О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

– Мне можно доверять, – веско проговорил он. – Я знаю это. И ты тоже знай. Но они не знают. ONIKaaN Nii OV DOVah. Я преодолел свои природные стремления лишь благодаря медитации и долгому изучению Пути Голоса. Ни дня не проходит, чтобы я не испытывал тяги вернуться к естественным для меня помыслам. ZIN KRIF HORVUT SE SULeyK. Что лучше – родиться добрым или преодолеть природную злобу великим усилием?
– Лучше – не знаю, – буркнула имперка. – Но иной раз я думаю, что мне бы лучше родиться злой. Я бы точно не стала ничего преодолевать.
– Ты еще слишком мала, но мудрости хватает. Со временем, возможно, поймешь.
– Если только доживу.
====== Бесконечная пора. Часть 2 ======
 Комментарий к Бесконечная пора. Часть 2 Предыдущая глава слегка дополнена. Перед прочтением этой рекомендуется перечитать.
Не успела Банри вернуться в монастырь, как к ней подлетела Лидия и драматически зашептала:
– Мой тан! Где ты ходишь?!
– Прогуляться пошла. А чего?
– Ярл уже здесь!
– Какой ярл? А, Балгруф…
– Да! Он пришел один, только со своим хускарлом…
– Где они?
– В обеденном зале.
Банри пошла в трапезную и узрела Балгруфа, смирно сидевшего возле стола.
– Спиной к проему? – спросила она. – Совсем ты себя не бережешь, мой ярл.
Тот обернулся, и одновременно откуда-то сбоку раздался голос:
– Ярлу бояться нечего, зачем беречься-то?
Имперка покосилась на Ирилет, маячившую у стены и опустилась на соседний с балгруфовым стул.
– Ну как нечего?.. Ульфрик-то приедет, поди.
– Он уже приехал, – мрачно сообщил ярл. – Когда мы шли через мост к Ступеням, его отряд как раз поднимался снизу.
Ирилет кашлянула:
– Я думаю, тебе следует сказать ей, кто еще приехал, мой ярл.
– Да-а, – протянул Балгруф, – наверное придется. – Он повернулся к Банри: – Туллий прихватил с собой Элисиф, не понимаю, зачем, ведь всем понятно, что она чисто номинальная фигура. Еще меня интересует, как она в своих расшитых каменьями и золотишком платьях будет карабкаться в гору…
– Может, ее понесут на носилках, – предположила Ирилет.
– Может, только носилки и носильщиков придется оставить снаружи, на холодке. Седобородые едва терпят наше присутствие, толпу слуг они точно выставят.
– Зачем же ты тогда отправил со мной эту самую толпу челяди? – спросила имперка. – Они хотели забраться сюда и «навести порядок», как я поняла. Насилу уговорила их остаться в Айварстеде.
– Это наверняка Провентус постарался и наплел им всякого! – сердито проговорил ярл. – Да, я велел людям идти с тобой, но только для того, чтоб тебе путешествовать было поудобнее, да еще они должны были разбить лагерь внизу со всеми удобствами. В конце концов я принимающая сторона, и потому обеспечиваю гостям нормальные условия.
– Ты еще не всех прибывших назвал, мой ярл, – негромко напомнила данмер.
Балгруф передернул плечами.
– Да, да. Я просто… Ладно. – Он потер лоб пальцами, стараясь не смотреть на тана. – В общем, вместе с Элисиф приперлись талморцы с этой своей… как ее?
– Эленвен, – догадалась Банри.
– Да, первый эмиссар. Их, понятное дело, никто не звал, но… короче, гнать я их не могу, особенно теперь, когда я вроде как на стороне Империи.
– И что, они сюда пойдут?
– Наверняка.
Имперка промолчала, уставившись на каменную столешницу.
– Мы вроде договаривались, что переговоры будут проходить тут, потому что в Хротгаре Туллий с Ульфриком не смогут друг другу глотки перерезать. Но они сейчас внизу, в Айварстеде. Что им мешает устроить там заварушку?
– Договоренность, – буркнул ярл. – Авось сдержат слово, и ничего не случится.
Балгруф и его хускарл устроились на спальниках в той же комнате, где и Банри со спутниками.
Банри проснулась среди ночи, повертелась под неумолчный храп с обеих сторон и вылезла из постели.
Хотелось пить. Имперка направилась в другое крыло, где старики хранили припасы, и наткнулась на стоящего посреди привратного зала Арнгейра. Дед с унылым видом разглядывал южные двери.
