О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

– Дважды, – угрюмо сказала Банри. – За четыре месяца.
– Не слабо... Ладно, все равно попробуем.
– Что именно?
– Посланница Талмора, Эленвен, часто устраивает приемы, где собираются богатые и влиятельные люди, несложно догадаться, что так они демонстрируют эльфам свою лояльность. Я могу провести тебя на такой прием. Когда будешь внутри посольства, удерешь от сборища этих недоносков-лизоблюдов и отыщешь секретные документы Эленвен. Вот так.
Банри смерила бретонку кислым взглядом.
– И это по-твоему просто? Да и почему ты так уверена, будто эта послиха что-то знает о драконах?
– Она занимает высокое положение в организации, так что должна быть в курсе глобальных планов руководства. И нет – это будет совсем не просто. План требует четкой организации и довольно-таки длительной подготовки. Хотя твой титул тана Вайтрана существенно облегчит задачу.
– Хорошо. – Готтлсфонт сжала рукоять своего кинжала. – Так что делать лично мне?
– Для начала – как у тебя с доходами?
– На жизнь пока хватает.
– И все же?
– Негусто. В последнее время только от продажи парочки найденных трофеев всяким коллекционерам.
– Плохо.
– Почему это?
– Потому что нужно будет пустить пыль в глаза, а для этого требуются деньги, и немалые. У меня есть кое-какие сбережения, но их на то, что я задумала, не хватит. Итак, какой суммой ты располагаешь?
Банри подняла глаза к потолку, шевеля губами, вспомнила, сколько выручила за всяческие артефакты, найденные во время экспедиций в Курган Холодных Водопадов, Устенграв и гробницу Куралмила, прибавила к этому деньги, полученные от глупого Голлдира, и заключила:
– Что-то около семи тысяч.
– Маловато... Хватит разве что на простенький бриллиантовый гарнитур...
Дельфина забегала по комнате, теребя волосы. Банри только теперь обратила внимание, что прическа у нее поменялась с момента их последней встречи – вместо гладко зачесанной и забранной в хвост шевелюры – растрепанные патлы, только на самой макушке куцый хвостик, видимо, чтоб челка в глаза не лезла. Когда бретонка приблизилась, Готтлсфонт разглядела, что кончики светлых прядей скручены, как бывает, если их подпалить.
– Ладно, тогда одежду и украшения я беру на себя, добуду по своим каналам, все равно в Скайриме с этим туго. – Дельфина прикусила губу. – Тебе понадобится еще прислуга кроме этой твоей дуболомной телохранительницы.
– Ее зовут Лидия. И она ничего.
Бретонка закатила глаза.
– Поверю на слово. Только еще нужна горничная и какой-нибудь лакей.
– Ни за что! Я бы и без хускарла прекрасно обошлась, вот только она уходить не хочет!
– Ну еще бы. Ладно, обойдемся одним телохранителем. Хотя... не солидно, конечно.
– Как я поняла, главное – попасть на территорию посольства. Солидно, не солидно, не все ли равно?
– Главное – не вызывать подозрений. Впрочем, пока рано об этом говорить. Предлагаю тебе сегодня переночевать здесь, у меня, а утром езжай в Вайтран и сиди там, я с тобой свяжусь, как время придет.
– А когда оно придет, хотя бы примерно?
Дельфина помолчала.
– Пока не знаю, – призналась она. – Но эта гадина Эленвен устраивает попойки чуть не в каждые выходные, не говоря уж о праздниках, так что, надеюсь, смогу раздобыть тебе приглашение и поправить списки гостей уже в этом месяце.
Когда Банри вышла за владелицей «Спящего великана» в общий зал таверны, была уже глухая ночь. Все посетители разбрелись по своим домам, даже Свен, проводящий здесь большую часть своего времени, отправился восвояси. Оргнар лег спать на кушетке за стойкой, и теперь его храп гулко разносился по всем уголкам заведения. Дельфина, пребывавшая в раздумьях, заслышав выводимые помощником рулады, мгновенно взъярилась, сдернула с ближайшего стола серое от грязи полотенце и набросилась на мужика с таким криком, что Банри перепугалась, как бы бретонка не перебудила всю деревню. Несколько позже она устроилась на кровати Дельфины, которую та любезно предоставила гостье, и перебрала в памяти детали беседы. Дела принимали неожиданный и все более неприятный оборот, грозящий совсем уж катастрофическими последствиями. Прокрутившись на матрасе битый час, Банри выбросила из головы все мысли о грядущем и попыталась заснуть.
