Князь рус (СИ)
К тому же сразу после еды начался процесс избавления от переработанного «топлива» принятого за предыдущее сутки, так что кожаное ведро выбрасываемое Пиротом регулярно вылетало на веревке за борт, а обратно в реку текло…
В общем в этот момент лучше было находиться подальше от судна и с наветренной стороны.
«Кстати о ветре… — невесело усмехнулся Рус. — Если бы верил в богов, то подумал бы, что Стрибог явно дает понять, что мне пора в обратную сторону».
— Куда поплывем, Рус? — спросил брат.
— Домой, Славян, — вздохнул он. — Стрибог, послал нам для этого попутный ветер… Было бы глупо спорить в этом с ним.
Славян кивнул с серьезным видом.
Тут снова показались давешние кочевники и вместе с ним Томуз. Снова речи и приглашение посетить их стойбище, так сказать с ответным визитом.
— Прости уважаемый Томуз, не могу терять время, ибо сказано время — деньги, кто теряет время — теряет деньги.
Впрочем, Томуз не сильно-то и расстроился отказу ибо приглашение являлось чистой формальностью, он собственно приехал для торговли, желая приобрести вино. С деньгами в степи было не очень, так что на обмен предлагался натурпродукт, кожа, рога и шерсть.
Чтобы не выпадать из образа, пришлось садиться и торговаться. Можно конечно было плюнуть и отчалить, но это могло вызвать проблемы иного характера — агрессию с обстрелом судна из луков вдоль всего пути до выхода из Дона. Оно ему надо?
А после того, как сторговался на десять амфор, пришлось ждать товар.
«Тьфу ты…» — мысленно сплюнул в раздражении Рус, так как прибыть оплата должна была лишь ближе к обеду и все это время пришлось общаться с Томузом и пить с ним вино.
Правда раньше товара прискакал гонец на взмыленном коне.
— Что такое, Уруп?! — вскочил на ноги Томуз.
— Беда отец!
— Кто напал на стойбище?!
— Хвала богам, не на наше стойбище, отец! Прискакал гонец от хана Голяма! Подлые савиры предали нас, объединились с аварами и вместе напали на всех нас! Хан созывает воинов в поход!
— Куда они идут?!
— На нас! Гонец говорил, что враги уже возле соленого озера!
«Вот те на… — ошалело подумал Рус. — Похоже я стал свидетелем вторжения авар?!»
— Можно подумать, что боги и впрямь любят мня, — все так же ошарашенно прошептал он.
— Так и есть, брат, — сверкнув глазами, сказала Ильмера, услышавшая Руса.
«Мне только фанатки из собственной сестры еще не хватает для полного счастья», — подумал он и обратился к кочевнику:
— Уважаемый Томуз…
— А?.. Что тебе Оптил? Сделка заключена и в силе, плата скоро будет… — ответил утигур, поняв «беспокойство» «купца» по-своему.
— Нет, я не об этом…
— А про что?
— Найдутся ли у тебя кони для моих воинов?
— Зачем?
— Как я вчера говорил, мне не помешает несколько пленников из числа тех, кто теперь будет полностью контролировать Волгу, а теперь еще, будем честны, возможно частично и Дон там дальше на севере, как раз в интересном для меня месте, чтобы изучить их язык и для этого я готов участвовать в битве на вашей стороне в одном строю с твоими воинами.
— Хм-м… да, кони есть…
— Значит ли это, что ты согласен принять мой отряд?
— Да, конечно… даже три десятка таких великолепных воинов нам не помешают.
— А где и как далеко находится это соленое озеро?
— Озеро прямо на этой реке… и скакать до него два дня быстрым ходом…
«То есть примерно двести километров», — оценил дистанцию Рус.
То, что озеро связано с рекой его порадовало.
— Тогда гони коней для моих воинов к месту сбора войска, а я поплыву на своем корабле. Вы ведь все равно поскачите вдоль Маныча?
— Да.
— Тогда могу подбросить тебя и твоих воинов на своем судне до места сбора войска. Прибудете к битве свежими и полными сил, что позволит уберечься от вражеских клинков и в свою очередь зарубить большее количество врагов. Да и кони тоже будут не такими уставшими, что так же немаловажно в схватке.
— Х-м… благодарю, думаю, я воспользуюсь твоим приглашением.
Ну да, он успел уже изрядно поднабраться, так что скачка в таком состоянии будет весьма болезненной, а тут такой отличный вариант добраться с комфортом! Грех отказываться. А задерживаться им нельзя даже на день, ведь они одни из самых дальних к кому послали гонцов. Не успеют к битве, так и в трусости могут обвинить, со всеми вытекающими… а вытекает из тела виновных в таких случаях обычно кровь.
18
— Ты действительно собираешься участвовать в предстоящей битве? — с некоторым удивлением и сомнением в голосе спросила Ильмера, после того как Томуз отошел, чтобы отдать необходимые приказы своим людям.
Несколько кочевников из его окружения вскочив в седло умчалось в сторону стойбища.
— Намекаешь, что это война, мягко говоря не наша и риск не оправдан?
— Да, я понимаю, что пленник из авар нужен, но его всегда можно купить у кого-нибудь после битвы.
— Это если утигуры победят…
— Тут все зависит от количества вражеских воинов, — включился в разговор Славян, что так же явно не горел участвовать в чужой войне, хотя подраться любил, но с пользой, драка ради драки, его все же не очень привлекала.
— Продолжай.
— Все зависит от того, придут ли аланы и успеют ли к битве оногуры. Думаю, за ними тоже послали, но вряд ли успеют прийти многие… хорошо если треть. В общем шансы устоять у утигуров и их союзников есть, хотя бы свести к ничьей, а значит и пленниками обзаведутся.
— Все верно. Так что я сам еще не знаю будем мы участвовать или нет. Мне на данный момент нужен законный повод оказаться в районе битвы и там уже будем смотреть, что да как. Но ты сам ответил на свой вопрос, если утигуры с союзниками не проиграют, а сведут все к ничьей, то в плане пленников нам разжиться будет трудно…
— Авары с савирами так же смогут кого-то пленить и значит проведут обмен, — задумчиво сказала Ильмера. — Разве что аланы не станут меняться.
— Именно. А что до алан и возможности выкупить пленников у них, то никогда не знаешь как они себя поведут, так что лучше рассчитывать на себя.
Брат с сестрой понятливо кивнули и больше не стали приставать с вопросами.
Все, в том числе Томуз с охраной погрузились на галеру и Клеарх завел ее в Маныч.
Течение у реки было весьма слабым, а пройдя километров пятнадцать и вовсе перестало ощущаться, словно прошли некий барьер и оказались на озере. Впрочем, удивляться тут было нечему, Маныч по факту и есть этакий запрудный водоем, ведь находился он в гигантской впадине. Правда глубина этого водоема несмотря на его значительную ширину оставляла желать лучшего, то есть если идти по стремнине — все нормально, то вот берега поросли камышом и рогозом.
Благодаря попутному ветру и веслам, шли ходко.
Вдоль берега, поднимая здоровенное пылевое облако, скакал натуральный табун лошадей голов в триста, это воины рода ехали отриконь и гнали коней для Томуза с его воинами, а так же для Руса и его дружины.
Отец Томуза — глава рода, выставил практически всех, кто был в состоянии сражаться, то есть пять десятков воинов. Остались лишь старики да юнцы. Рискованно, учитывая, что на правом берегу Дона живут враждебные кутригуры, а на севере пусть союзники оногуры, но… в степи союзники такие союзники.
На берегу то тут то там встречались небольшие поселения практически окончательно осевших утигуров они занимались земледелием и рыболовством, скот тоже разводили, но в основном мелкий, лошади если и были, то постольку-поскольку, вместо больших стад, чисто на случай боевых действий.
А вообще степь была довольно пустынна. По крайней мере так казалось Русу и он чтобы определиться с этим вопросом, пристал к Томузу, пытая его на предмет численности тех же утигуров, прикрывая свой интерес все той же торговлей, дескать нужно же знать перспективы.
Ну Томуз ему и выдал сколько и кого живет на определенной площади давая расстояния в перелетах стрелы. В общем Русу пришлось изрядно поднапрячься, чтобы перевести в понятные ему единицы измерения и выходило, что тех же утигуров проживает порядка ста пятидесяти тысяч. Максимум двести.