Еще один реальный способ улучшить нашу жизнь (СИ)

— Чай значит любите? — Еще пуще разулыбался человек-гора. — Это хорошо! Чай, он камни из почек вымывает. Очень для здоровья это полезно.
Еще потоптавшись без толку пару минут и не отыскав желающих подать жалобу, охранники удалились обратно к себе. Чай пить. А молодых людей их спаситель, ухватив за руки, повлек к себе в комнату.
— Значит, к нам в гости шли? Это же просто замечательно! А то совсем скучно стало в нашем номере. И Эркин, уверен, рад гостям будет.
Всего несколько шагов сделали, как вдруг перед молодыми людьми оказалась заветная, безуспешно ими отыскиваемая дверь с номером «301». Мистика какая-то, не иначе! И дверь сама собой приветливо отворилась.
— Проходите, не стесняйтесь, — Ирина с Андреем сами не заметили, как под дружелюбный говорок здоровяка очутились внутри просторного, дорого отделанного номера в светлых, пастельных тонах.
В номере их встречал еще один человек. Совсем молодой парень, который, развалившись на роскошном диване с перламутровой,переливающейся на солнце обивкой, неспешно попивал чай из большой керамической чашки с ярко намалеванными оленями Санта Клауса.
— Пак, ты очень скоро вернулся. Да еще, как я погляжу, с гостями. — Парень на диване, увидев гостей, сменил позу, но чай пить не прекратил. — Вы проходите, гости дорогие. У нас все по-простому. Заварочный чайник, кипяток, сахар, молочник. Чистые кружки на крючочках повешены. Наливайте себе сами. По вкусу. От себя могу добавить, что чай здесь очень вкусный. Тыщу лет такого не пил.
— Это Эркин. Он всегда такой. — Отрекомендовал второго хозяина комнаты их сопровождающий. И обращаясь уже к Эркину добавил: — Представляешь, на наших гостей напали практически на пороге нашего номера. Дикари какие-то, а не люди, право слово. Наверное, их отцы в детстве плохо воспитывали. Но, что самое ужасное, охрана этого заведения не поспешила устранить столь вопиющее безобразие, а спокойно распивала чаи в своей комнате.
— Вот только не надо тут намеков про мой чай! Вообще не понимаю, как ты можешь пить это свое кофе. Горькое, бе-е.
— Свой кофе! Кофе — он! Только мужского рода! Крепкий и бодрящий! Хотя… вообще-то, в чем-то ты прав. В последнее время в магазинах продают такое, что кроме, как «оно», других эпитетов и не подобрать. Один Жакардин, чего стоит. Или это еще… молотое, вонючее, из Латвии…. Теперь я точно убежден: в Латвии не растет кофе! А еще себя европейцами называют!
Молодые люди сами не заметили, как за дружеской пикировкой двух таких непохожих друг на друга хозяев номера, оказались рассажены по креслам, а в руках у них оказались изящные чашечки с ароматным парящим напитком.
— Кстати, я вовсе и не нападал на твой чай, когда рассказывал, что охрана тут совсем мышей не ловит. — Пак как-то очень выразительно взглянул на собеседника. — Они мне сами сказали, что пили этот свой чай во время нападения.
— Чай? Это можно…. — Как-то не впопад согласился Эркин, и Ирине, которая во все глаза наблюдала за развернувшимся представлением, показалось, что глаза встретившего их парня сверкнули густой малахитовой зеленью. — Ну, а вы, ребята, какими судьбами к нам забрели?
Пока Ирина Михайлова при молчаливой поддержке своего друга рассказывала о поступившем ей задании от ее шефа, в комнате охраны гостиницы «Центральная» начали твориться очень странные дела.
— М-м-м! Какой замечательный аромат у этого чая! — Восторгался старший смены, который и проводил несколько минут назад разбор инцидента на третьем этаже. — Никак не могу понять, что сюда добавлено…. Мелиса? Вроде нет. Чабрец? Тоже не оно… Но душистый, оторваться невозможно.
— Нет в нем никаких добавок! — Высказался один из подчиненных, внимательно изучив надписи на чайной упаковке. — Обычный черный чай, из самых дешевых. Да мы же его уже заваривали утром.
— Обычный чай? Странно. Отчего-то никак не могу напиться, такое удовольствие получаю. — Изумился старший охранник, с шумом втягивая парящий напиток.