 
Утро началось с очередных воплей, издаваемых уже Оргнаром. Он повел только что прибывшего постояльца в комнату и обнаружил дрыхнущую на кровати собачищу. Барбас, о котором Банри, к своему стыду, забыла начисто, ночью поужинал приготовленными для гостей фаршированными фазанами и разместился в одном из номеров на постели – пол, пусть и укрытый мехом, не показался ему привлекательным. Прибежавшая на шум имперка смущенно предложила возместить убытки, но Оргнар буркнул, что не надо, и потащил растерянного клиента к другой комнатушке. Следом из своего тайного штаба появилась хмурая Дельфина – она легла только под утро на раскладной кушетке и не успела выспаться. Вникнув в ситуацию, она подозрительно уставилась на довольного жизнью пса и произнесла:
– Повторюсь, странная собака. Как, говоришь, его зовут?
– Я и не говорила, вообще-то. Барбас.
– А хозяин его кто?
– Да так... Один... делец.
Барбас лениво сполз с кровати, потряс головой и выбежал из комнаты, сунул нос во все углы в большом зале и убрался на улицу. Обе женщины проводили его взглядами, потом Банри откашлялась и проговорила:
– Я оплачу все, что он съел или испортил.
– Не надо, – махнула рукой Дельфина, – этих дурацких фазанов все равно бы никто не купил, Оргнар их пару дней назад нафаршировал и испек и требовал за каждого по тридцатке септимов. Ну кто их будет есть за такую цену? Будто у нас тут что ни день – толстосумы квартируют. А я ведь ему говорила, чтоб готовил что попроще...
Примерно через час, после завтрака, Банри отправилась домой в Вайтран. Дельфина решила немного проводить ее, и женщины медленно двинулись по дороге пешком, держась рядом. Обе молчали. Барбас то убегал вперед, то возвращался, Банри рассеянно следила за ним, помахивая поводьями Альфсигры, которую вела за собой, потом проговорила:
– Я все равно не понимаю, зачем мне строить из себя знатную и богатую даму. Вряд ли я смогу кого-то обмануть, тем более талморцев. Они наверняка собирали информацию обо мне, так чего, в таком случае, будут стоить все наши уловки?
Дельфина не отвечала довольно долго, впереди уже показался Вайтран, когда она заговорила:
– Наша задача – представить тебя максимально безобидной личностью. Не слишком умной, не слишком образованной и не слишком высокородной. Главное, не переборщи, не стоит строить из себя щебечущую идиотку. Словом, постарайся быть самой собой, но попроще.
– Вот уж не думала, что произвожу такое впечатление, – горько сказала Банри.
– Видимо, я не так выразилась, – поморщилась Дельфина. – На самом деле тебя довольно трудно разгадать, даже я не сразу разобралась. Но вот остальные... – Она глубоко вздохнула. – За что Балгруф Старший сделал тебя таном?
Имперка удивленно глянула на нее.
– За то, что я убила Мирмулнира, конечно. Ну, дракона у Западной сторожевой башни. А что?
– А сколько народу видело, как ты его убила?
– Эм... – Банри наморщила лоб, подсчитывая. – Около десятка стражников и Ирилет, хускарл ярла.
– Вот именно. – Дельфина многозначительно покосилась на спутницу. – Всего несколько человек были этому непосредственными свидетелями. Теперь представь реакцию малознакомых или совсем не знакомых с тобой обывателей, когда они узнают, что какая-то девица с улицы в считанные месяцы становится одним из наиболее уважаемых людей в холде, причем, непонятно за какие такие заслуги.
– Но я же...
– Да, да, убила дракона. А теперь вспомни-ка, как отреагировали эти холопы Ульфрика из Рощи Кин на твое признание в убийстве тамошнего дракона, как бишь его?
– Салокнир... – тихо сказала Банри и остановилась, тупо глядя под ноги. – Так что, выходит, все считают меня наглой выскочкой и вруньей в придачу?