Не время для героев – 5
– Так… – цедит он, сжимая и разжимая бумажку в руке, а затем поворачивается к своему спутнику. – Так… Ясно. Идём, ученик. Нужно отправить Хайсаме срочное сообщение. А ты…
Высокий смеряет меня пронзительным взглядом.
– Тебя, Рой, я благословляю именем Творца, за то, что выполнил поставленную задачу.
– Б-благодарю… – продолжаю я отыгрывать испуг и благоговение. – И… И что мне теперь делать, почтенный?
– Всё, что мог, ты уже сделал. Благодарность Культа Слов у тебя есть. Иди на все четыре стороны, – развернувшись, бросает через плечо мужчина. – Найди себе новую ватагу, или сдохни в лесах – мне всё равно. Творец дал нам свободу воли – так что используй её с умом.
Странных балахонов оказывается не двое, а почти десяток – я вижу через стеклянную стену, как они собираются во дворе замка и уходят в джунгли – в том направлении, откуда пришёл я.
Нет, ну надо же! Мне и правда удалось обвести их вокруг пальца и выкрутиться из щекотливой ситуации без боя! А ведь они явно были магами – если не все, то несколько – точно. По крайней мере, посохи я видел у пятерых… Если бы мы схлестнулись, скорее всего, я бы уже кормил червей.
К сожалению, в замке отыскать что-то полезное не удаётся. Ни еды, ни чего-то, что пригодилось бы мне в путешествии. Видимо, всё что было полезное – уже растащили или разломали. Библиотека, которую я нашёл на третьем этаже, была пуста – как и мастерские, судя по обломкам разных инструментов, разбросанных там. Так что, приняв во внимание всё, что рассказал мне Беренгар, я решаю отправиться на запад, в Тиал’Лир, куда, по словам старика, уволокли моих друзей и беременную жену.
Жену! Поверить не могу… Ну не похож я на человека, у которого есть жена! Однако зачем бы Беренгар стал о таком лгать? Нда… надо скорее вспомнить всё самому, но вот ирония – для этого придётся отыскать людей из моего прошлого.
Да уж…
После всего, что мне рассказал призрак деда, в голове царит настоящий сумбур. Я по-прежнему не могу ничего вспомнить, однако куски разных воспоминаний и образов крутятся в памяти, заставляя меня испытывать то ярость, то радость – и я не понимаю, к чему они относятся.
Да и вопросов столько, что при их обдумывании голова начинает раскалываться.
Поэтому я ставлю для себя две основные задачи. Первая – найти жену, при мыслях о которой у меня не возникает никаких воспоминаний, но просыпается ворох эмоций; и друзей, чтобы попытаться вспомнить прошлое. Вторая – отыскать один из этих двух камней, о которых говорил Беренгар. Я не сомневаюсь в том, что получив возможность говорить, словоохотливый старик расскажет мне много всего интересного…
Но направление поисков пока что всего одно – запад, так что туда я и направляюсь.
«Карта» из перчатки показывает ужасно мало, и я догадываюсь, что ей нужно откуда-то черпать информацию – как в тот раз, когда я разглядывал долину и смотрел на магическую башню. Тогда доспех будто бы «соединился» с ней, завибрировал и наполнился чем-то извне, показывая схематичное изображение окружающего мира. Так что если мне удастся найти ещё одну такую башню – быть может, мне откроется новый участок карты?
Я возвращаюсь к перевалу и направляюсь по дороге, ведущий в нужную сторону. Вскоре на пути попадается указатель, затем ещё один и ещё, тракт сильно расширяется, к нему присоединяются дороги поменьше и тропинки.
Джунгли по обе стороны тракта реже не становятся – но по пути попадаются «лагеря» на вырубленных полянах. Это хорошо оборудованные территории со столами и скамьями, небольшими деревянными домами, навесами и, что удивляет меня сильнее всего – колодцами с механизмом подъёма воды, которому даже ведро не нужно! Нажав рычаг, можно пить сколько угодно и наполнять фляги – чистейшая вода льётся из трубы, ведущей куда-то под землю.
Удивительная технология, которую, судя по испытанному удивлению, я раньше совершенно точно не встречал.