— Да, командир, согласен. Что не говори, а чаек знатный получился. — Поддержал его последний из троицы, заступивших сегодня на смену.
 
Так и хлебали, пока весь чайник не выдули. Даже не приостановились ни разу.
— Вроде, пузо от чая на сторону, а еще хочу. — Высказался тот, что недавно изучал коробку в поисках названий добавок, сделавших обычную заварку столь ароматной.
— Давайте, по-быстренькому по этажам пробежимся и вернемся. А чайник как раз снова закипит. — Внес рационализаторское предложение старший. — Нужно же нам у начальства перед глазами помелькать. Как бы те, пострадавшие, жалобу на наше бездействие не подали. У парня бланш под глазом знатный получился. Ночью без фонаря сможет дорогу находить.
— Ой, да какая жалоба, я тебя умоляю. — Заспорил первый. — Та парочка же даже не постояльцы нашей гостиницы. Мы вообще не обязаны были их защищать. Максимум полицию вызвать.
— Ага! А потом бы тебе Елена Николаевна так вызвала! Премию бы полгода не получал.
— Вязникова, она такая. Так и ищет, где бы чего урезать. Сущая стерва, а не женщина. — Мнение относительно потенциальной реакции начальства на вызов полиции у всех трех работников сферы безопасности удивительным образом совпало.
Подгоняемые своим старшим, двое подчиненных, поставив кипятиться новую порцию воды, выдвинулись на патрулирование.
— А давайте, только по первому этажу прогуляемся, засветим свои физиономии перед начальством. Чайник то, наверное, уже закипает. — С беспокойством в голосе предложил один из этой троицы, и охранники дружно ускорили свой шаг.
Если старшая администратор и была удивлена промелькнувшим мимо ее конторки трем мужчинам в форме местной охраны, идущим очень быстрым шагом, едва не переходящим на бег, то вслух ничего не сказала. У нее совсем другим голова была в этот день занята. Все же сам бывший президент их державы в постояльцах затесался, не шухры-мухры. Надо еще разок в ресторан заглянуть, глянуть, все ли там в порядке, не надо ли еще каких дополнительных деликатесов для важного гостя заказать.
— Так говорите, этот ваш любитель выжимания слез и денег у зрителей всегда останавливался в этом номере? — Уточнил Эркин чисто, чтобы паузу занять, сам погружаясь в раздумья. — Любопытно, любопытно. Отрицательных воздействий всего на двадцать четыре эрга, а положительных уже за шесть тысяч перевалило. — Последнее уже он пробормотал, просто размышляя вслух.
Что сразу привлекало внимание, так это то, с каким вниманием к бормотанию прислушивался Пак. Причем, очевидно, он кое-что понимал в странностях озвученной арифметики. Более того, услышанное ему ужасно нравилось. Вон, в какой предвкушающей ухмылке расплылся. И, кажется, Эркин не подвел его ожидания:
— Так, Пак, тебе поручается отыскать этого… Листьева Вениамина Борисовича. Я правильно назвал искомого вами персонажа? — Это уже к Ирине был вопрос. Она, молча, истово закивала. Возвращаться на глаза шефа, не выполнив задание, ей очень не хотелось. Пусть даже по выданному ей адресу и проживали совершенно другие люди, но Серебрянский такой гад, обязательно во всеуслышанье выскажется по поводу мыслительных способностей некоторых своих подчиненных.
— А чего его искать? — Хмыкнул Пак. Туточки он, в гостинице проживает. В полулюксе на втором этаже. Денежки решил в этот раз сэкономить, жмот. — И продолжил в ответ на укоризненный взгляд Эркина. — Ну, всего же полэрга потратил. И не факт, что положительного. Что-то подсказывает мне, что творить благо в адрес этого персонажа нам вовсе даже не захочется.
— Тем более. Сопроводишь вон девицу к нему и поможешь, чем придется. Раз уж начал ее спасать, доводи дело до конца.
— Я с вами. — Моментально подключился Андрей, чья на глазах заплывающая физиономия делала его участие в качестве переговорщика все более и более неуместным.
— Только ты в коридоре подожди нас, Андрюша. — Очевидно, мысли его подруги протекали в том же направлении.
Троица в составе одного здоровяка, одной девушки и одного побитого кавалера этой самой девушки покинула номер, а парень с периодически вспыхивающими зеленью глазами так и остался, подводя какой-то свой баланс: