О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

– Если ты считаешь, что я не справляюсь с работой, прогони меня и попроси у ярла другого воина. Или найми сама.
Имперка втянула голову в плечи и удрала наверх. Раньше они с хускарлом не ссорились, и женщина понятия не имела, как себя вести. Чтобы отвлечься, Банри взялась репетировать речь, которую следовало произнести перед Балгруфом, если она хочет заманить дракона в Драконий Предел.
В голове получалось не складно, зато убедительно, на бумаге – наоборот. Сдавшись, Банри скомкала очередной клочок, швырнула его в угол и, мигом спустившись на первый этаж, выскользнула на улицу, миновав бдящую Лидию с такой скоростью, что та даже не успела подняться на ноги.
Побродив по городу, она перездоровалась со всеми знакомыми (и незнакомыми тоже), побывала в обоих питейных заведениях, пообщалась с Иллией и Маркурио, а когда стемнело, ноги сами принесли ее к Драконьему Пределу.
Банри предполагала отправиться к ярлу не ранее чем завтра, но раз уж она забрела сюда…
В чертоге царил мрак. Если выше, у трона ярла, его разгоняло пламя очага, то здесь, у большущих двойных дверей, сегодня никто не позаботился даже завалящей свечи зажечь. Гадая, что бы это значило, Банри поднялась по лестнице и медленно приблизилась к восседающему в своем кресле Балгруфу. Ярл, казалось, дремал, подперев голову рукой. За исключением правителя и четырех стражников, в наглую дремлющих на посту – Банри слышала сонное сопение из углов – в зале никого не было. Даже Ирилет, которая, за редким исключением, находилась при своем господине постоянно.
Имперка переминалась с ноги на ногу, посматривая по сторонам, и прикидывала, не разбудить ли ей Балгруфа. В голову пришла крамольная мысль, что объявись здесь сейчас убийца, подосланный врагами, Вайтран живо бы остался без своего правителя, и четверо дрыхнущих лодырей ничего не смогли бы поделать.
Если уж говорить о драконе в замковой ловушке, то лучше без свидетелей. Банри вздохнула и негромко позвала:
– Мой ярл…
Балгруф шевельнулся, его локоть соскользнул с подлокотника, и ярл чуть не свалился на пол. Зато быстро взбодрился – сон, похоже, как рукой сняло. Хмуро потирая переносицу пальцами, правитель взглянул на посетительницу и слегка смягчился.
– А, тан… Слыхал, ты опять с драконами сцепилась…
Банри моргнула.
– Да, вроде того. А кто говорит?
– Люди, – туманно произнес Балгруф, выпрямившись в кресле. – Раз ты стоишь передо мной, выходит, тебе удалось одержать победу.
– В некотором роде, – нехотя проговорила имперка. – Ярл, я хочу попросить тебя об одолжении.
– Что ж, попробуй.
Банри взглянула на череп Нуминекса и мысленно попросила у него прощения.
– Мне нужна твоя помощь, чтобы поймать дракона здесь, в Драконьем Пределе.
Стало очень тихо, только угольки в жаровнях потрескивали, да какой-то стражник всхрапнул уж совсем явно.
– Что?..
Банри откашлялась и повторила:
– Мне нужна твоя помощь. Я хочу заманить дракона в твой замок. Очень надо.
Балгруф нервно засмеялся.
– Я, наверное, ослышался. Мне показалось, ты хочешь заманить дракона в мой замок
– Ну… да. Все верно.
Ярл живо поднялся и шагнул к имперке.
– Что с тобой?! – рявкнул он, да так, что стражники разом проснулись, даже те, что дежурили у входа. – Совсем ума лишилась?!
– С моим умом все в порядке, – ответила Банри, втянув голову в плечи, но не отступив.
– Ты хочешь впустить дракона в самое сердце моего города, когда война в разгаре?! Да зачем мне это, когда я столько сделал, чтобы держать их подальше отсюда?!
Имперка хотела поинтересоваться, что же именно он предпринял, чтобы защитить Вайтран от крылатых тварей, ведь на стенах, выросших и укрепившихся за полгода, прошедших с нападения мятежников, не появилось ни единого самого завалящего орудия. Банри считала, что если и можно как-то отбиться от дракона, не владея Голосом, то только при помощи, например, баллист или стрелометов. Если огромное копье и не пробьет драконью чешую, то имеются некие шансы сбить дова на землю. Правда, что с ним потом делать…
 
– Ты даже представить себе не можешь, на что мне пришлось пойти! – разорялся Балгруф. – Я даже разобрался пару раз с талм…
Он осекся и свирепо уставился на Банри.
