Эксклюзивно для Его Величества (СИ)

— Софа, жги! — орали однокурсники.
И я, раззадоренная, жгла! Пламен лишь хмыкнул, когда пуговки на его рубашке оказались расстёгнутыми и зрительницы смогли разглядеть великолепное, молодое тело. Всё для вас, девочки!
Парень подбросил меня вверх, и я взмахнула руками. Водные шарики кружились над нами, сверкая и переливаясь в свете прожекторов. А с последним аккордом осыпались влажной пылью. Зал ревел от восторга. Я видела горящие глаза друзей и перекошенное от бешенства лицо Элеоноры.
— Это нечестно! Тебе помогали! — обвинительный взмах в сторону Благовского.
Марлоу трясло от возмущения и обиды. Ничего, пусть потрясёт, как трясло меня весной, когда она выбила нас с Пламеном из танцевального конкурса. Тоже нечестным способом. Я пожала плечами и повторила её же фразу, сказанную тогда.
— А никто и не запрещал!
— Сучка!
Вот это зря!
— Умойся, стерва!
Она пискнула, когда в лицо плеснула холодная вода. И потянулась ко мне, собираясь вцепиться в волосы. Благовский вовремя растащил нас и отвёл меня в сторону.
АВИЗАР
— Что там за вопли? — поинтересовался Нейл Тестимун, не поднимая глаз от карт.
— Выпускники диплом отмечают, — лениво ответил Захар Благовский — хозяин клуба.
— Шумно отмечают.
— Свой выпускной вспомни, — хмыкнул Гораций Лачев со знанием дела.
Ещё бы! Ему тогда пришлось подчищать за нами всеми!
Тестимун и Благовский охотно вспомнили некоторые яркие моменты, посмеялись и вернулись к игре. Я мельком глянул на карты и куда пристальнее наблюдал за лицами соперников. Игра в шаджи — это целое искусство!.. Громкий рёв с первого этажа вновь отвлёк от партии.
— Да что там такое? — Гораций бросил карты на стол.
Плохой расклад!
Мужчины подошли к стеклянной стене. Лачев — из-за природного любопытства, а Благовский, не столько из-за интереса, сколько из-за тревоги за свой клуб. Маленькими глотками он пил коньяк, внимательно наблюдая за происходящим внизу. А там бесновалась толпа.
— Танцевальный поединок? — спросил Нейл Тестимун, подходя к друзьям.
— Похоже на то.
Заинтересовавшись, я тоже подошёл к стеклянной стене и посмотрел на пару на сцене.
— Захар, а это не твой братец?
— Он… Паршивец! — чертыхнулся хозяин клуба. — И клялся же вести себя прилично!..
— В ночном клубе? Прилично? — усмехнулся Реннон Затери, откладывая карты. — Ладно бы ещё ваши родители на такую чушь повелись, но ты-то…
— Так диплом с отличием… Я пообещал осенью…
И Благовский закатил глаза, глядя на выкрутасы младшего брата.
— Танцор! — поддевал приятеля Тестимун.
Но я уже не слушал их перепалку. Не отрываясь, смотрел на танцующую пару. Черноволосый парень провёл рукой по позвоночнику девушки, заставляя её прогнуться и прильнуть ближе. Они двигались красиво, слаженно. Вроде ничего такого, а в пах стрельнуло. Когда Пламен, присев, пробежался пальцами по девичьему бедру вверх, из моего горла вырвался судорожный выдох. Я незаметно переступил с ноги на ногу, чувствуя лёгкое неудобство в брюках.
— Слушай, Зар, — позвал меня Нейл, — это же та девочка, которая тебе яйца чуть не откусила!
Что ему сказать? Я узнал её с первого взгляда. Реннон Затери хмыкнул:
— И побасенки (короткие шутливые песенки — Прим. авт.) гоблинские поёт, и «Абанару» танцует!.. Надо же какая талантливая девушка!
Лачев хохотнул:
— Я, кстати, такой побасенки ещё не слышал… Не любят гоблины эльфов.
— Да не больно-то и хотелось! — громко фыркнул Затери — высший эльф. Но обиженные нотки в голосе прозвучали.
А я не сводил глаз с танцующей девушки, просто не мог. Мокрое платье облепило тело… Очень красивое тело, между прочим!
— О-о-о! Я узнаю этот взгляд! — рядом засмеялся Тестимун. — Похоже, девочка попала!
Я победила! Я завела зал! И уела эту провинциальную выскочку! Да-да, Элеонора Марлоу — приезжая, явилась в Виридию из какой-то глуши. Нет, я не снобка, и одинаково ровно отношусь ко всем, независимо от происхождения и расы. Но иногда эти «талантливые» выскочки из народа дадут фору любому аристократу в мастерстве ходьбы по головам. А невинность, доброта и прочие добродетели провинциалок давно стали мифом. Деревенские девочки идут в столицу с одной мечтой — зацепиться там любой ценой: работой, браком, контрактом. Что угодно, только бы не вернуться обратно. Марлоу как раз относилась к таким. А учитывая, что стерва была смазливая и неглупая, у неё имелись весьма неплохие шансы. Да и на здоровье! Только пусть не переходит мне дорогу! Иначе закопаю!
 
