О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)
Произошла небольшая потасовка. Сравнительное небольшая, конечно же. Когда драконы принялись мутузить друг друга всеми доступными средствами, гора затряслась от подошвы до вершины, а камень под сражающимися начал трескаться. Банри, наблюдавшая за дракой из-за изгиба Стены Слов, тоже тряслась, правда, от страха и прикидывала свои шансы выжить уже в нынешней ситуации. Сначала ей казалось, что с появлением Партурнакса они повысились, но теперь обнаружилась новая напасть – как бы в пылу борьбы ее чешуйчатые родичи не развалили Глотку Мира.
Вконец обозленному Алдуину надоело раз за разом получать по мордасам от младшенького. Он яростно взревел, смел Партурнакса со скалы в пропасть Безжалостной силой, словно сухой лист, и взмыл в воздух, подняв крыльями целую вьюгу.
Не успела имперка испугаться за Партурнакса, как его голова показалась над краем скалы.
– SULeyKI MULaaG, PaaRTHurNAX – прорычал Алдуин, взирая на брата сверху вниз. – Моя сила росла, пока твоя уменьшалась. AaV UV DIR вместе со своими смертными.
– UNSLaaD HOKORON! – отрезал Партурнакс. – Никогда больше!
Алдуин свечой взлетел ввысь. Банри наивно понадеялась, что он улетит, но тот лишь хотел быть слегка ближе к небу, чтобы рявкнуть в него какие-то Слова, после чего над Глоткой Мира словно раскрылся портал в Мертвые Земли.
Небо побагровело, и с него дождем посыпались метеориты, сравнительно маленькие, но смертельно опасные. Один из них с шипением и грохотом врезался в заснеженную скалу всего в нескольких шагах от имперки, второй протаранил Стену Слов, еще сильнее деформировав ее.
Партурнакс перебрался поближе к Банри, но задержался лишь на несколько секунд, крикнув:
– DOVahKiiN! Используй Драконобой, если знаешь его! Только так его можно победить!
Он тоже поднялся в воздух. Банри зачем-то опять достала бесполезный меч и прикинула расстояние до Алдуина. Уверенности, что свежеизученный Крик настигнет врага в такой дали, не было совсем. «Вот бы он снизился», – подумала она, и тут же раскаленный камень едва не расплющил ее в лепешку. Женщина выругалась, задрала голову и Крикнула:
– LOK Vah KooR!!!
Эффект не заставил себя ждать, несказанно изумив таншу, которая и не надеялась на успех. Каменный дождь перестал, и небо очень быстро прояснилось, вернув себе нормальный голубой цвет. Даже ветер сделался не столь пронзительным. Было слышно, как где-то высоко ругается Алдуин, изрыгая проклятия на головы всех NIVahRiiN JooRRE.
Партурнакс шлепнулся рядом с Банри, отчего она чуть не упала, и рявкнул:
– Да не это! Я же сказал: сбей его Драконобоем! В полете он слишком силен!
– Ага, а ты хотел, чтоб кому-нибудь из нас прилетело по башке раскаленным булыжником?!
– Поверь, вскоре это будет меньшей из наших проблем! Да он устроит новый камнепад, и у тебя не хватит сил, чтобы каждый раз снимать его заклятья!
– …И он слишком высоко!
– А вот об этом я позабочусь!
Партурнакс воспарил, оставив имперку таращиться в небо. Они с Алдуином вновь сцепились, гоняясь друг за другом вокруг горы и то снижаясь, то поднимаясь ввысь снова. Иногда они зависали почти на уровне глаз стоящей в снегу имперки, но слишком далеко от горы. Впрочем, порой драконы пролетали на оптимальном для атаки расстоянии, тогда они шли слишком близко друг к другу, и Банри не хотела рисковать – под действие Драконобоя мог бы попасть Партурнакс.
Последний, в очередной раз пролетая мимо имперки, проорал:
– DOVahKiiN, VOSARaaN! Используй Драконобой, пока Алдуин не пожрал тебя!
В настоящий момент Алдуин если и хотел кого пожрать, то только своего младшего собрата. Партурнакс увел его от горы, очень быстро вернулся и уселся на Стену Слов.
– Что с тобой? – раздраженно спросил старик. – Пользуйся Драконобоем, кому сказано?!
Он умолк и уставился на неотвратимо приближающийся черный силуэт разъяренного Алдуина.
– Я… – начала Банри, но продолжить не дали.
