Прятки: игра поневоле (СИ)
- Снимай свой дорожный мешок и иди сюда... - тон мужчины был жестким. Не говоря ни слова, я сбросила мешок на землю и направилась к людям, стоящим у реки. Надо же, как неприязненно и даже со страхом они смотрят на меня, словно перед ними находится их смертный враг. Хм, может, я кого-то из них ненароком очень сильно обидела в Большой Гавани, и сама этого не заметила? Нет, вряд ли такое возможно, ведь таких людей, как эти четверо, я вижу впервые в жизни.
- Стой, не шевелись... - бросил мне Кейр, когда я подошла к ним. Выслушав то, что сказал ему один их этих четверых, Кейр приказал. - Повернись. Стой спокойно и не дергайся.
Ну, как скажешь, можно и постоять. Повернулась спиной к стоящим мужчинам и стала смотреть на наш отряд, стоящий в отдалении - кажется, они тоже пока что не могли взять в толк, что происходит. Спустя несколько мгновения я почувствовала, как чьи-то пальцы ощупывают мою спину, затем спустились ниже, к ягодицам, а затем пальцы трогают мои ноги, словно проверяют, все ли с ними в порядке. В этих прикосновениях не было пошлости - скорее, так лекарь проверяет здоровье пациента.
- Поворачивайся... - скомандовал Кейр, и я снова увидела стоящих рядом здешних жителей. Один из них что-то негромко говорил остальным, которые по-прежнему смотрели на меня без особой любви. Признаюсь: я рассчитывала на то, что на этом все закончится, только вот эти четверо так не считали, и после короткого диалога на все том же непонятном языке, Кейр снова обратился ко мне:
- Скажи что-нибудь этим людям. Допустим, что ты рада их видеть.
Я послушно исполнила просьбу Кейра, но четверо мужчин смотрели на меня все так же неприязненно. Зато следующие слова Кейра меня озадачили:
- Открой рот и высунь язык.
- Что?! Зачем?!
- Делай, что говорят!.. - мужчина повысил голос.
Ладно, сделаю, что было велено, только вот кто бы мне еще пояснил, для чего все это нужно. ... Самое удивительное в том, что эта четверка уставилась мне в рот так, словно ожидали увидеть там невесть какое диво, и были готовы к самому худшему. Что касается меня, то я невольно порадовалась тому, что у меня с зубами все в порядке, хотя состояние моих зубов здешних жителей вряд ли интересует. Тем не менее, едва ли не заглянув мне в рот, эти четверо немного успокоились, но, как оказалось, не до конца.
Выслушав очередную тираду на непонятном языке, Кейр чуть пожал плечами, и вытащил остро наточенный нож из чехла, укрепленного на поясе.
- Руку давай... - буркнул он.
- Я?
- Не болтай попусту.
- Зачем вам моя рука?
- Рукав немного поддерни вверх. Не тяни время, эти четверо и без того не горят желанием помогать нам. Да, и придется немного потерпеть...
Делать нечего, протянула руку, и не успела ахнуть, как Кейр чуть махнул ножом, и на моей руке появилась маленькая ранка, в которой через пару мгновений показалась кровь. Ранка, пусть и небольшая, но достаточно глубокая, и радовать подобное меня никак не может. Ну, и кто мне пояснит, что здесь происходит? Лично у меня нет разумных объяснений всему происходящему, и это выводило из себя. Очень хотелось ругнуться, но я промолчала - все одно мое возмущение ничего бы не решило. Зато четверо мужчин, стоящих рядом, какое-то время смотрели на кровь, стекающую по моей руке и капающую на землю, после чего их лица словно смягчались. Один из них - тот самый, который все время разговаривал с Кейром, провел пальцами по красной дорожке, после чего поднес свои испачканные кровью пальцы к своему носу и понюхал. Больше того - он даже лизнул кончиком своего языка красную каплю. Ну, и что это все эти действия должны означать? Тем не менее, мужчина успокоился, и он что-то сказал своим товарищам, после чего те стали спускать на воду и вторую лодку. Затем мужчины кивнули Кейру, а тот, в свою очередь, скомандовал:
- Все забираемся в лодки!
Спасибо моим спутникам - кто-то из них принес и мой дорожный мешок, так что идти за ним не пришлось. Придерживая руку, по которой по-прежнему текла кровь, я забралась в лодку, которую к тому времени спустили на воду, и притянула к себе дорожный мешок - надо бы его открыть, и поискать хоть что-то для перевязки, однако кто-то дотронулся до моего плеча:
- Давай руку перевяжу - тут нельзя долго ходить с открытыми ранами, в них сразу какая-нибудь местная зараза пытается залезть, а всякой мерзости здесь хватает...
Оказывается, женщина из нашего отряда уже держала в руке длинный светлый лоскут ткани, и без лишних разговоров умело перевязала мне руку. На ткани сразу появилось красное пятно, но, главное, кровь уже не текла, хотя ранка чуть побаливала.
- Спасибо!.. - выдохнула я. - Только кто бы мне объяснил, для чего все это было нужно...
- Могу только предполагать, но говорить пока что не буду - может, я ошибаюсь... - женщина устроилась удобней на узкой лавочке. - Кейр потом тебе сам пояснит, что к чему.
- Но...
- Помалкивай пока. Местные не любят, когда кто-то языком треплет - это народ вообще молчаливый, никто из них лишний раз слова не скажет без необходимости, и того же от нас ожидают. Так что пока по реке плывем, тебе никто ничего не скажет. Да, и не вздумай воду из реки пить - живот сразу скрутит, потом долго мяться будешь, а то и болезнь какую подцепишь, до конца жизни от нее не избавишься.
Пока женщина занималась перевязкой, лодки отошли от берега. В каждой сидело по пять человек из нашего небольшого отряда и по два местных жителя, которые и правили лодками при помощи коротких весел, а нам только и оставалось, что смотреть по сторонам. Красивая тут природа, хотя и несколько необычная для меня. Сплошная стена деревьев по обе стороны реки, по берегам полно коряг и деревянных обломков (в воде их тоже хватает), в кронах деревьев то и дело вопят обезьяны, а кое-где вода у берега сплошь покрыта яркой травой и цветами... Кое-где реку ковром перегораживали сплошные зеленые листья, среди которых находились симпатичные голубые цветы.
- Красиво... - вырвалось у меня.