Готика. Книга 2 (СИ)
Постепенно голова моя, переполненная впечатлениями, пошла кругом.
Бродя по глухим лесам, где моими спутниками были лишь воины света, я уже отвыкла от шумного общества. Поэтому, когда после очередного поворота перед носом появились знакомые ворота дворца, я была на седьмом небе от счастья!
Добравшись до своей комнаты, я рухнула на кровать, предварительно глянув под неё. Одеяльце, скомканное утром Тиллем, исчезло.
Категорически отказавшись ужинать и смотреть салют в мою честь, я стащила сапоги с ног и моментально уснула.
***
Сколько событий может произойти за сравнительно небольшой промежуток времени? Ну, скажем, в один день.
Да целая куча!
Макушка которой к вечеру начинает подпирать небо!
Казалось, что весь орочий город занят подготовкой к предстоящему походу. Закончилось тысячелетнее ожидание. В воздухе прямо таки витал дух глобальных перемен!
Никогда прежде не ощущала я так остро, что скоро грянут события, которые могут перевернуть этот несчастный мир опять с ног на уши. И виновницей всего этого буду я!
На берегу дворцового пруда, под пышной листвой старой ивы уютно пряталась крохотная беседка.
Забившись в неё, я опасливо следила за суетой во дворе, надеясь, что обо мне все благополучно забыли.
Мимо промаршировал строй солдат, закованных в серебристые латы. Вид их был внушителен и воинственен. Расположившись на другой стороне двора, солдаты разбились на пары и принялись отчаянно рубиться друг с другом. Искры от их оружия разлетались во все стороны…
Прошли Тилль и Шиул, о чём-то оживлённо разговаривая и внимательно оглядываясь вокруг.
Минут через пять, вслед за ними, промчался заполошный Альдер.
Кажется, мои приятели кого-то искали! Надеюсь, не меня.
Настроение моё было печальное и безысходное. Оно напоминало то состояние, что испытываешь перед визитом к зубному врачу.
Жизнь кипела и кружила веретеном: бегали слуги, летали мухи, чирикали птички. Даже облака неслись, как угорелые по голубым небесам. И только я тихо сидела на низенькой скамеечке в горькой кручине, обмусоливая одну и ту же мысль: «Как не охота идти в гости к троллю!»
Слёзы невыносимой жалости к самой себе капали на колени. И что же я такая несчастная? Никому не нужная! Одинокая женщина в чужом мире!
Маленький белый шарик неожиданно повис у меня перед носом. Я попыталась отогнать его, как надоедливую муху, но не тут-то было! Шарик ловко увернулся и вновь завис, на сей раз громко загудев.
Тут же ветви дерева заколыхались, и в беседку ввалились воины света.
— Вот она где! А мы с ног сбились! Ишь, запряталась! — сразу заорал Тилль и, схватив меня за руку, потащил из беседки, — пришлось ищущий огонёк просить, чтоб тебя найти. Как ты только унюхала эту дыру?
Альдер отнёсся ко мне более человечески. Он вытер платочком мои слёзы и, слегка прижав к себе, сказал: «Не переживай, вместе мы одолеем тролля».
Вот это друг! Рядом с таким ничего не страшно.
— Хватит жаться друг к другу! — растащил нас Тилль, — тебя, избранная, уже два часа ждут король и главные шаманы города, а ты сидишь тут нюни распускаешь! — Тилль прищурился и спросил, — небось, опять рыдала от жалости к себе несчастной?
Как он догадался?! Вот не думала, что Тилль такой проницательный.
Мы покинули моё убежище и по залитой ярким солнечным светом площади, двинулись к дворцу. У лестницы навстречу выскочила Шиул и пригласила следовать за ней.
Принцесса провела через весь дворец и остановилась у небольшой, едва приметной, дверью.
Шиул, засмущавшись, попросила нас отвернуться и быстренько нажала секретный механизм.
Глупенькая! Разве можно что-то скрыть от любопытного носа Альдера? Тем более, что именно такие невзрачные, но хорошо укреплённые двери привлекают его в первую очередь!
А по лёгкой усмешке Тилля поняла, что я недалеко от истины и что светлые воины в курсе почти всех дворцовых тайн.
