Все не то, чем кажется (СИ)

— Тут пригородный автобус недалеко останавливается. В аккурат до самого интерната довезет. — Пояснил он сопровождаемому им парнишке.
— А разве интернат не в самом Новосибирске расположен?
— Седьмой километр от города. У нас там своя территория со спорткомплексом, пропускной режим. Зато чужие не ходят, и природа вокруг великолепная.
Потом пришел нужный им автобус и Сашка принялся в окно новый для себя город рассматривать. Многоэтажки! Видел их, конечно, когда в Свердловск ездил, но все равно, непривычно. В их поселке всего два пятиэтажных панельных дома только и было, остальные — максимум два-три этажа.
А потом многоэтажки кончились, и за окнами потянулся нескончаемый хвойный лес, присыпанный снегом.
Остановка, на которой они вышли, так и называлась «Спортивная школа-интернат». Только самого интерната в зоне прямой видимости не наблюдалось. Несколько деревянных частных домов, деревянный же магазин с вывеской: «Гастроном» и на удивление качественно почищенная от снега неширокая пешеходная дорожка, уводящая куда-то в лес. По ней Тимур Мансурович и повел своего подопечного.
— Уже недалеко осталось. — Успокоил он его.
Может, и не далеко, но неизвестная дорога всегда кажется намного более длинной, да еще задержались ненадолго, пережидая, пока лоси, переходящие ее небольшим стадом, не скроются за деревьями. Непуганая совершенно дичь. В Свердловской области лоси тоже водились, но так нагло, вроде, себя все же не вели.
Школа-интернат на деле оказалась не одним зданием, как ожидал парень, а целым небольшим городком, обнесенным высокой стеной из металлической сетки и КПП с пожилым вахтером на входе. Помимо собственно школы, учитель показал Сашке сразу несколько корпусов, где жили здешние ученики, причем, мальчики и девочки по отдельности, улочку, состоящую из небольших кирпичных домов для проживания семей преподавателей, еще несколько строений непонятного назначения и большой стадион, достойный, наверное, чтобы на нем проходили соревнования самых высших уровней. Впрочем, по практически зимнему времени, стадион был пуст и заснежен.
— Сейчас, доведу тебя до кабинета нашего директора и наш совместный поход закончен. — С каким-то нескрываемым облегчением проговорил наставник. Странно, а самому Сашке дорога понравилась.
Кабинет здешнего директора сильно отличался от кабинета прошлой Сашкиной директрисы в лучшую сторону. Тут даже настоящая приемная была, и в кресле за столом сидела самая настоящая секретарь, как у какого-нибудь секретаря обкома.
— Все! Задание Аристарха Аполлоновича выполнено! — Бодрым тоном отчитался перед секретарем Тимур Мансурович. — Принимай, Надежда, нового ученика.
— Приняла. — Моложавая белокурая женщина, которую Тимур Мансурович Надеждой назвал, отложила в сторону листок, который она до их прихода заполняла, и взяла из рук тренера стопку Сашкиных документов. И не забудьте в бухгалтерию сегодня же билеты сдать. — Последнее она уже в спину убегающему из помещения тренеру прокричала. Видать, были прецеденты.
Директор интерната, Аристарх Аполлонович, выглядел монументально. Этакая двухметровая глыба, а не человек. — Именно такие были первые впечатления Сашки от встречи с человеком, который принял такое участие в его, Сашкиной, судьбе.
— Ну, здравствуй, парень! — Совсем не по-директорски улыбнулся тот ему, и в кабинете разом исчезла какая-то давящая аура, от которой хотелось вжаться поглубже в кресло и затихнуть, сидя там, не дыша. — Наслышан про тебя. Не знаю, что там тебе твой симбионт про наш интернат наболтал, поэтому вкратце обрисую наши совместные перспективы….
Больше часа беседовали, дополнительно директор с парня еще клятву о неразглашении информации про магическую часть мира, и интерната в частности, стребовал, пока внезапно секретарь в кабинет не постучала:
— Аристарх Аполлонович, только что передали. Желтый уровень угрозы объявлен.
Директор по-быстренькому свернул их беседу и отправил в коридор будущую учительницу дожидаться. Мол, вызвали уже, скоро подойти должна, она и будущее место жительства для Сашки определит.
   
Часть 1. Глава 11.
 
