Прятки: игра поневоле (СИ)
Когда в наших руках оказались долговые расписки губернатора, то Леон сразу сказал, что владение подобными документами может вылиться в немалые проблемы: раз Тадео приехал сюда, чтоб отыскать меня, то так просто из Делфа меня не выпустят. Вполне возможно, что мы с ним все же встретились, и я могу что-то знать о долговых расписках. Тем или иным образом, но губернатору нужно вернуть свое, и ради этого он пойдет на что угодно.
То, что господин губернатор оказался в долгах у торгового семейства - это дело обычное, многие аристократы одалживают деньги, но в данный момент все упирается в то, какова сумма этого долга, и сумеет ли должник вернуть такие большие деньги, или нет. В данном случае ответ очевиден - одолженная сумма никогда не вернется к своему прежнему владельцу! Слишком велики деньги, которые получил губернатор, а еще он очень любит азартные игры. Не сомневаюсь, что Тадео прекрасно понимал это, когда ссужал почтенного господина звонким золотом, и, без сомнения, рассчитывал на то, что отныне губернатору никуда не деться от своего кредитора, и тому поневоле придется выполнять требования господ Монте, а уж они-то, цепко держа в своих руках почтенного аристократа, развернутся вовсю. Называя вещи своими именами - именно господа Монте через какое-то время станут настоящими хозяевами Делфа, подгребут под себя реальную здешнюю власть, оставив нынешнего губернатора чем-то вроде деревянной куклы, которую дергают за ниточки...
Однако даже не это самое страшное. Ходят слухи о том, что королю уже пришло несколько жалоб на то, что здешний губернатор справляется со своими обязанностями далеко не самым лучшим образом, и Его Величество уже высказывал тому свое недовольство. Местечко тут довольно теплое, желающих его занять немало, да и недоброжелателей у губернатора хватает, тем более что тот и сам дает немалые основания для возмущения. А уж если станет известно о том, что уважаемый господин является азартным игроком в карты (Его Величество резонно считает, что таким людям нечего делать на очень высоких должностях), то последствия вполне предсказуемы. Проще говоря, положение господина губернатора сейчас довольно шатко, и если станет известно о столь большом займе, то это вызовет немалый интерес людей, облеченных властью и приближенных к королю. Все это может привести к серьезным расследованиям, благо грехов на уважаемом господине не меньше, чем блох на уличном коте.
Понимал это губернатор? Без сомнений. Именно потому этот уважаемый господин сейчас мечтает только об одном - вернуть себе эти долговые расписки, причем желает получить их совершенно бесплатно, потому как денег у него нет, и при его любви к картам они вряд ли появятся, зато долги только растут. Уверена, что достопочтенный аристократ уже пытался каким-то образом изъять бумаги у Тадео, но не на того напал - у господ Монте хватает опыта общения с высокопоставленными должниками, да и охранник у дорогого супруга был не из худших. Скорей всего, господину губернатору оставалось только молить Богов о том, чтоб его кредитор сгинул в глубине Делфа вместе со всеми долговыми расписками. Тем не менее, стражникам было велено следить за всеми, кто возвращался в Большую Гавань, да к тому же наверняка у стражи было описание наших примет - что ни говори, но Тадео отправился на мои поиски. К тому же, по утверждениям Тадео, за меня на родине обещана большая награда. Вот потому-то меня и прихватили едва ли не сразу же, хорошо хотя бы то, что успела помыться.
Долговых расписок у меня не нашли, значит, сейчас примутся за Леона и Эдгара. Ну, пусть постараются, у них тоже ничего не отыщут, значит, снова должны переключиться на меня. Что ж, подожду, мне спешить некуда.
Камера, в которую меня отвели, была настолько узкой, что в ней едва помещалась лежанка, а еще там было темновато, ведь солнечный свет проникал внутрь через маленькое оконце-бойницу. Похоже, что большую часть суток здесь совсем темно. Ладно, подожду, а пока можно прилечь на лежанку и поспать - сегодня мы прошли немало, очень устали, так что передохнуть мне не помешает. Не думаю, что губернатор будет уж очень долго тянуть - ему позарез нужно вернуть свои долговые расписки, так что посмотрим, насколько у почтенного аристократа хватит выдержки.
Терпение у господина губернатора все же имелось, во всяком случае, я просидела в этой каменной клетушке до следующего дня. За все это время мне не давали ни еды, ни воды, да к тому же стражники не давали мне спать: то и дело колотили в дверь, несколько раз заходили ко мне в камеру, кричали, угрожали, даже замахивались, обещая избить - в общем, делали все, чтоб как следует напугать задержанную. Психологическое давление, так сказать. Эх, господа стражники, уж если я сумела пройти пещеры в скале подле лагеря искателей алмазов, то ваши угрозы меня точно всерьез не испугают. Зато о долговых расписках никто не сказал ни слова - понятно, это не та тема, о которой надо знать постороннему, так что стражники о бумагах не имеют никакого представления.
Когда на следующий день меня вывели из камеры, то на улице было яркое солнце. Похоже, уже полдень. То, что господин губернатор уже созрел для разговора со мной - это очевидно, интересней другое - он лично приехал сюда для приватной беседы, или меня повезут в его резиденцию? Склоняюсь ко второму, потому как достаточно неприятные разговоры лучше вести на своей территории - так спокойней, да и посторонних ушей нет.
Я не ошиблась: за дверями тюрьмы меня ждала крытая повозка, запряженная старой лошадью - похоже, губернатор делал все, чтоб не привлекать лишнего внимания к происходящему. Надо же, на повозку расщедрился, хотя до губернаторского дома можно дойти неторопливым шагом за десять минут. Что ж, прокатиться не откажусь, пусть и в сопровождении пары стражников.
Нас привезли к черному входу большого дома губернатора, где меня довольно бесцеремонно вытащили из повозки и повели на второй этаж. