О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

– Я все же считаю, нам стоит перекусить, – проговорила Готтлсфонт. – Зелья зельями, но нормальная еда полезнее для желудка.
– Зелья быстрее, меньше объемом и почти безвкусные– проворчал Маркурио. – И у меня кусок в горло не лезет после того, что мы там видели. Короче, дай мне какое-нибудь свое пойло.
– А я бы поела, – задумчиво проговорила Иллия, шаря в своем мешке.
– Тебя стошнило наверху полчаса назад!
– А сейчас не тошнит. – Девушка достала ломоть хлеба и кусок сыра, сложила один к одному и впилась в бутерброд зубами. – Гвавное, не еф мяфа пофа, – посоветовала она с набитым ртом.
Банри тоже полезла за провизией, ее аппетит не испортил даже хлеб, «ароматизированный» мертвечиной – запах все же просочился из свертков с заляпанными кошачьим и эльфийским жиром дневниками. Маркурио после долгих колебаний все-таки сгрыз один сухарь и запил зельем, восстанавливающим силы, как телесные, так и магические.
– Ты бы поэкономил именно эти, – недовольно проговорила танша. – Пей лучше раздельные. Этих у меня четыре флакончика всего.
– Чего так?
– Того. Я потратила на данное зелье ценные и весьма редкие ингредиенты – обе жемчужины, которые в свое время нашла на побережье в Данстаре, причем одну испортила, экспериментируя. Других у меня нет.
– Ну, сочувствую. – Маркурио зашвырнул пустой пузырек в темноту пещеры, игнорируя негодующий вопль Банри – тара под зелья тоже была дефицитной – и задрал голову. – С трудом верится, что мы относительно недавно были там, на самом верху.
– Еще час назад мы были еще выше, – отозвалась Иллия и вытерла руки о собственный плащ. – Никогда бы не подумала, что буду с такой теплотой вспоминать не то что о Башне Светотьмы, но даже о поверхности.
– «Что имеем – не храним, потерявши – плачем», – вздохнул волшебник.
Он вознамерился еще что-то добавить, но высокоинтеллектуальная беседа была прервана очень раздраженной имперкой.
– Если вы закончили изрекать глубокомысленные банальности, может, продолжим наше путешествие? – процедила она. – Мне самой, если честно, это место опротивело, и я хочу побыстрее сделать дело и убраться отсюда.
Банри подошла к большим дверям, примерилась и надавила плечом, створка подалась, пропустив женщину в темноту, и со стуком ударилась о стену.
Колдуны нагнали Готтлсфонт уровнем ниже, где было светлее, и впереди виднелся новый портал. Имперка стояла посреди коридора и задумчиво разглядывала некое сооружение, явно фалмерского производства.
– А если б тут были эти уроды? – спросил слегка запыхавшийся Маркурио.
– Но их тут нет, – отозвалась Банри, рассеянно потирая затылок. – Вы что, бегом бежали?
– Угу. Думали, вдруг тебе, неблагодарной, помощь понадобится. – Маг уставился на фалмерскую поделку. – А это еще что за хрень?
– Ну, насколько я могу судить, что-то вроде капкана. – Банри ткнула пальцем в пол. – Тут растяжка, осторожнее.
Иллия фыркнула.
– Ну да, тут еще постараться надо, чтоб ее задеть. Может, бедняги в своей слепоте неправильно расположили ловушку?
– Как сказать... – пробормотала Готтлсфонт. – В Черном Проходе похожая штуковина была, скажем так, удачно расположена и весьма эффективно сработала. Правда, пришибло ею фалмера.
– Ну вот, я же говорю...
Маркурио уставился на створки.
– Эти гномы, похоже, обожали разграничивать пространство. За каким хреном здесь все эти двери? Я еще понимаю – навесить их на входе в спальни или мастерские, но коридоры-то зачем перегораживать?
– Возможно, сюда не всем входить разрешалось, – предположила Банри, – и была выставлена стража. А двери – чтоб удобнее было отсеивать народ.
– Ну-ну, – с сомнением отозвался маг. – Вообще-то я где-то читал, что у двемеров якобы не было разделения на сословия или классы, вроде как они все равны между собой. Так что, если что-то разрешалось одному, то и остальные тоже были в праве.
– Правда? – удивилась Иллия. – Никогда не слышала о таком...
– Так ты и не специалист по гномам.
– Ты тоже!
– Перестаньте, – вмешалась Банри. – Настоящих специалистов по двемерам, равно как и по другим вымершим народам, можно пересчитать по пальцам. Не знаю, где ты подобное читал, но явно не у Колсельмо, которого уж точно можно отнести к таковым. В третьем томе своих «Гномов» он честно пишет, что единственное, что точно известно о двемерских обычаях, законах, мифах, легендах и государственном устройстве, так это то, что ничего не известно. Другая подобная информация – разного рода спекуляции, если нет железных доказательств. – Она помолчала. – Да и даже если чушь про равенство и братство – правда, то всегда кто-нибудь будет равнее.
 
Иллия согласно закивала.
– И где же ты взяла книжки Колсельмо? – несколько уязвленно спросил Маркурио. – Они не так часто встречаются у обычных торговцев. Это скорее научная литература.
– Точнее, научно-просветительская. По крайней мере, я поняла все там написанное. А читала я их в Арканеуме Коллегии Винтерхолда. Знаешь Урага гро-Шуба? Я с ним консультировалась по поводу... кое-чего, и он предложил мне книги о двемерах, когда узнал, что я поеду в Альфтанд.
– Кто ж его не знает? – пробурчал волшебник, инстинктивно втягивая голову в плечи. Потом парень осознал, что орка рядом нет, и выпрямился. – Как-то не верится, что он тебе сам что-то предложил. Обычно у него приходилось даже необходимую для обучения литературу чуть ли не на коленях вымаливать.
– Ну, значит, мне повезло. – Банри оглядела коридор. Дальний сектор с лестничным пролетом, откуда они явились, терялся в темноте, а дверь была хорошо освещена. – Я вот еще что хотела сказать, про двемерское общество: может, они в чем-то и отличались от всех нас нынешних, и людей, и эльфов, но все равно они были потомками альдмери Меретической Эры, со всеми вытекающими. Вы много знаете бессословных эльфийских обществ?
– Ты же сама говорила, что нельзя верить фактам без железных доказательств, – сощурилась Иллия.
– Ну да.
– А где доказательства, что двемеры были эльфийской породы? Даже останков нет, чтобы их изучить, их просто называют «двемер».
– Вообще-то доказательства кое-какие есть, – задумчиво проговорил Маркурио. – Статуи, которые остались, например, на Строс М’Кай, изображают существ, сильно похожих на эльфов.
– Ты их сам видел?
– Нет...
– Вот и молчи.
– ...Но я еще как-то раз подслушал разговор Урага с Архимагом Коллегии Савосом Ареном. Арен рассказывал, как путешествовал по Вварденфеллу в молодости, и даже участвовал в какой-то экспедиции в тамошние гномские руины. Ну, я так понял, это было задолго до Красного года. Короче, он там вроде бы видел призрак двемера. Сказал, очень похож на данмера, только чуть поменьше размером, кожа куда светлее, и бородища до середины груди. Эльфы-то обычно такие не носят...
– Все равно это сведения из третьих рук, – упрямо сказала Иллия. – Твоему архимагу могло с перепугу или спьяну привидеться.
– Эй! Полегче!
Банри вздохнула.
– О боги... Давайте замнем эту тему. Предлагаю все же считать двемеров эльфийским народом, как предполагают специалисты. А теперь давайте подумаем о насущных проблемах, и как нам действовать дальше.
Из тонкой щели между металлическими створками тянуло сквозняком. Банри принюхалась к струе воздуха, но никаких пугающих запахов не почуяла – грибы и сырость. Женщина осторожно надавила, но дверь не поддалась, и пришлось прибегнуть к помощи спутников. Ветер стал вполне ощутимым, и даже каким-то... свежим.
– Ишь ты, – шепнула Иллия. – Может, там впереди есть выход на поверхность?
– Надеюсь, – пробормотала Банри, вглядываясь в сумрачное пространство впереди. Что-то шевельнулось на самой границе зрения, и Готтлсфонт быстро отступила под защиту стен, отпихнув ведьму туда же. Маркурио посторонился сам. – Видели?
– Нет, – еле слышно отозвался маг, – но лучше поосторожничать.
Все трое, не сговариваясь, уселись вдоль стены прямо на холодный каменный пол. Банри уложила на колени лук, с которого зачем-то еще наверху сняла тетиву, и принялась натягивать ее наново. Маркурио медленно разминал пальцы, Иллия просто сидела, разглядывая носки сапог.