Я спрыгнула вниз, опираясь на руку Благовского.
— Пламен, спасибо!
— Должны же мы были когда-нибудь станцевать эту «Абанару»!
— Ага! На Остару! — напомнила я одногруппнику. — Но кто-то набухался тролличьего пойла и рыгал в туалете, пока Марлоу надевала корону на весеннем балу.
Благовский виновато потупился.
— Но сегодня я реабилитировался?
— Вполне, — похлопала его по плечу. — Выдохни, Пламен. Я давно не сержусь.
Диана козой скакала рядом.
— Круто!
Я тоже смеялась, радуясь этой победе. Выслушав поздравления и восхищения, присела на высокий стул рядом с барной стойкой. Бармен подмигнул:
— Коктейль?
— Нет, воду с пайтом (фрукт с горьковато-кислым вкусом — Прим. авт.).
Парень недоверчиво выгнул бровь.
— Уверены?
— Давай-давай! — поторопила я его.
Знаю, напиток на любителя, но мне нравился. Прикрыв глаза, я пила ледяную воду с горчинкой и приходила в себя после состязания. А вскоре почувствовала движение рядом: кто-то присел на соседний стул. Ещё один желающий познакомиться. Ко мне уже подходили некоторые, сразу после танца. Я повернулась, собираясь отшить очередного кавалера и замерла. Рядом сидел ОН.
— Шикарно танцуешь, ручеёк!
— Спасибо.
Я же типа не узнала мужчину в той випке.
— Не простынешь? — он кивнул на запотевший бокал с холодным напитком.
От чёрного взгляда мурашки побежали по коже. Казалось, король трогает меня этим взглядом, ласкает, ведёт по шее вниз, по плечу, замирая на груди. Соски непроизвольно сжались и отозвались лёгкой болью от трения по ткани. Моё женское естество трепетало перед сидящим рядом мужчиной. Сильный, уверенный — такому хотелось отдаться!.. А почему бы и нет?
— Согреешь меня? — я протянула руку.
Потрясающее окончание праздника. И пусть завтра мне будет стыдно, но сегодня я — королева! И эту ночь проведу с королём!
Я не пожалела. Ни разу! Король Авизар стёр всех, кто был до него. Его огонь выжег мою память. И даже через сто лет я буду помнить эту ночь.
Авизар забрал меня из клуба и привёл в какую-то квартиру. Мне было всё равно, даже если это дешёвый пансион с капающими кранами в ванной. Я прижималась к сильному плечу, вдыхая приятный аромат. Хотелось попробовать его, слизать, вдохнуть, чтобы он проник в меня и заполнил всё, до последней клеточки. Мужчина целовал жадно, руками лаская спину, зарываясь пальцами в волосы. А я тёрлась об него кошкой. Стянула с широких плеч пиджак. Рванула рубашку, наплевав на пуговицы. Наваждение какое-то! Хотела его до потери пульса! Лизнула кожу на груди и услышала сдавленный стон.
— Прости, ручеёк! Первый раз будет быстро. Очень хочу тебя! Завела меня своим танцем!
Платье сползло с плеч. Мужские губы скользили следом, выцеловывая шею и грудь. А когда Авизар взял сосок в рот и начал перекатывать на языке, думала, кончу прямо там, у входной двери, прижатая к стене. Почувствовала пальцы мужчины в трусиках и сама стала насаживаться на них. Король довольно шепнул:
 
— Ты вся течёшь!
И подхватив на руки, понёс в спальню. Всё и вправду было быстро, но от этого не менее вкусно. Я смотрела, как Авизар торопливо раздевается, и дрожала от нетерпения. А когда почувствовала его в себе…