Эксклюзивно для Его Величества (СИ)

Где же эти ведьмаки?! Столько времени прошло!
— Кира-а-а!..
Руки дрожали. От напряжения кровь быстрее потекла из ран, сбегала по руке вниз и капала на землю, приводя в неистовство существо за стеной. От проклятого стрекотания заложило уши. Я отчётливо понимала: если упущу заклинание — умру. Очередной мощный удар по стене, и меня отбросило назад… Край оказался, ближе, чем мне казалось. И я с воплем полетела вниз, туда, где бились о скалы волны. Падала, готовясь к последнему удару.
Он был, но не такой сильный, и случился намного быстрее. Я не успела долететь до воды. Машинально вцепилась пальцами в… перья.
— Коша?!
Кирин филин успел подхватить меня и вынес наверх. Я никогда не видела фамильяров в действии. Оказывается, они могут и так — вырасти до огромных размеров. Коша опустился на мыс и тихо ухнул. Я тотчас спрыгнула с его спины и огляделась в ожидании очередного нападения. Но куклы нигде не было. Только Невару лежала на мокрой грязной траве и смотрела на меня.
— Не бойся! — сказала она. — Куклы больше нет.
Я подбежала к ней, вглядываясь в нарисованные на земле руны.
— Кира, это что, пентаграмма?
Тупой вопрос! Я видела, что это пентаграмма. Но почему ведьма в ней?!
— Кира?..
— Всё… Уже всё.
— Что «всё»?!
— Кукла во мне.
У меня подкосились ноги.
— Что?! Зачем?!
Девушка облизала пересохшие губы.
— Это единственный способ уничтожить куклу. Я же ведьма — дитя Живы. Моя жизненная сила растворяет её.
— Кира, Кирочка! Что мне сделать? Как помочь тебе? — я упала на колени рядом с ней.
— Уже ничего. Побудь со мной, пока я…пока всё не кончится. Умирать страшно, даже за хороших людей.
— Не умирай! — мой голос сорвался на жалобный писк.
— Возьми мою руку.
Я села на колени рядом с бледной девушкой. Ведьма менялась на глазах. Она стремительно старела, теряя жизненную силу. С другой стороны топтался филин. Невару слабо улыбнулась ему и попросила меня:
— Кошу себе забери. Не надо ему уходить за мной в Грани. Рано.
— Хорошо.
Короткое заклинание, и Колистрат встрепенулся, взволнованно ухнул. Кира махнула ему рукой, словно прощаясь, и повернула голову в сторону океана.
— Как знала, что больше не вернусь домой.
Я сглотнула, глядя на морщинки и белые пряди в волосах Невару. Ловила её угасающий взгляд. А когда ведьма стала читать последнюю молитву, едва сдерживала слёзы.
— Как всходит и заходит солнце — так и я пройду путь свой и встречу смерть улыбкой… И по делам моим будет новая жизнь моя.
Она говорила уже с большим трудом, задыхаясь, сипя и хрипя.
— Хрустальной росой упаду на траву — плачет земля по мне…
Когда Кира не смогла говорить, я сжала её высохшую ладонь и продолжила:
— Прозрачной рекой побегу на закат — плачет солнце по мне. Чистым снегом укрою высокие горы — плачет небо по мне. Дочь твоя уйдёт и вернётся вновь. Жди меня!
Кира благодарно улыбнулась. Я обняла её и услышала выдох… последний. Когда вновь взглянула на ведьму, она уже была мертва. Вместо цветущей девушки на моих коленях лежала иссушённая, седая старуха. Я закрыла ей глаза, прижала к себе и заплакала навзрыд. Слёзы ручьями текли из глаз. Горе переполняло меня. Я оплакивала мою ведьму.
Случайно глянув в сторону, заметила «яблоко» Тома. Вот Бездна! Получается, что всё это время магокамера работала?..
— Стоп! — щелчком пальцев выключила её.
Аврея-Десетра, Кетемарский дворец
Заплаканный взгляд девушки замер на камере. Секундная растерянность и чёткая команда:
— …Стоп!
Изображение на экране погасло.
В королевском кабинете воцарилась мёртвая тишина. Нейл Тестимун тяжело выдохнул:
— Значит, это не ведьминские байки.
— Как видишь, — советник Кеян Молнар нахмурился.
Авизар поднял мрачный взгляд на Тестимуна.
