Избранные Луной (СИ)

— То дурацкая и скучная готовка, а то магические эликсиры, — приходит уязвленный ответ. — К первому у меня душа не лежит, а ко второму у меня душа очень лежит! Может, это мое призвание. Ты ничего не понимаешь!
— Не боишься, что перестараешься и призовешь кого-нибудь на тот свет или себя туда своими душевными возлежаниями отправишь?!
— Я передумала, ты больше не лучший.
— Это не шутки! Ты могла лишиться своего запаха навсегда, и тогда ни один оборотень не взглянул бы на тебя, ты это осознаешь? Ты бы не смогла создать пару с волком, Лу. Ты хоть немного думала о последствиях, когда вливала в себя секретную настойку?
Ответа не приходит, только кряхтение, возмущенное дыхание и воцарившаяся следом тишина.
— Ты в порядке? — ласково дотрагиваясь до моего плеча, обращается ко мне брат.
— Да, все отлично. — не люблю ему врать, но улыбаюсь и киваю.
— Я бы точно не хотела таких отношений, как у Оуэна с его Патрицией. — неожиданно выдает сестра, заставляя нас с Мэйсом переглянуться.
Я понятия не имею, что можно на это ответить, Мэйс, судя по сдвинутым к переносице бровям, тоже не в восторге от идеи обсуждать своего старшего брата и его невесту.
Он сосредоточенно смотрит на дорогу, я же отворачиваюсь к правому окну и утыкаюсь в него лбом.
Лу не смущает отсутствие у нас реакции, и она беззаботно продолжает свои рассуждения:
— Вы заметили, что они какие-то бесстрастные? Я-то думала, раз брат сильнейший альфа, то его отношения с девушкой, тем более, если она его невеста, должны быть взрывоопасны для окружающих. Да там полыхать должно на каждом сантиметре. Должна быть жара, пожар, сломанные огнетушители! Ну, вы понимаете, о чем я. — цокает языком, — А они только за ручки держаться и все. Он ее даже по углам у нас дома не зажимает.
— Лу, не забывай, что они не подростки. — почему мне кажется, что этой фразой, брат хочет прервать речевые откровения сестры, но только вот она этого не замечает.
— И что? Да даже мама с папой более горячие, чем эти двое. Мэйс, ты хоть раз видел их целующимися? Про секс я вообще молчу.
— Ты не знаешь, что происходит за закрытой дверью. Угомонись.
Пару минут Лу обдумывает, можно ли нам признаваться, и решает все же посвятить нас в свою тайну.
— Я пару раз проходила мимо их комнаты, а дверь была приоткрыта. Я правда не специально, но замечала, что они всегда сидят в разных углах и даже не смотрят друг на друга, он обычно просматривает что-то на своем планшете, она залипает в телефоне.
— Лу, у них взрослые отношения. — зачем-то встреваю я, хотя сама с трепетом ловлю каждое ее слово.
— Ну, не знаю, Джен. — вздыхает сестра, а затем весело подается вперед и хитро произносит, — Честно говоря, иногда мне кажется, что на тебя он смотрит даже с большей страстью, чем на свою невесту. Будто до чертиков хочет тебя сожрать, но не может. — сестру ее собственные догадки забавляют, и она весело хохочет, тогда как моя спина покрывается нервными холодными мурашками. Сиэлин, она заметила? И даже не представляет, о чем говорит. — Конечно, он не может, папа ему голову оторвет. Так что тебе не о чем волноваться, трусишка.
— Лу, быстро вернись на заднее сидение, пристегнись и прекрати нести чушь! — зло осаживает ее брат, и мелкая тут же уходит на свое место.
— Как ты избегаешь смотреть на Патрицию, я тоже заметила… — с обидой в голосе тихо цедит сестра, но по салону вдруг разносится злобный рык волка, и всю оставшуюся дорогу Лу не произносит больше ни звука.
Оказавшись дома, мелкая сразу несется в свою комнату, а я размышляю над тем, что хочу запереться в своей любимой ванной комнате и смыть с себя все переживания, но Мэйс вдруг берет мою ладонь в свою, разворачивает к себе и нежно погладив по голове очень тихо произносит:
— Малышка, ты же знаешь, как ты для меня важна?
— Конечно, — улыбаюсь, ощущая, как тепло разливается в сердце. — А ты очень важен для меня, мой самый лучший братишка.
— Тогда… — он чуть хмурится, словно слова даются ему нелегко, делает еще один шаг ко мне, снова ласково прикасается к волосам. — Скажи мне честно, малышка, как далеко вы с ним зашли?
 
Все тепло внутри в ту же секунду замерзает, и я нервно опускаю глаза. Он же почувствовал запах Чарли, а значит понял…
— Мэйс, между мной и Чарли ничего такого не было, правда. Ты, пожалуйста, не думай…
Брат аккуратно берет меня за подбородок и поднимает голову вверх, вынуждая встретиться с ним взглядом. А затем практически вызывает остановку моего сердца, произнося:
— Я не про Чарли, малышка.
  
Глава 23
 
Оуэн
— Ты хорошо проверила цепи? Прочно закрепила наручники? — уточняет Эрик, обращаясь к моей бете, пока сидит на другом конце подвальной комнаты и, спешно открывая маленький чемоданчик, достает из него шприц и три ампулы.
Мои люди нашли и облюбовали это место еще месяц назад. Сразу после того, как от отца пришло официальное приглашение на семейное торжество, и я понял, что очередной отказ явиться домой в день появления волчьей луны, он воспримет, как личное оскорбление.
Не думал, что до этого дойдет, ведь ее запах долгое время оставался достаточно слабым, и я всегда мог держать себя в руках. Но оказалось, перестраховался не зря.
Громадина Саймон-библ был прав в своих догадках, над которыми я скупо посмеивался.
— Прочно. — между тем уверенно отвечает Эрику Патриция, сосредоточенно вглядываясь в мое лицо. Прикладывает прохладную ладонь к моему вспотевшему лбу, отворачивает голову к единственному небольшому окошку размером со спичечный коробок, расположенному под самым потолком, и хмуро информирует, — Сиэлин почти полностью взошла, скоро начнется. — затем снова наклоняется ко мне и, стараясь улыбнуться, озабоченно интересуется, — Ты как?
Знаю, что она с готовностью разделила бы со мной мое безумие, если бы я не приказал ей этого не делать.
Хоть я и проклят, мне повезло создать неплохую стаю и заполучить практически идеальную бету. Единственный ее минус – временами она чисто по-женски пытается вскрыть мою черепную коробку.
— Отлично. — усмехаюсь и тут же стискиваю зубы. Чувствую, как волк внутри начинает недовольно метаться, подозревая неладное.
Мои ноги и руки закованы в кандалы, сделанные из специального состава, не позволяющего зверю отделиться от моего тела.
С самого детства я учился подавлять и контролировать его, и считал, что достиг совершенства. Забрал всю власть. Но в каждом из правил всегда найдутся исключения.
Моим стала полная луна Сиэлин и взбунтовавшийся запах той, от кого мне следует держаться подальше.
В тот день в доме родителей волк проявил невиданную прежде прыть и силу. Обезумел и не желал подчиняться. Выл, кусал, бесновался и требовал остаться с ней до конца. Ее слезы чуть не сломили меня тогда. Подвели к краю пропасти, и я практически был готов сдаться, но я бы никогда не простил себя. Разрывая собственные жилы, и при этом стараясь сбить ее температуру, я все же нашел в себе силы уйти.
Пат вовремя увезла меня, а инъекция полностью привела в чувство и вернула контроль над собственным разумом.
Я вернулся к ней после звонка Алекс. Не смог оставить одну.
Если бы она только была хоть немного сильнее, то температура бы спала и без моего присутствия, а так… одна лишь горечь и моя вечная борьба.
— Ты в прошлый раз тоже говорила, что у тебя все под контролем, — недовольно выдает мой друг, с подозрением поглядывая в нашу сторону, — Но я все равно почти обосрался.
— Почему почти? — правая бровь Пат с издевкой поднимается вверх. — Я точно ощущала запашок. Запасные штаны, надеюсь, захватил?
— Я говорил тебе, что ты сука?
— Сука, способная с легкостью надрать твой тощий зад, Эр.
Их голоса прерываются. Меня кидает в кипящий котел. Слышитсяеесмех. Чистый, звонкий, убаюкивающий. По телу проносится дрожь, затем хлещет жар, скачет озноб.