Эксклюзивно для Его Величества (СИ)

Ручеёк — молодец: пережила, перешагнула и пошла дальше, что и продемонстрировала сегодня на пресс-конференции. Ничего личного, только работа! Мне стоит взять с неё пример!.. В следующий раз я встречу её так, как встречаю всех журналистов.
Но следующего раза не было. Софи Арно больше на королевских пресс-конференциях не появлялась.
  
Глава 11
 
Наверное, Томас рассказал родителям про мою помолвку. Потому что на следующий день позвонила мама и предупредила, что они придут в гости. Моё вспыхнувшее недовольство быстро схлынуло. Я понимала, что рано или поздно придётся знакомить жениха с матерью и отчимом. Почему бы не сейчас? Тем более Хейли, по сути, напросились в гости. Значит, можно не выкорячиваться, пытаясь угодить им.
Бруно спокойно воспринял новость о незваных гостях, лишь уточнил кулинарные пристрастия моих столичных родственников и сделал заказ в ресторане. Я тоже не сильно волновалась, не бегала по дому, выискивая в углах пыль и паутину. И абсолютно не переживала: одобрит ли мама мой выбор? Меня больше волновала реакция Бруно. Я знала, что у Мейендорфов дружная семья с традиционным укладом, когда родители заботятся о детях, а те почитают старших. Для Бруно не были секретом мои прохладные отношения с матерью, но он не представлял, до какой степени они прохладные. Я не собиралась обманывать ни его, ни Эмилин Хейли, изображая дочернюю любовь. И теперь гадала, как правильно выстроить линию поведения. В общем, гости ещё не пришли, а я уже мечтала, чтобы они быстрее убрались восвояси.
— Улыбнись, малыш! Я тебя не подведу! — Бруно чмокнул меня в щёку и пошёл открывать дверь.
А я только сейчас сообразила, что дребезжащий звук, который мешал мне думать, — это дверной звонок! Вот и гости пожаловали!
Мама в элегантном костюме с царственным видом прошла в гостиную. И я видела, как постепенно меняется выражение её лица. Намётанным глазом она быстро оценила двухуровневую квартиру Мейендорфа и его самого в дорогом брендовом костюме. Эмилин Хейли повернулась к моему жениху и очаровательно улыбнулась.
— Я рада с вами познакомиться, Бруно.
— Мне тоже очень приятно, госпожа Хейли, — Мейендорф галантно поцеловал её ручку.
А я с откровенной насмешкой наблюдала за ними. Мама, наконец, заметила меня.
— Здравствуй… София.
Она больше не называла меня тем дурацким именем «Фике». Уже хорошо! Что ж, попробую для разнообразия побыть милой.
— Добрый вечер, мама, господин Хейли! — я гостеприимно взмахнула рукой. — Прошу! Проходите!
А вот Томасу улыбнулась вполне искренне.
— Привет, толстый, — я намеренно использовала старое обидное прозвище, показывая сводному брату, что сержусь.
— Привет, мышка! — широко улыбнулся тот, ничуть не устыдившись.
— Ты меня сдал?
— Угу, — кивнул Том белобрысой головой и пояснил: — А то не по-людски получается… Мы же вроде как одна семья!
— Не парься, — успокоила я. — Это давно надо было сделать и забыть.
Кстати, идя к столу, я сообразила, почему до сих пор не сообщила матери о своей помолвке. Дело не в обиде. Том правильно сказал: мы не семья, мы именно «вроде как семья». И своих столичных родственников я воспринимала как… да как родственников, только далёких и не самых любимых. Я банально не понимала, о чём сейчас буду беседовать с Хейли! На отстранённые темы говорить глупо, а откровенничать опасно.
Но, как всегда, на помощь пришёл папа — моя самая надёжная опора, которая не подводила меня ни разу. Хвала богине Дане, отец всё-таки смог уговорить Лауру, и они тоже присоединились к нам. Когда я увидела на пороге папу с его фирменной улыбкой и хитрым чёрным взглядом, вечер перестал казаться тошнотворно унылым.
Бруно прекрасно справлялся с ролью хозяина. Он предложил гостям аперитив и развлекал их непринуждённой беседой, а позже пригласил за стол. Мне всё-таки пришлось рассказать историю нашего знакомства, а также поделиться подробностями, когда и как Мейендорф сделал предложение. Мама и Лаура, как женщины, ожидаемо растеклись восторженными улыбками и заохали, разглядывая помолвочное кольцо.
 
