О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

– Мы здесь, чтобы обсудить временное перемирие и дать Драконорожденной возможность справиться с драконами. Не более того, – закончил генерал и взглянул на дымящегося Ульфрика: – Радуйтесь, что вам выпала возможность зализать раны на этом. Мы считаем, что сам факт переговоров с бунтовщиками – это более чем широкий жест.
Мятежный ярл злобно таращился на имперца, который преспокойно уселся и положил расслаблено вытянутые руки на стол.
– Ярл Ульфрик, – проговорила Банри. – Нам в основном надо, чтобы ты нас какое-то время не трогал. Поскольку ты в самом невыгодном положении сейчас, мы выслушаем, чего ты хочешь. Если ты пришел говорить, говори.
– Ладно, – буркнул тот. – Приступим. В общем, мы тоже не хотим вести переговоры с Империей. Ваш уход из Скайрима – это только вопрос времени…
Банри уставилась на Буреносца во все глаза. Он правда в это верит, или старательно делает хорошую мину при плохой игре?
Ульфрик продолжал:
– И говорить нам не о чем, если только Империя не готова отказаться от попыток подчинить себе свободный народ Скайрима…
– Ты закончил? – закатил глаза Туллий. – Ты сюда пришел, чтобы упражняться в риторике? Или перейдем к делу, и ты, наконец, скажешь, чего душенька желает?
– Ну что же, к делу, так к делу. Нам нужен Маркарт. Такова наша цена за перемирие.
Пару мгновений присутствующие обалдело молчали, потом Балгруф в изумлении присвистнул, и поднялся шум. Громче всех, к удивлению Банри, вопила Элисиф, скромно молчащая с самого прибытия в монастырь. Вдовица осыпала Ульфрика ругательствами, Туллий пытался ее успокоить.
– Ярл Элисиф, оставьте это мне, – взывал он, но та не унималась.
– Генерал, это возмутительно! Вы не можете принять его требования! Я думала, что мы собрались обсуждать перемирие!
– Элисиф! Я сказал, оставьте это мне! – Туллий уставился на оппонента: – Ульфрик, ты всерьез рассчитываешь, что мы подарим тебе Маркарт за столом переговоров? Надеешься получить в совете то, что не смог добыть на поле брани?
– Мы его уже брали. Я прошу лишь то, что и так будет нашим.
– Да когда это было? Брали они. Ты сейчас собственное владение не можешь отвоевать, так на другие замахнулся. Не смеши меня.
– Вряд ли ярл Ульфрик ожидал, что получит что-то просто так, – заметил Арнгейр.
Рикке хмыкнула:
– Да, это было бы на него совсем не похоже.
– Так чего Империя захочет взамен?
– Подождите, – снова завелась Элисиф. – Генерал, вы же не собираетесь отдать Маркарт этому… предателю!
– Вот так Империя благодарит нас за верность, – вздохнул Балгруф.
Галмар зарычал:
– Ты утратила доверие народа, Элисиф, это ты предательница! Ты еще могла сделать правильный выбор, когда война началась!
Вдова, побледнев, потянулась к стоящей перед ней кружке с ледниковой водицей, вряд ли чтобы попить, но Рикке быстренько передвинула посуду поближе к себе. Туллий заорал «Прекратить!», а Балгруф облокотился на стол и проговорил:
– Ульфрик, ну за каким хреном тебе сейчас Маркарт? Ты уже сдал большую часть Истмарка, сидишь в своей древней каменной норе и мерзнешь, тогда как легионеры греются на твоих источниках и пьют минеральную водичку. Не надо шипеть на меня, Туллий, я, пока сюда ехал, отлично разглядел костры на пустошах. С высоты далеко видать, там даже пар по ночам светится. Так вот, Ульфрик, я к тому веду, что ты не того просишь…
– Балгруф Старший, ты, часом, сторону не попутал?! – рявкнула Рикке.
– Ты как с Верховным королем разговариваешь?! – одновременно с ней заблажил Галмар.
Балгруф отмахнулся от него и сказал:
– Не попутал. И если дадите закончить, я, может, смогу убедить кое-кого, что для всех будет лучше. Так вот, Ульфрик, проси лучше свое владение, а не какой-то там Маркарт. А, ну и если тебе хочется еще что-то, то Рифтен. Он хоть с Истмарком граничит, а не на другом конце страны расположен.
– Ты чего ему подсказываешь?! – гаркнул Туллий.