– Я хочу, чтоб ты уяснила, тан: то, о чем ты просишь, безумно. Невозможно!
– Скорее всего, это единственный способ покончить с нападениями драконов, – слукавила женщина.
– И как одно связано с другим? Нет! Хватит! И вообще: должен быть другой способ. Риск слишком велик. Извини, но я не пойду на это. Мы должны просто продолжать бороться с драконами.
Под «мы» подразумевалось, скорее всего, «ты». Банри тяжело вздохнула и уселась на край подиума боком к трону в опасной близости от жаровни.
– Ярл, по-твоему, я не понимаю, о чем прошу? Скажи, разве все те три года, что я живу в твоем городе, я не казалась тебе осторожным человеком? Возможно, слишком осторожным? Неужели ты думаешь, что я бы подошла к тебе с таким вопросом, если бы это не было важно?
Балгруф спустился к очагу и теперь стоял, разглядывая угли. Имперка подождала ответа, но ярл безмолвствовал.
– Ты когда-нибудь слышал про Алдуина?
Норд оглянулся.
– Про Пожирателя Мира? Конечно, слышал.
– Тот дракон, что сжег Хелген… Это был он. – Балгруф отошел от очага и уставился на таншу. Та покивала: – Да-да. И еще это он устроил мне взбучку на Глотке Мира не так давно. Я, если честно, чудом выжила.
– Откуда ты знаешь? – хрипло спросил Балгруф. – Что это Алдуин?
– Он мне сам так сказал.
– Может, он врет…
– Другие тоже врут? Потому что то же мне говорили и другие драконы.
Балгруф опустился на трон и обмяк, словно разом устав.
– Народ говорил, что видел черного дракона… И в Хелгене, и на горе давеча... Я думал, это россказни, – пробормотал он и уткнулся лицом в ладони. – Как нам драться с Алдуином? Разве его возвращение не знак конца света?
– Возможно… Но поимка одного из союзников Пожирателя, может помочь найти его и остановить… каким-нибудь образом.
– Хорошо, пусть ты его остановишь, другие тогда от нас отстанут, как ты говорила?
Банри поерзала на голых досках.
– Ладно, я признаю: немного приврала про драконов, ну, что их всех разом можно прогнать…
– Так и знал…
– Что хуже: нападения обычных драконов, или неминуемое разрушение мира? Можно попробовать усмирить Алдуина. В конце концов, ты одним из первых назвал меня Драконорожденной, и, если верить пророчеству, это моя судьба. Предназначение.
– Я в этом не разбираюсь, – махнул рукой ярл. – Пророчества, Предназначение… Но поскольку я сам слышал, как тебя призвали Седобородые, то поверю, пожалуй.
Имперка воодушевилась.
– Может, Алдуин и изведет нас всех, но я бы предпочла умереть, сражаясь, – заметила она.
– Неплохо, – усмехнулся ярл. – Прямо по-нордски. Не пойми меня неправильно, тан, я на твоей стороне, без вопросов…
– Но?
– Думаешь, Братья Бури будут сидеть сложа руки, пока дракон будет пожирать моих людей и жечь Вайтран? – Он поднял ладонь, заставив что-то лепечущую таншу умолкнуть. – Я знаю, что имперцы уже обложили Истмарк и все твердят, что-де мятежники заперты там, но я-то знаю – это не так, и небольшие отряды Буреносцев засели в тундре и горах. Мои люди их ищут и иногда находят, но эти ублюдки все никак не кончаются! И это не считая обычного сброда вроде вконец обнаглевших разбойников и мародеров, коих сейчас целые толпы бродят. Так что нет. Я не могу рисковать ослабить город, пока нам угрожает нападение врагов. Прости.
Банри оставалось только признать свое поражение. По крайней мере сегодня. Она слезла с платформы и приготовилась вежливо прощаться, но кое о чем вспомнила:
– Ярл, почему здесь так темно? Обычно всегда факелы и свечи горят, а сейчас – только очаг.
– Темно? – удивился Балгруф, привставая. Обозрев мрак в противоположной половине зала, он нахмурился: – В чем дело?.. Провентус! Провентус, Обливион тебя побери, где ты?!