— Это «Сигоноро» — известный ювелирный бренд, — со знанием дела заявила Эмилин Хейли.
— И очень дорогой, — добавила Лаура.
Мой жених, мило смущаясь, отвечал на вопросы мамы и Томаса. Во время рассказа о верфи ему на помощь пришёл отец, и Бруно смог перевести дух.
Я не могу сказать, что вечер получился весёлым и позитивным, но и ужасным его тоже нельзя было назвать. Мама явно переживала из-за таких кардинальных изменений в жизни дочери. Я видела растерянность в её взгляде и волнение. Похоже, она до сих пор переваривала эту новость. Томас тоже недоверчиво поглядывал на нас с Бруно. А от его замечаний и каверзных вопросов мы все чувствовали себя не в своей тарелке, кроме папы. Тот влёт осаживал распоясавшегося юнца. Лаура большую часть вечера молчала, чувствую себя некомфортно под редкими мамиными взглядами. Да и мне было не до еды. Один Брайан Хейли с непробиваемым спокойствием поедал свой стейк.
В общем, когда ужин закончился, раздался не один облегчённый вздох. Мужчины перешли в гостиную зону и, достав хорошую выпивку, начали обсуждать последние новости в нашем королевстве и в мире. А мы, женщины, остались в столовой. У нас с Бруно не было слуг. Лишь раз в неделю приходила домработница и занималась генеральной уборкой. В остальные дни мы сами следили за порядком. Поэтому сегодня посуду убирала я. Ну, и мама с Лаурой вызвались помочь. Работа пошла быстрее, и вскоре мы на кухне уже заваривали чай. Мама поставила фарфоровый сервиз на поднос и протянула его Лауре.
— Если вам не трудно, расставьте чашки, пожалуйста… А мы с дочерью принесём всё остальное.
— Конечно, — женщина понятливо улыбнулась.
Она вышла и прикрыла дверь, чтобы нам никто не мешал. Мама вздохнула.
— Надеюсь, Крис будет счастлив с… Лаурой, кажется.
— Он уже с ней счастлив, мама, — я насмешливо глянула на родительницу. — Лаура умная, добрая и очень любит папу.
Эмилин Хейли передёрнула плечами, но не стала развивать эту тему. В кухню заскочил Бруно.
— Я за солью.
Он схватил баночку и, чмокнув меня в щёку, вернулся в мужскую компанию.
— Очень приятный молодой человек, — заметила мама. — И тебя любит.
Я улыбнулась, но ничего не сказала. На кухне повисла гнетущая тишина, прерываемая лишь звоном посуды. Наверное, я была предвзята, но мамины слова казались мне неискренними, а её улыбки фальшивыми. Тяжело поверить обманувшему тебя. Это как идти по сожжённому мосту: каждый шаг делаешь с опаской, рискуя сорваться вниз.
— Я видела твой репортаж вчера, — снова заговорила мама. — Ты талантливая девочка. Я всегда это знала.
И опять тишина, только свист закипающего чайника.
— Я слышала, «АНТ» предлагали тебе работу?
На мамин вопрос я только хмыкнула. Ну, предлагали! И не только они, кстати. Эмилин Хейли нервно передёрнула плечами.
— Это хороший телеканал, третий по популярности. И если захочешь… Ты всегда можешь вернуться домой.
Я как раз отвернулась к шкафчику, чтобы достать конфеты.
— Софи, что же ты молчишь?! — мамин голос дрогнул. — Ну, прости меня! Я ошиблась!.. Хотела защитить семью.
С моих губ сорвался невесёлый смешок. Но молчать дальше и впрямь было бессмысленно. Я взяла Эмилин Хейли за руки и усадила на стул.
— Я не злюсь, просто… Всё верно, мам. Ты защищала свою семью: Брайана, Томаса. А я… Я как бы и не семья.
— Зачем ты так говоришь?!
— Потому что это так! — я присела напротив. — Наверное, поэтому разводы не приветствуются ни в одной стране. Нельзя окончательно поставить точку в прежнем браке, если есть дети. Они и там не нужны, и в новой семье напоминают о былом. А выбирая между неудачным прошлым и счастливым настоящим, всегда выберешь настоящее… Ну, сама подумай! Если бы я к вам вчера зашла, о чём бы мы с тобой говорили?.. У каждого давно своя жизнь, свой круг общения, свои заботы.