Пока вызванная к директору будущая классная руководительница вела Сашку к общежитию, где ему предстояло обитать до самого окончания школы, тот снова и снова в голове прокручивал истины, открытые ему директором в его ознакомительной беседе. В сущности, ничего кардинально нового: непосвященные люди не должны знать об изнанке их существования, но важны были конкретные реалии, по которым будет жить Сашка.
Перво-наперво, в интернате не существовало четкого разделения на знакомых с существованием вампиров, духов и прочих фантастических существ и совершенно непосвященных. Жили в одних и тех же общагах, ходили на уроки в смешанные классы. Непосвященных и тут, как и на прежнем месте жительства парня, было в разы больше. Но здесь, в интернате, существовали и кружки по интересам, в том числе чисто для посвященных. Причем, посещение кружков и секций после обычных уроков было объявлено обязательным к исполнению. А уж там, за наглухо закрытыми дверями, можно было узнать много нового и интересного. По крайней мере, так утверждал сам директор. А еще, в интернате учились не только люди, было и несколько представителей иных рас. Впрочем, про этот факт директор только мельком упомянул, без персоналий.
«А ты знаешь, что директор родился еще задолго до вашей революции»? — Пришедшая от духа мысль выбила Иванова из того замкнутого мысленного цикла, в который погрузился парень.
«Не может быть! Ему же не больше сорока, а революция уже седьмой десяток лет, как произошла». — Разом оживился Сашка. В самом деле, информация о том, что можно прожить значительно дольше отмеренного природой куда важнее правил внутреннего распорядка, с которыми Сашка так или иначе все равно познакомится на практике, и даже важнее информации об отпрысках иных с какого-то перепугу отправивших их вместе с людьми учиться.
«Точно тебе говорю! Я от наставника слышал. Да ты только на его имя с отчеством глянь. Кто так в наше время детей называть будет»? — Хм. А дух то неплохо уже освоился в человеческой реальности! Впрочем, он же на всех уроках вместе с Сашкой присутствовал. Понахватался.
Так за общением с духом и дошли до общежития. Иванову оно досталось самое отдаленное от школы, дальше всех на учебу бегать придется. Зато, если в ограде где-нибудь дыру проделать, легко будет в лес сбегать. Не придется крюк по всему учебному городку выписывать.
— Познакомьтесь, мальчики, — представила учительница Сашку троим парням, которые жили в комнате на втором этаже, куда его определили на единственное свободное место. — Саша Иванов. Спортсмен. Приехал из Свердловска. Будет учиться в вашем классе.
Учительница убедилась, что Сашка занял свое место, попросила ребят проследить, чтобы в понедельник новичок, не потерявшись, отыскал путь на уроки, и удалилась с осознанием выполненного долга, а Сашка остался в комнате, знакомиться с ребятами.
— Привет! Меня Максом зовут. — Представился один из троих, рыжий и конопатый. На месте его дедушки, Сашка поопасался бы в руки такому лопату давать. — Как там, в Свердловске, дела?
— На самом деле, я не из самого Свердловска. Из поселка в Свердловской области. — Честно признался Иванов.
Следом за Максом представились и двое других парней. Василий Бубнов и Талгат Касымов. Видно было, что, в отличие от Макса, им на новичка было ровно. Назвали свои имена и продолжили заниматься своими делами. Зато Макс старался за троих. За полчаса он изрядно просветил Сашку в местных реалиях. В частности, от него Иванов узнал, что на каждом этаже в общежитии дежурит взрослый человек, имеющий детсадовское наименование «воспитатель». Дверь в его комнату в самом конце коридора расположена. Еще Макс сказал, что это только сегодня, они все в комнате кучкуются, с утра два урока только прошли, а потом учебную тревогу объявили и по спальням разогнали. Редко, но так бывает. А так, в будни уроки и кружки допоздна, а в воскресенье с утра их в город для проведения культурного досуга возят. В кино там, в музеи. Словом, жизнь ключом бьет. Завтра, например, запланирована поездка в кинотеатр «Металлист» на фильм «Иван Васильевич меняет профессию». Сашка название фильма слышал, но видеть не доводилось, когда в их дом культуры это кино для показа привозили, он еще маленьким считался, родители одного в ДК не отпускали, а у самих какие-то дела нашлись, помимо просмотра кинофильма.