Всадницы и всадники (СИ)

– Его очень дорого делать? – начал я прикидывать стоимость испорченного мною курса алхимии. Похоже, свою первую зарплату я получу ещё не скоро, причитающиеся мне деньги уйдут на покупку ингредиентов.
– Добычу компонентов для зелья, как и добычу драконьих яиц, контролирует императорская семья, – раскрыла Мирра причину сложности приготовления ещё одного курса алхимического настоя. – С которой у нас немного напряжённые отношения.
– Немного напряжённые – это очень мягко сказано, – Аннет оказалась более откровенна. – Отношения у нас самые худшие за много лет. С остальными службами империи у всадниц из-за статуса всегда были некоторые разногласия, но с тех пор как принц Дариан начал что-то решать, положение усугубилось в несколько раз.
– Что же такого страшного сделал принц? – искренне поинтересовался я.
Выполняя распоряжение Мирры, я читал в основном книги про драконов и по тактике сражений. Но императорская семья – это императорская семья, про неё не прочитать было невозможно.
В общем-то, семья как семья: принцы, принцессы, император, императрица. Правда, император был весьма любвеобилен и успел заделать кучу детей. Ещё у него было целых три жены. Не одновременно, многожёнство в Этерии было под запретом, а так сказать, «по очереди». Первая жена погибла, отравившись неизвестно чем, вторая сошла с ума, а вот третья, Оринари, каким-то образом избежала участи первых двух. Поверить в бытовые причины произошедшего с первыми двумя жёнами не получалось – уж императрицу-то должны были лечить нормально. Раз не вылечили и не уследили, значит, дело в чём-то другом.
Несмотря на то, что Этерия была империей, власть императорской семьи была ограничена дворянством. Местные аристократы оказались поумней своих земных коллег и организовали Собрание, не позволяя разгуляться королю и захапать абсолютную власть.
Далеко вглубь отношений аристократических родов я не совался, поэтому никаких тонкостей не знал. Все эти Великие Дома, свободные феодалы, Роды, и прочие семьи постоянно интриговали, боролись за власть и влияние, сражались, пытались урвать друг у друга что можно и что нельзя. Для обслуживающего персонала замка всё это не имело никакого значения, важнее было знать конкретных людей, ошивающихся в Высоком городе и их привычки, дабы угодить.
Уже в Башнях я попытался ради интереса ознакомиться с местными талмудами, описывающими политическую систему. Что тут сказать? Высшая математика после подобных трактатов показалась цветочками.
Про принца Дариана я мало что знал. Принц и принц, наследник. Прозвище странноватое только: Белый Ворон империи. И если «Белый» – это от цвета волос, то почему «Ворон»? В замке ходили разные слухи относительно личности принца, но, как и полагается, мало кто осмеливался говорить правду и негативные вещи. Все только и делали, что восхваляли принца и восхищались его внешностью. Тем более, было чем: принц был высок, статен, белокур и величественен. Во всяком случае, таким он представал на портретах.
А вот магички явно знали побольше слуг: вон как скривились после моего вопроса. Похоже, принц Дариан тот ещё фрукт.
– О Дариане лучше с Нарритой поговори, – Аннет то ли случайно, то ли нарочно пропустила титул принца. – Она много интересного о нём рассказать может.
– Так в чём проблема получить зелье у императорской семьи?
– В том, что все его компоненты под строгим учётом. Их крайне сложно добыть. Знаешь, кто и как добывает драконьи яйца?
– Специальные команды охотников, – припомнил я слова Мирры.
– Все такие команды подчиняются императорской семье, – пояснила магичка, незаметно успевшая ополовинить немаленькую бутылку. – Всё, что они добывают, сначала попадает в императорское хранилище. Кроме яиц – их сразу же несут к нам.
– И принц не даёт вам компонентов?
– Даёт, но… – замешкалась Мирра, а затем вымученно улыбнулась. – Нужных нам очень мало и каждый раз приходится просить. Драконьи зелья действуют не только на нас, но и на обычных людей. Куда слабее, но действуют. Их применение расписано на годы вперёд. И ни одной из нас они больше не требуются. Только тебе.
 
– Можно добывать самим и не зависеть от императора, – предложил я вариант обойтись без жадобы-принца, зажавшего зелья. – Или этих самых охотников нанять по-тихому. За хорошее вознаграждение многие готовы будут головой рискнуть.
– Рискнуть, но не отправиться почти на верную смерть, – не оценила мою предпринимательскую жилку Аннет. – Все нужные растения для драконьих зелий добываются в местах обитания свободных драконов. Больше они нигде не растут.
– И часто гибнут команды охотников?
– Практически всегда. Их почему черноруками-то прозвали? Потому что руки у них от пролитой крови даже не красные, а чёрные. Никто в здравом уме в ряды охотников не запишется. Вот и набирают туда разных убийц, да прочую шваль. Обещают прощение всех преступлений и хорошую награду.
– Некоторые потом на королевской службе остаются, – заметила Мирра. – За них даже парочка наших замуж выходила, настолько они отчаянные.
– И очень зря, – не одобрила решение прошлых всадниц связать свою судьбу с преступниками Аннет. – Пусть они и сильны, но всё равно останутся на всю жизнь убийцами.
О том, что любой чернорук в ужасе убежал бы к драконам от любой из всадниц, я тактично промолчал. Спалить несколько тысяч воинов врага у воительниц не считалось за убийство, так, рядовое событие войны. С другой стороны, всадницы убивали врагов государства, а черноруки – сограждан.
– Ну а вы сами?
– Что мы? – фыркнула раскрасневшаяся Мирра, за какую-то минуту успевшая окончательно «уговорить» бутылку. – Нам драконьи яйца или компоненты для зелья не проще будет достать.
– Вы же всадницы! – воскликнул я. – У вас же драконы!
– И чем это поможет? – чародейка снова села рядом со мной. – Да, мы гораздо сильней черноруков. Да, у нас есть драконы, но и с той стороны такие же драконы. Пусть иногда слабее, пусть они не знают хитростей групповых сражений, но никто не отменял их силу. И да, мы можем устроить бойню, разорив не слишком большое гнездовье. Только вот что за это получим? Несколько яиц, драконы из которых обретут всадниц только через десятки лет, – начала загибать пальцы Мирра, – Компоненты для зелий, которые нам не нужны. Несколько погибших всадниц и их драконов, а также ослабление страны. И ещё одно исчезнувшее поселение драконов, которое в будущем уже ничего не сможет дать, – чародейка загнула последний, большой палец и сунула получившийся кулачок мне под нос.
– Ага, теперь понятно, – осторожно кивнул я, косясь на Мирру.
Какая-то она малость неадекватная после выпитого стала. Впервые её такой вижу. Может, в бутылке было не просто вино, а чего-нибудь совсем убойное?
– Поэтому мы и не добываем ничего сами, – подытожила Аннет. – Шансы добраться до драконьих логовищ куда выше у небольших команд.
– Выгодней незаметно проскочить у драконов под носом, чем устраивать небольшую войну? – догадался я.
– Не просто выгодней, – поправила меня чародейка. – Это единственный возможный вариант. И даже так большая часть охотников погибает, ничего не добыв.
– И вы бы тоже погибли?
– И мы тоже, – легко признала Аннет. – Может, не в первый поход, но протянули бы не сильно дольше черноруков.
– Можно создать собственную службу охотников, – предложил я, уж очень мне хотелось как-то загладить вину за нанесённый ущерб. – Преступников в стране ведь не мало.
– Куда больше, чем хотелось бы, – кивнула магичка. – Только ничего не получится. Черноруков очень серьёзно готовят в течение нескольких лет. Посылать необученных преступников бесполезно, они сгинут ещё в пути.
 
– А у нас драконы, хозяйство… – печально обвела рукой комнату Мирра, будто пытаясь продемонстрировать на её примере всё то «хозяйство», которое ну никак не даёт себя бросить и заняться подготовкой охотников.
– К тому же, решением дворянского собрания и империи нам подобная деятельность запрещена, – негромко озвучила настоящую причину Аннет.