивнула, дожевывая яблоко:
— Так и есть. Раиса двадцать лет проработала в театре, больших ролей ей не давали, но свою работу она очень любила. А потом дочь выросла и вышла замуж, в театре почти не платили, вот она и стала искать выход. Сейчас она знаешь, чем торгует? Очень красивыми костюмами, возит их из Италии. Причем закупает комплектами, — допустим, ты можешь купить у нее платье, потом подкопишь денег, к этому платью подберешь жилет или брюки. Еще можно купить в этом же стиле блузку и бусы. Если посчитать, получается, что у тебя несколько вариантов оригинальной одежды. Знаешь как здорово!
— Ты бы лучше подумала о себе, а не о чужой одежде.
— Что ты ворчишь? Лучше я тебе расскажу, как сегодня Раиса уговаривала женщину купить платье. Представляешь, она никогда не позволяет покупательнице купить вещь, которая ей не идет. Сегодня одна женщина ее даже обвинила в том, что она не хочет ей продать понравившуюся вещь и придерживает костюм для какой-то своей знакомой. А Раиса ей в ответ преспокойно: мол, хочет, чтобы те вещи, которые она продает, украшали женщин, а не уродовали. И отсоветовала женщине брать то платье! — с торжеством в голосе закончила Настя.
— Так что же здесь хорошего? Она клиентку потеряла.
— А вот и нет! Она уговорила женщину купить другое платье, такое на первый взгляд совсем простое и невыигрышное, но когда она его померила, то просто не захотела снимать. А еще она уговорила женщину купить у нее костюм.
— Этак самой захочется встать за прилавок, — немного грустно заметила Ирина.
— Ты лучше послушай. Одна высокая, но очень полная женщина остановилась около нас и стала смотреть. Раиса сразу же спросила у нее, что она хочет купить. Та ей отвечает, что пришла купить шубу. Зачем в конце зимы? Уже весна на дворе. А у нее, оказывается, денег не хватало, сейчас вот муж добавил, она и приехала покупать. Только уж больно ей костюм понравился. Раиса ей и говорит: «Так в чем дело? Померьте!» Та стала отнекиваться, мол, не может сейчас купить. А Раиса ее успокаивает, говорит: «Ничего страшного, на будущее будете иметь в виду». И уговорила. Женщина надела платье и жакет и стала такой элегантной, что кругом все заахали. Ей действительно шло, при ее высоком росте полнота стала даже незаметной. А женщина чуть не плачет: «Что я мужу скажу? Поехала покупать шубу, а привезу платье?» Раиса ее успокаивает: «Кем вы работаете? Директором школы? Так тем более — в этом платье при виде вас любой двоечник захочет стать отличником. Ну сколько раз вы наденете шубу за зиму? А в этом костюме вы себя постоянно будете чувствовать королевой». Женщина засмеялась и говорит: «И то правда! Я все равно во дворе школы живу. Войдешь в кабинет — шубу в шкаф повесишь, а в платье я у всех на виду буду». — «Правильно, — отвечает Раиса. — Женщины, начинаем жить красиво!» Что теперь скажешь? — со смехом закончила Настя.
— По твоим словам выходит, что ты туда развлекаться ходишь.
— По крайней мере, мне там интересно, я вижу людей, и у меня даже появилась идея нового романа.
— На рынке?! Ну скажешь тоже, — с сомнением в голосе протянула Ирина. — Скажи честно, что ты пытаешься убедить себя в том, что не теряешь времени зря.
— Вовсе нет, — горячо возразила Настя. — У меня в голове словно кусочки калейдоскопа: маленькие яркие истории, а потом они вдруг складываются в рисунок, узор… Что-то мне рассказали девочки в школе, Раиса поведала о своей дочери, а потом меня словно толкнуло что-то — и сложилась история…
— Чудачка! Когда же ты успеешь? У тебя в понедельник занятия в школе начинаются.
— Ничего страшного. Самое главное, что у меня в голове уже есть моя песня. Я же ее не забуду, а время я найду, не беспокойся.
— Настя, как же тебя на все хватает? А Кирилл?
— А что? Кирилл — умница, школу он уже совсем догнал, компьютер освоил, я ему новые игры купила, у Раисы я теперь буду по выходным подрабатывать. Сама видишь, все хорошо устроилось.
Ирина с сомнением посмотрела на подругу, но ничего не сказала, только кивнула и стала собираться домой. Проводив Ирину, Настя пошла на кухню. Калерия Андреевна гладила белье на столе.
— Я тебе совсем не помогаю последнее время.