Ярл Вайтрана пожал плечами. Галмар завел песню о злой Империи и мерзких предателях народа, Рикке присоединила свой голос, правда, в другой тональности. Ульфрик помалкивал, и Банри сделала вывод, что слова Балгруфа пришлись кстати.
 
Тут неожиданно на ноги поднялся Эсберн и воскликнул:
– Довольно! Неужели вы настолько слепы, что не видите настоящей опасности?! Вы сидите тут и спорите ни о чем! А судьба этой земли висит на волоске!
Все разом умолкли.
– Он с тобой, Дельфина? – хмуро спросил Ульфрик после растерянной паузы. – Если так, советую велеть ему не болтать зря.
– Он со мной, – подтвердила Клинок. – И я советую вам всем послушать, что он скажет, прежде чем принимать поспешные решения.
– Вы не видите опасности? – вопросил Эсберн. – Не понимаете, что означает возвращение драконов? Алдуин вернулся! Пожиратель Мира! Уже сейчас он пожирает души ваших павших товарищей! Он становится сильнее с каждым солдатом, погибшим в вашей бессмысленной войне! Неужели вы не можете забыть о ненависти даже перед лицом смертельной угрозы?!
Эленвен подняла брови:
– Прекрасная речь, но какое отношение она имеет…
– Заткнись, – велел Ульфрик и прищурился. – Если это правда… про Алдуина… нам обоим есть что терять, Туллий.
Генерал исподлобья взглянул на него и Клинков и пробурчал:
– Довольно с вас. Кстати, вы двое кто такие?
– Это Дельфина… – проговорил Буреносец и растерянно умолк.
Банри, осознав неприятный факт, что бретонка водит знакомство с мятежным ярлом, а ей сказать забыла, догадалась, что Ульфрик-то толком и не знает, кто такая эта его знакомая.
– Да, это Дельфина, – пропела Эленвен. – Как я понимаю, в настоящий момент она является исполняющей обязанности грандмастера ордена Клинков.
Ульфрик изумленно выругался, а Туллий протянул:
– Клинко-о-ов? Да неужели? – Дельфина одарила его ледяным взглядом, Эсберн устало опустился на стул и откинулся на спинку. Генерал справился со смятением и деловито отметил: – Не знаю, что там с концом света, но ситуация с драконами вышла из-под контроля. Если это перемирие поможет справиться с угрозой, я согласен, что мы все останемся в выигрыше. Насчет предложения ярла Балгруфа: я готов отвести войска из Истмарка и освободить форт Амол. Рифтен… ладно, Ульфрик, получишь его назад, но при условии, что твои головорезы перестанут убивать путников на дороге из Рифта в Фолкрит. Это уж совсем ни к чему, тебе не кажется? И я бы отметил, что такие деяния твоих последователей сильно вредят образу борца за свободу Скайрима.
– Клянусь Талосом, завали меня камнями! Ты не имеешь права диктовать нам условия, Туллий!
– Хватит, Галмар. – Буревестник одернул плащ. – Хочу прояснить одну вещь. Сыны Скайрима по горькому опыту знают, что переговоры с Империей – это в лучшем случае пустая трата времени. Империя обещает, только чтобы усыпить нашу бдительность, а сама готова ударить в спину…
– Воистину! Мы не забыли Маркарт, Туллий!
– …Но я принял приглашение Драконорожденной и прибыл на этот совет, чтобы вести переговоры честно.
Банри недоуменно нахмурилась и покосилась на своего ярла. Тот лишь руками развел.
– Ну и я считаю, что это трата времени и ресурсов, – фыркнул Туллий. – Ты – предатель, и умрешь как предатель.
Галмар вновь начал раздуваться от ярости.
– Итак, я повторяю свой вопрос, – поспешно напомнил Арнгейр, сделав пометки на листе бумаги. – Что хочет Империя?
– Как я уже сказал, мы хотим, чтобы путники относительно безопасно перемещались между владениями, а так же возмещение за резню у Старого Хролдана…
Генерал пустился перечислять многочисленные названия поселений. Арнгейр записывал, Рикке одобрительно кивала, а лица Ульфрика и его военачальника все темнели.
– Шоровы кости, да когда же закончится это вымогательство?! – взорвался наконец Галмар. – Проклятая имперская гордыня! – Он повернулся к своему ярлу: – Видишь, какой прок от переговоров с ними?!
– Вы перебили людей, за которых якобы сражаетесь! – возмутилась легат. – Истинные сыны Скайрима никогда бы такого не сделали!