– Не спится? – тихонько подкатилась к нему Банри.
 
Седобородый покачал головой.
– Нельзя было соглашаться собирать тут этот совет, – тоскливо проговорил он.
Банри отозвалась:
– Да не беспокойся ты так. Как-нибудь заставим их согласиться на мир, не мытьем, так катаньем. Ну, хотя бы попробуем…
– Мир? Сомневаюсь, – хмыкнул Арнгейр. – Они на некоторое время сложили оружие, но только чтобы набраться сил для нового кровопролития. Они еще не устали от войны. Совсем нет. Знаешь, как в древности норды называли войну? «Бесконечная пора»… так и выходит.
Имперка вздохнула.
– Думаешь, я не понимаю? Я вообще думаю, что внизу или уже начали резать друг друга, или вот-вот начнут. А переговоры эти… Мне нужно хоть пару недель гарантированного мира, чтоб Вайтран подвергся меньшей опасности. Правда, я уверена, что Ульфрик ничего бы не смог сделать, но Балгруф-то уверен в обратном. И только так он окажет мне свою поддержку.
– Да, да, знаю. – Старик махнул рукой. – Потому я и пошел на это… нарушение всех наших традиций.
Банри промолчала. Арнгейр посмотрел на нее и спросил:
– Что случилось? Тревожат последствия этого Совета?
– Да не особо. Я за последние дни уже смирилась – будь что будет. Получится – ладно, не получится, ну, и так сойдет.
– Тогда чего ты печальная такая?
Имперка вздохнула:
– Клинки хотят убить Партурнакса.
Арнгейр, разом сбросив апатию, побагровел:
– Теперь ты понимаешь, о чем я тебя предупреждал! Кровожадные варвары!
– Угу… Эсберн, это старший из них, архивариус ордена, говорил что-то про то, что Партурнакс был сообщником Алдуина. Дескать, поэтому его, Партурнакса, надо прикончить.
– Да, – поморщился Арнгейр, – он был сообщником. Вот только в дни власти Алдуина все драконы были его союзниками. По праву и обязанности родства. Им просто больше некем было быть. Тем не менее, если бы не Партурнакс, Алдуина не удалось бы победить. Это он первым научил людей использовать THu’uM.
– Я примерно так и думала, – кивнула Банри. – Попыталась объяснить свою позицию, но они и слушать не пожелали. Короче, выгнали меня из крепости, которую я им открыла, и гнут свое. Остается надеяться, что они не пожелают еще и меня прикончить вскорости. Это им удастся куда вероятнее, чем победа над Партурнаксом.
Имперка вдруг поняла, что дед внимательно ее разглядывает.
– Ты что, думал, я побегу его убивать? Хорошего же ты обо мне мнения.
Арнгейр неожиданно улыбнулся и покачал головой, но вслух сказал совсем другое:
– Кинарет оделила тебя Голосом мудрости, Банрион. Тебе нужно только научиться слушать его, и твой путь будет ясен. – Он побрел в спальню со словами: – Лучше отдыхай. Завтра придут те люди, как заверил меня твой ярл.
Другие участники переговоров начали появляться к вечеру следующего дня. Седобородые, встречающие гостей, выстроились рядком посреди зала, а Арнгейр указывал, куда идти. Первым в обитель вошел генерал Туллий в сопровождении Рикке и Элисиф. Вдова верховного короля вопреки ожиданиям шла сама, к тому же никакой свиты ни при ней, ни при офицерах не было.
Следом, с небольшим опозданием, прибыла Эленвен, в гордом одиночестве и со словно прилипшей к губам приторно-гадкой улыбочкой.
– Это та сучья эльфиха? – прошептала Лидия, выглядывая из-за угла.
Банри, ее колдуны и хускарл наблюдали за переговорщиками из укрытия.
– Угу, – пробурчала танша.
– Выглядит так, словно не по Семи Тысячам скакала, а до ветру из кровати прогулялась.
– Так она маг, – тихо проговорил Маркурио. – Все талморцы такие, кто больше, кто меньше. К тому же она наверняка зельями накачалась под завязку.
– Легионеры и Элисиф тоже бодренькие, – кивнула Иллия. – Точно что-то принимали.
Банри вздохнула.
– Ладно, простите, что взяла с собой мало зелий от усталости. В следующий раз обязательно побольше прихвачу.