Аним-е-магия (СИ)

В небе сверкнули красные искры, и Гарри успокоился: Флёр сошла и ей помогут профессора, которые, по уверениям устроителей, должны курсировать в Лабиринте, чтобы не допустить несчастных случаев.
— Какой-то профессор решил тебе «помочь»? — спросила Куэс за ухом. — Кажется, этот «Моуди» под обороткой тоже в этом участвовал. Странно, если учесть, что он должен был быть судьёй, но так и не появился.
— Да, странно, — пробормотал Гарри, вспоминая, что точно видел Моуди, входящим в лабиринт. Но, конечно, выиграть было бы здорово, плюс приз, потратить который можно будет в путешествии с крёстным и Куэс. Раз удача сама идёт в руки, почему бы не воспользоваться ею?! — Кажется, становится светлей?..
Сквозь кусты точно что-то светило, и Гарри надеялся, что это кубок. Стоило выиграть, чтобы утереть нос всем тем недовольным, которые завидовали, что он прогуливает большую часть уроков. Но Гарри предпочитал учиться во внутреннем мире, да и Куэс объясняла ему пройденные его курсом темы гораздо лучше того же Снейпа, Флитвика или МакГонагалл. А варить сразу несколько зелий Гарри понравилось гораздо больше, чем терпеть еженедельные нападки на уроке. Вот МакГонагалл, когда он появлялся на трансфигурации, только поджимала губы и не спрашивала по пройденному материалу, предпочитая игнорировать. Зато Снейп стал как-то спокойней, хотя, кажется, пытался вызнать, где же он пропадает, но не преуспел, так как эту тайну Гарри не доверил никому из школьных друзей, а у него самого, как сказала Куэс, благодаря «подселению» теперь стоял хороший ментальный щит. По крайней мере, когда он изредка всё же оставался ночевать в своей спальне, то никаких снов с Волдемортом не видел. Куэс сказала, что ментальную защиту для сознания можно было купить и в виде артефакта — тем обидней было узнать очередное доказательство того, что взрослым он нужен управляемым, запуганным и чуть что бегущим за советом. Кто ему хоть раз нормально этот совет дал? Вечно либо заняты, либо некогда, либо «тебе уже пора спать, Гарри» и прочие отмазки. Бросают на произвол судьбы, чтоб мучился недосыпом, кошмарами и ему пеняли, что он то слишком мал, то слишком смел, то ещё какой-нибудь не такой, как надо. А теперь он не видит этих снов, в которых всё равно толком не мог понять, что происходит, и всё хорошо. А то рассказываешь о чём-то, а они только многозначительно переглядываются и всё. Просто используют, как какое-то кривое радио.
— Гарри! — отвлекла его от мыслей Куэс.
Впереди была полянка с развилкой, и на ней сидел соплохвост. Если можно так сказать про существо с десятью ногами.
Этих уродцев развёл Хагрид, и весь год во время уроков по уходу за магическими тварями они всем курсом должны были за ними наблюдать. Сначала эта помесь мантикоры и огнекраба была размером с ладошку и в количестве нескольких ящиков, потом они начали драться и пожирать друг друга. И всё время росли. Насколько Гарри знал из рассказов Гермионы, последних соплохвостов Хагрид куда-то уволок. Сам Гарри видел тварюшек, когда они были размером с гигантских черепах, которых он как-то наблюдал в зоопарке. Сейчас…
Честно говоря, монстра Гарри узнал лишь по отвратительному запаху тухлой рыбы, всё же перемены в размерах были разительные. В темноте возвышался скорпионий хвост с особыми «устьицами» из которых искрил огонь, а блестящий панцирь, в котором пряталась голова, едва помещался в ширину Лабиринта. Если у «соплов» вообще была голова… Впрочем, точно был рот, и они больно кусались… когда были мелкими.
— Инсендиоинфламаре! — Гарри направил мощную струю огня ровно в панцирь, в предполагаемую морду: черепах и крабов вот запекали на костре, может, и с этим получится?
«Сопл» как будто тонко заурчал, запахло жареной тухлой рыбой. Гарри контролировал свой огонь, не желая, чтобы тот перекинулся на кусты. Удивительно, но поначалу гигант не сопротивлялся, а потом когда панцирь практически раскалился, дёрнулся и рухнул. Вонял монстр при этом так отвратительно, что, когда Гарри вдохнул, его буквально вывернуло ужином.
 
— Ну и гадость…
— Что это вообще за штука? — спросила Куэс, которая звучала потрясённой. Было приятно хоть чем-то удивить девушку, которая сражалась со всякими крутыми демонами.
— Соплохвост, — Гарри применил очищающее и, спасибо троллю на первом курсе, начал дышать ртом.
— Как ты вообще с ним справился? Ты знал, что огненное заклинание сработает?
— Нет. Но эту штуку получили от союза огнекраба и мантикоры. И я сейчас вспомнил, что в книжке Локхарта было написано, что огнекраба можно победить с помощью «Инсендио», я тогда ещё с Гермионой поспорил, что это странно, ведь этот краб сам изрыгает огонь. Мы даже ходили к Хагриду, чтобы узнать, правда или нет. А он сказал, что, может быть, потому, что огнекрабы плохо видят и у них типа теплозрения и так они находят самца или самку. Ну, думают, что на них не нападают, а…
— Заигрывают? — усмехнулась Куэс.
— Ага, — Гарри обошёл тушу и вошёл почти в центр лабиринта.
Видимо, соплохвоста, чтобы он не прошёл глубже, закрывали какие-то чары потому что вонь как отрезало и Гарри с облегчением вдохнул свежего воздуха.
— Кажется, остался последний рывок… — подумав, Гарри протиснулся через кусты, не желая столкнуться с каким-нибудь ещё «сторожем» входа.
Кубок стоял на постаменте. Рядом никого не было.
Впрочем, стоило протянуть руку, как на поляну выскочил Седрик Диггори, а за ним и Виктор Крам.
— Я первый! — показал язык Гарри и схватил приз. Кубок странно дёрнулся, словно его попытались вырвать с помощью «Акцио», но через секунду, когда он, испытав неприятное ощущение, упал на что-то твёрдое, стало понятно, что…
— Это портал… — Гарри вспомнил тот башмак, за который они держались, чтобы попасть на Чемпионат по квиддичу. — Где это мы?
— Посмотри на небо. Вы на астрономии навигацию уже проходите? — отозвалась Куэс.
— Только начали, — Гарри посмотрел вверх.
— Кажется, Англия.
— Ясно, — Гарри огляделся и понял, что они на старом кладбище, заросшем деревьями и травой. Та штука, о которую он саданулся ногой была надгробием. Справа за огромным тисом виднелся силуэт церкви или, скорее, часовни. А слева располагался холм, на его склоне светлел какой-то большой дом с чёрными провалами окон. Свет нигде не горел.
— Кто-то идёт… — первой человека в хламиде с глубоким капюшоном заметила Куэс. Коротышка медленно обходил могилы и держал перед собой какой-то тряпичный свёрток, похожий на куль с младенцем.
Коротышка подошёл достаточно близко, чтобы при свете мерцающего Кубка, который валялся на земле, его стало чуть лучше видно. На руках у него точно было что-то живое.
— Гарри, ложись! — предупредила Куэс, и Гарри рыбкой нырнул за каменный крест, не задумываясь исполняя натренированный «финт». — Они использовали какой-то ментальный удар.
Гарри ощутил, что его шрам укололо лёгкой болью.
— Найди мальчишку! — прозвучал голос, от которого поползли мурашки по спине: именно его он слышал в тех снах с Волдемортом.
— В тех тряпках основа для воплощения, — сказала Куэс.
— Конфринго файер максима! — не раздумывая, создал Гарри огненный шторм вокруг коротышки с этим подозрительным свёртком. Он вложил туда всю свою магию, да и Куэс, кажется, помогла. — Инсендиоинфламаре! Протего Диаболика!
Из огненного шара, укрытого защитной сферой, жутко визжало и верещало. Странно, что магия предотвращала аппарацию, но почему то не препятствовала распространению звука и запаха. Опять завоняло жареным, на этот раз сладковатый мясной запах смешивался с чадом от тряпок и палёных волос. Магический огонь, подпитанный сразу тремя мощными заклинаниями, управился за несколько минут. Оплавились даже несколько камней надгробий, захваченных в кольцо, а от того коротышки и его свёртка не осталось и пепла. Даже Кубок, который лежал на земле где-то на границе этого пожарища, перестал светиться и слегка деформировался, скособочившись.
Гарри провёл рукой по разгорячённому лицу и понял, что у него нет бровей. Ни одного заклинания, которое бы ему помогло восстановить брови, он не знал.