Очарован наповал

— Чарли, одевайся и иди сюда, поможешь кое с чем!
Оставаться наедине с Девом Чарли не торопится, поэтому спокойно надевает горчичного цвета шорты и красивую рубашку в цветочек, которые выбрала ему Джулс.
— Ну же, Чарли, иди сюда скорее!
Вздохнув, Чарли идет в смежную комнату и прямо в дверях замирает от ужаса. Номер Дева наполнен членами съемочной группы. На лысой голове Скайлар Джонс праздничный колпак, Брайан Паркер дует в дудку-язычок. Даже Марк Давенпорт — и тот пришел. Чарли прежде не видел его вне кадра, но вот он здесь, устроился на кровати Дева. В центре номера стоит Джулс с именинным тортом в руках.
— С днем рождения! — кричит Дев, а стоящая рядом женщина кидает в воздух целую охапку конфетти.
— Сюрприз, мать твою!
Это Париса. В номере новоорлеанского отеля стоит реальная Париса Хадим, на ней деловой костюм, волосы убраны в тугой хвост. Жирные, немытые волосы Дева спрятаны под бейсболку. В мозгу Чарли не до конца укладывается, что Париса и Дев стоят рядом. Два человека из разных этапов его жизни существуют в одном визуальном пространстве.
— Что ты здесь делаешь?
— Твой наставник убедил устроителей шоу сделать тебе именинный сюрприз — разрешить мне провести следующую неделю с тобой! — Париса хлопает Дева по плечу, и у Чарли голова разрывается. — Иди сюда и обними меня, Крепкопопик!
Чарли делает несколько неуверенных шагов и позволяет Парисе сгрести его в объятия. Ее руки обвивают ему плечи — Чарли утыкается в ее мягкую грудь. Он страшно рад ее видеть. Родных его день рождения не колышет, а вот Парису — Парису колышет все, и она здесь.
— С днем рожденья тебя! — диким фальцетом запевает Марк Давенпорт, и вся съемочная группа фальшивыми голосами подхватывает песню. Джулс поднимает торт, Чарли задувает свечи, Скайлар начинает его резать и в девять утра раскладывать по бумажным тарелкам.
— Дев заставил меня весь город оббежать, чтобы раздобыть безглютеновый морковный торт, и, честно говоря… — Джулс скептически разглядывает торт. — Я не уверена, что он вкусный.
Дев. Обернувшись, Чарли замечает его в углу номера, уже расправляющимся с огромным куском торта.
— Спасибо! — благодарит Чарли, приблизившись к нему. — Спасибо за праздник! Таких классных сюрпризов мне на день рождения никогда не устраивали.
Самое удручающее в том, что Чарли не шутит. Ему никогда не устраивали вечеринки-сюрпризы, не говоря уже о том, чтобы организовать прилет его лучшей подруги из другого конца страны. А вот Дев, разумеется, устроил и организовал.
Дев накалывает свой кусок торта пластмассовой вилкой.
— Прости, если… все это слишком. Праздник я организовал до… ну…
До.
— До чего? — вкрадчиво спрашивает Чарли.
— До ничего.
— Спасибо за праздник! — повторяет Чарли.
Скайлар снова раздает торт, его быстро съедают, чтобы скорее спуститься к фургонам, которые отвезут Чарли и Лорен Л. на экскурсию по болотам и запрудам. У двери номера к Чарли пристраивается Париса.
— Поверить не могу, что ты здесь, — говорит ей Чарли.
— Я не упустила бы шанс повидать тебя в твой день рождения. — Париса наблюдает, как Дев убегает вперед вызвать лифт. — Так это Дев, да? А он симпатичный.
На Чарли накатывает бессмысленная ревность.
— Париса, он гей.
— Я же не сказала, что он симпатичный для меня.
Быстро повернув голову к Парисе, Чарли напарывается на ее заговорщицкую улыбку. Неужели ей, как его лучшей подруге, достаточно взглянуть ему на рот, чтобы понять: три дня назад его нижнюю губу очерчивал язык Дева?
А если Париса догадалась, то что она об этом думает?
Если бы Париса догадалась, то, наверное, пришла бы в ярость. Она устроила его на это шоу, чтобы он восстановил репутацию. Она устроила его на это шоу не для того, чтобы он тешился запретными поцелуями с мальчиками-красавчиками на Бурбон-стрит.
Господи, Дев такой красивый! Порой Чарли забывает об этом, потом смотрит на него краем глаза, и идеальная геометрия смуглого лица застигает его врасплох, словно это их первая встреча. Словно он снова и снова вываливается из машины к ногам Дева.
 
Впереди Дев нажимает на кнопку лифта, пропускает коллег и заходит в кабину последним. Дев в нелепой бейсболке. Дев с немытыми волосами. Дев в шортах-карго. Дев с глазурью на лице. Дев, который в честь дня рождения Чарли организовал визит его лучшей подруги из другого конца страны. Дев, который считает, что Чарли достоин любви.
Дев, которого он поцеловал и никогда не поцелует снова.
ДЕВ
Они притворяются, что поцелуев не было.
По крайней мере, Дев притворяется. Чарли неспособен воссоздать хронологию воскресного вечера под страхом смерти и даже не подозревает, что схватил Дева за пояс и задал тот вопрос.
«Можно мне тебя поцеловать?»
И это хорошо. На самом деле, даже лучше, чем хорошо. Это просто замечательно.
Вспомни Чарли тот поцелуй, Дева уже уволили бы. Порой Дев думает, что из чувства вины уволиться ему нужно в любом случае. Большую часть времени он преисполнен благодарности, что его безрассудство любезно стерто великодушной вселенной и многочисленными порциями текилы.
Чарли инцидент не помнит, поэтому сейчас они сидят на кровати в пяти футах друг от друга, и это совершенно не кажется странным. От дня рождения Чарли Уиншо осталось лишь шесть минут, но Париса заставляет его ждать полуночи, хоть он и отказывается пить вино и то и дело придремывает.
Париса восседает на подушечном троне у изголовья гостиничной кровати Чарли, сбоку от нее пристроилась Джулс. Париса в Новом Орлеане всего день, а Джулс уже без ума от нее, вероятно, потому что другие участницы съемок — либо ее начальницы, либо конкурсантки, третьего просто не дано. С утра до вечера Джулс и Париса вместе топтались у буфетного стола, заговорщицки шептались и хихикали.
Что касается Дева, то он не уверен, Париса Хадим — самый классный человек на его памяти или самый пугающий. Волосы она собирает в подчеркнуто «деловой» хвост, а ее костюм на вид стоит не меньше, чем Дев в месяц тратит на аренду жилья. Габариты Парисы пропорциональны вниманию, которое она к себе требует, — она высокая с широкими плечами и бедрами. Деву кажется, случись у Чарли по-настоящему сильный приступ паники, она сумеет его поднять. А вот Деву точно не суметь.
— Пожалуйста, можно мне уже спать лечь? — просит Чарли, спрятав лицо за поднятыми вверх руками.
Париса пинает его ногой.
— Нет, осталось еще пять минут чествований нашего феноменального именинника.
— Если бы по-настоящему хотели меня чествовать, вы дали бы мне поспать. — Чарли откатывается подальше от Парисы, не давая ей пнуть его снова, а Дев слишком разомлел от вина, чтобы заметить, как задралась при этом спинка рубашки у именинника. — Мне перед сном еще под душ нужно, — ноет Чарли. — Можно я потрачу последние пять минут своего дня рождения на отмывание волос от болотной вони?
— Ни в коем случае. — Фокус пристального взгляда Парисы переводится на Дева. — Так, Дев, Чарли говорит, ты написал потрясающий сценарий.
У Дева лицо вспыхивает. От вина.
— Насчет «потрясающего» не знаю, но…
— Сценарий совершенно потрясающий, — перебивает Чарли таким тоном, что Дев почему-то представляет его губы на своей шее и скрещивает лежащие на кровати ноги.
— Чарли сказал, что ты хочешь, чтобы я пристроила твой сценарий?
— Чарли напутал. С моей стороны непрофессионально было бы обращаться с помощью о протекции к агенту звезды нашего шоу. — Разумеется, такой поступок стал бы не самым непрофессиональным из совершенных им за последнее время. На развалившегося на кровати Чарли Дев не смотрит. — Тем более это квирный ромком.
Париса ничуть не смущается.
— Я квир. Я люблю ромкомы.
— Нет, я о том, что при самом лучшем раскладе в год снимается один студийный квир-фильм, и, как правило, он про двух белых. Мой сценарий — товар не ходкий. Не хочу тратить твое время. — Дев чувствует, как Чарли буравит взглядом ему висок; почти физически чувствует, как Чарли хочет возразить, но не решается. Париса лишь плечами пожимает.