За дверью тянулся узкий каменный коридор. Редкие факелы, освещая ровную кладку, терялись в дали. Минут через пятнадцать появилась лестница. Спустившись по её крутым ступеням, мы оказались в подземном храме.
Небольших размеров круглый зал скупо освещался парой магических огней. И в этом полумраке особенно ярко горела кроваво-красная напольная пентаграмма.
Хоть бы что-нибудь новенькое нарисовали!
В каждой вершине магического знака сидели орочи шаманы в йоговской позе лотоса.
Было тихо, но даже густая тень от высоких остроконечных шапок, падающая на лица, не могла скрыть, что шаманы сосредоточенно колдовали.
В стороне, в гордом одиночестве, стоял Сиутилан.
«Что здесь за сборище? — невольно напрягшись подумала я, — опять ради меня что-то затевается? Я что, крайняя?! И тролля убивай и богов буди! Да ещё и измываются своей магией все, кому не лень!»
Неожиданно из тёмного угла появился высокий шаман. Уставившись на меня, он что-то забормотал.
Я не могла оторвать взгляд от его амулета. На массивной цепи из магической руды висел непроглядной черноты камень, внутри которого то и дело вспыхивали и исчезали серебристые молнии.
Камень буквально приворожил меня, завладевая всеми моими мыслями. Казалось, он затягивает внутрь себя всё пространство.
И вот уже вокруг меня разлилась тьма, пронзаемая ослепительными молниями. И из этой тьмы, неясным силуэтом, выступили очертания какого-то здания…
Жуткие, изувеченные фигуры бродили вокруг, и редкие деревья страшно тянули свои пустые, обгорелые ветви.
В одном месте темнота спрессовалась, словно чёрный мазок, и из него глянули на меня печальные глаза.
— Ну зачем ты опять лезешь в самое пекло? — укоризненно спросил Белиар, — не ходите за кольцом, там ждёт верная смерть. Никто не поможет и ни что не спасёт. Подумай, твои друзья погибнут, а ты останешься жива. Я не позволю тебе умереть. Наш союз предрешён Вершителями. Вместе мы освободим этот мир от света! Так зачем тебе нести такой груз: смерть воинов света? Бросьте эту нелепую затею. Иннос и Аданос исчезли навсегда! Если я за тысячу лет не смог их найти, так на что надеетесь вы? Я — единственный бог этого мира! Смирись с этим! Вдвоём мы построим новый мир. Ты на тёмной стороне и с воинами света тебе не по пути!
Туман рассеялся…
Я сидела в середине пентаграммы, и по щекам моим текли крупные, как горох, слёзы.
День сегодня явно не задался.
Кроме шаманов в храме никого не было. Тот, что таскал на шее мрачный амулет, помог мне подняться.
— Избранная, — шаман печально смотрел на меня, — я слышал, что говорил тебе Белиар. Он не оставит тебя в покое. Бог тьмы чувствует в тебе ту силу, которой не хватает ему, чтобы закончить дело, начатое тысячу лет назад. Маятник равновесия ждёт твоего решения. И каким бы оно не было, оно будет правильным. Любой мир, даже демонический, имеет право на существование. Никто не посмеет осудить тебя, чью бы сторону ты ни приняла. Выбор за тобой: либо ты помогаешь светлым богам и если не погибнешь, то после вернёшься в свой мир, где, всё забыв, доживёшь отпущенный тебе срок. Либо ты станешь самой могущественной колдуньей тьмы, правой рукой самого Белиара! И будешь бесконечно властвовать и повелевать силами мрака. К утру ты должна решить, с кем ты и определить своё будущее. И помни, назад дороги не будет!
Как во сне я вышла из храма.
В коридоре, ожидаючи меня, толклись Альдер и Тилль.
— Ну, что ты узнала? — кинулись они ко мне.
Тоска невыносимой болью вползла в сердце. При любом раскладе я расстаюсь со своими друзьями. Как же я смогу жить без них?
А мысль об их такой возможной смерти, заставила похолодеть мою душу.
— Всё нормально! — как можно более искренне попыталась улыбнуться я.
Решение созрело сразу. Ни за что я не позволю погибнуть воинам света в лапах белиарской нежити! И выбора у меня ни два, а три!
Покончив с неизвестностью, я сразу воспрянула духом, а с сердца будто камень свалился.