Мои раны от змеиных укусов начинают потихоньку затягиваться – однако рука продолжает немилосердно болеть и держать ей меч до сих пор проблематично.
На четвёртый день пути мне встречаются первые путники – торговцы, судя по неплохой одежде. Свободные и лёгкие штаны, длиннополые то ли кафтаны, то ли халаты зелёного цвета (у всех без исключения), намотанная на голову ткань, смуглые, едва ли не коричневые лица – внешность этих людей кажется мне непривычной…
Торговый обоз состоит из огромных повозок, больше напоминающим передвижные дома на здоровенных колёсах, высотой мне по грудь. Из крыш торчат дымящиеся трубы, в бортах имеются внушительные, занавешенные изнутри окна. Эти конструкции тащат животные, напоминающие коров, но раза в два больше, с длинной шерстью, толстыми ногами, похожими на стволы деревьев, и закрученными, разведёнными в стороны рогами.
Сами торговцы хоть и путешествуют с хорошо вооружённой охраной, оказываются весьма добродушными (ещё бы – что им сделает одинокий путник?). Они отвечают на некоторые вопросы, убеждают меня, что я движусь в нужном направлении, и делятся едой в обмен на несколько серебряных монет.
Подозреваю, что эти смуглые ребята хорошенько меня надули, однако я по-прежнему не представляю, сколько стоит каждая отдельная монета, а потому просто отдаю столько, сколько у меня просят.
В следующие три дня мне встречается ещё больше народа – снова торговцы, бродячие артисты, нищие путники в оборванной одежде, даже солдаты. В очень хороших доспехах и отлично вооружённые, они едут верхом на огромных ящерицах, что поначалу вводит меня в ступор – я знаю, что люди ездят на лошадях, но ящерицы!.. Это что-то непривычное…
К счастью, с вояками у меня разговора не возникает – возможно потому, что я не особо выбиваюсь из общей массы народа, который встречается на дороге. А чем меньше остаётся до города – тем больше на тракте появляется местных жителей.
Так что к Тиал’Лиру я добираюсь, затерявшись в сотнях, или, что вероятнее, тысячах стремившихся к нему людей. В основном это паломники.
Стены города, к которому направлялся, я вижу издали. И сразу же понимаю, отчего паломники, среди которых я провёл последние два дня, отзывались о Тиал’Лире с таким трепетом и благоговением.
Город оказался… Велик. По иному и не скажешь.
У меня в памяти есть обрывки воспоминаний, в которых я будто бы видел высокие крепостные стены раньше – но то, что предстаёт перед моим взором сейчас, действительно поражает воображение…
Идеально гладкие, без единого стыка и даже намёка на сочетание камней, белоснежные стены вздымаются ввысь, отгораживая город от густых джунглей. За ними виднеются возвышающиеся каскадом здания – целые кварталы, построенные друг на друге, а в их центре – огромная, но при этом чрезвычайно «воздушная» твердыня, чьи три шпиля пронзают облака.
На равных промежутках по всему ряду укреплений, опоясывающих Тиал’Лир, тоже расположены башни – куда меньшие по размеру – со светящимися на вершинах сгустками магической энергии внушительного вида.
Увидев их, я думаю о том, не появились ли новые метки на карте, и машинально потираю предплечье, окованное кристаллом, на котором снова уснул Хам. Раз уж я узнал собственное имя, мне показалось, что будет неправильно малышу ходить безымянным. А его любовь к ругательствам натолкнула на мысль, как его назвать.
Он был не против, судя по всему.
Зверёк оказался на редкость умным. Он прекрасно понял, что я не хочу, чтобы окружающие видели мою руку, закованную в кристаллическую перчатку, которую невозможно снять. А потому то время, когда я находился среди людей, он спокойно спал, обвившись вокруг неё и замаскировав бросающийся в глаза элемент доспеха.
Оказалось, что Хам о-о-очень любит спать… За четыре последних дня ел он всего однажды – проколов мой палец острыми зубками. Я был совсем не против – тем более малыш оказался так полезен.
Благодаря ему мой вид ни у кого не вызывал вопросов – обычный путник, восхваляющий Творца и стремящийся в город, о котором слышал с самого детства и мечтал посетить, живя в глухомани – такая у меня была легенда.