— Разобраться, что происходит в Азурии. Почему мы не знали всей информации? Я в жизни не поверю, что наместник не слышал об этом!
— Будет сделано.
 
Следующий взгляд адресовался Лачеву:
— Доставить Софию Арно сюда и основательно расспросить.
— А вот с этим могут возникнуть проблемы, — предрёк глава Тайной канцелярии.
— Почему?
— Она у ведьм.
…
Ведьмы и ведьмаки так и не смогли открыть портал на Светлый мыс, поэтому бежали как обычные люди. Только теперь до меня дошло, почему они появились так поздно. Пока Том добежал до них, пока сообщил, что случилось, пока…
Незнакомый ведьмак осторожно забрал Киру из моих рук. Я вздрогнула от прикосновения к больному плечу. Ведьма, виновато улыбнувшись, аккуратно обрабатывала рваные раны от когтей куклы. А потом на поляне появилась Верховная ведьма — Лилея Дамаскинская. Она обошла территорию, о чём-то переговариваясь с другими ведьмаками, и наконец, подошла ко мне.
— Софи Арно?
— Да, это я.
— Думаю, мне нет необходимости представляться.
Я кивнула. Ведьма предложила:
— Давайте поговорим в другом месте.
Мы спустились в долину и оттуда перенеслись в Азурийский ковен ведьм. В кабинете помимо Дамаскинской было ещё несколько человек. Они стояли за Верховной и пристально наблюдали за мной. Я отвечала на вопросы и заново переживала случившееся. Светловолосый ведьмак с карими глазами (мой взгляд зацепился за такое контрастное сочетание) спросил:
— Как вам в голову пришла мысль использовать магию опосредованно?
— Кира предупредила, что действовать прямыми ударами нельзя. Мой отец был военкором во время последнего конфликта между оборотнями и вампирами. Он рассказывал, как вампиры обходили действие оборотничьей крови. Вот… пригодилось.
Ведьмак понимающе кивнул и переглянулся с ведьмой.
— Надо попробовать с Землёй и Металлом.
Дамаскинская согласно кивнула.
— Ты прав. А вот Огонь и Воздух вряд ли остановят кукол.
— Разве что поджечь дерево и бросить в них.
— Не до шуток, Петь! — нахмурилась Верховная.
Ведьмак, извинившись, вышел из кабинета. Я перехватила взгляд Дамаскинской.
— Могу я… поприсутствовать на похоронах Киры Невару?
— Думаю, её родители не будут против. А пока вами займутся наши лекари. Раны до сих пор кровоточат… И успокойте родных.
Так я узнала, что стала сенсацией… как и мечтала несколько месяцев назад, когда отправлялась сюда. Только восторга не чувствовала. Было банальное желание снова разреветься. После перевязки мне позволили позвонить папе и успокоить его. А ещё я связалась с Томом. Его колотило после пережитого и увиденного на экране.
— Как ты додумался оставить камеру? — спросила у брата.
— Софа, да я забыл о ней! Мы же снимать начали в городе, а потом стало не до того… Вспомнил уже, когда ведьмаки к вам побежали. Ну а дальше во мне проснулся репортёр.
— Папарацци, — поправила я Томаса.
Попрощавшись, я ещё некоторое время сидела в пустом лазарете. Сейчас, когда адреналин схлынул, всё переосмысливалось и переживалось по которому разу. Голова трещала от мыслей: а что было бы, если бы я поступила так? Может, Кира осталась бы жива?.. Бездна! Я до сих пор не могла поверить, что её нет, что сама балансировала на краю гибели!
На следующий день были похороны, на том самом месте — мысе Светлом. Это я настояла. Уверена, Кира хотела бы этого. Ей же всегда нравилось здесь!.. На мысе собралось много ведьм и ведьмаков. Они с интересом поглядывали на меня, здоровались, как будто хорошо знали. А я стояла рядом с родными Киры и не могла смотреть им в глаза, словно была виновата в том, что выжила. В какой-то момент почувствовала осторожное прикосновение и вздрогнула. Оказалось, это Лена, младшая сестра Киры, взяла меня за руку. Я сжала в ответ пальцы девочки. По традициям ведьм, на месте погребения высаживали дерево. Мама Киры вытрясла из мешочка маленькое семечко. Прозвучало заклинание — и через несколько минут из земли показался тонкий зелёный стебелёк.