– LaaT UNT, – буркнул Партурнакс, следя за старшим. – Попробую посадить его на MONahVEN, а ты не зевай. Ах, да. Прямо сейчас обязательно укройся своей магией, и пусть твои заклинания будут крепкими.
Он взлетел очень высоко и очень быстро, за считанные мгновения превратившись в маленькое темное пятнышко на фоне синевы небес.
– …просто не хотела тебя задеть, – закончила имперка.
Обереги она неосознанно усилила над макушкой, и не зря. Thu’uM Партурнакса по мощи почти сравнялся с алдуиновым, Банри даже присела от страха, вот только подействовал Крик старого дова несколько иначе – вместо метеоритного дождя старик устроил жуткую бурю, и только что ясное небо заволокло черными клубящимися тучами.
Алдуин устремившийся было к точке в небе, резко повернул назад, к горе, прежде чем над Глоткой Мира образовался грозовой фронт размером с владение Вайтран. Осадков не случилось, зато то и дело беспорядочно били молнии, куда чаще, чем при обычной буре. Под не утихающий грохот Алдуин схлопотал урон разрядом электричества и наконец-то тяжело сел в снег на вершине горы, периодически встряхивая головой.
– RUTH Wah NIVahRiiN JooR! – проскрежетал он, завидев имперку, и двинулся прямо к ней.
Банри выставила левую ладонь, удерживающую оберег, перед собой, сжала меч покрепче и взвыла:
– JooR Zah FRUL!!!
На мгновение имперку обуяли столь чудовищные злоба и ненависть, что ей стало страшно, и где-то глубоко внутри часть ее «я» заголосила: «Мне это не нравится, мне это совсем не нравится!» Даже вид корчащегося Алдуина, подрастерявшего, пусть и ненадолго, свою гордыню и неуязвимость, не принес облегчения.
Последний, сгорбившись и упираясь сгибами крыльев в снег, уставился на Банри мутным взглядом и прохрипел:
– Хоть у тебя и есть оружие моих давних врагов, но ты им не ровня!
– Посмотрим, – задыхаясь, выговорила Банри.
Дракон рванулся вперед, но женщина хорошо помнила, что случилось с Гормлейт, и увернулась от его зубов. Она попробовала напасть сбоку, но удалось только пропороть крыло. Алдуин издал изумленный вопль и отпихнул заразу от себя подальше.
– Как ты смеешь?..
Банри, пыхтя, выбралась из снега и встряхнулась, как собака. Алдуин полоснул вдоль собственного бока Огненным дыханием, но женщина укрылась оберегом, и пламя не причинило ей никакого вреда. Нагрузки на магические щиты она почти не почувствовала, выходит, и сила алдуинова сделалась, как у смертного.
Имперка проделала тот же маневр, что и с Вультурьйолом: свалила монстра Безжалостной Силой и собиралась добавить Морозным Дыханием, но Алдуин, в отличие от предыдущего дракона, не стал покорно ждать, пока ему наваляют, ухитрился перекатиться по скале и избежать крупного урона.
Он замер, тяжело и рвано дыша. Голова со слезящимися глазами бессильно уткнулась в снег, и хотя взирали эти глаза с ненавистью, в самой глубине имперкиного сердца подняла голову неуместная жалость. Пришлось потратить пару драгоценных мгновений, чтобы придавить ее, как змею каблуком.
Банри посмотрела на почти поверженного, но не сломленного дракона трезвым взглядом.
Утратив – временно – бессмертие и большую часть своей силы, Пожиратель Мира по-прежнему оставался огромной тварью, физически на порядки сильнее имперки, но об этом она старалась не думать, надеясь, что дракон, непривычный к подобным ощущениям, сейчас переживает сильный шок. Прикусив губу, женщина рискнула атаковать в лоб, как пресловутого Вультурьйола, и прыгнула на драконью морду. Тот яростно зарычал и замотал башкой, пытаясь стряхнуть врага, но Банри отчаянно цеплялась за жесткую чешую и даже изловчилась ткнуть концом клинка в некое уязвимое место, по крайней мере, Алдуин взревел уж совсем отчаянно.
Он затряс головой еще сильнее и все же стряхнул имперку. Очень неудачно для последней. Удар корпусом о скалы вышиб из Банри дух, она услышала едва уловимый хруст и, видимо, отключилась, потому что когда смогла осознавать окружающее, Алдуин уже принял позу, более подобающую его статусу. Сгорбившись, он таращился на имперку потускневшими алыми зенками (из-под века одного из них текла кровь), но попыток напасть больше не делал.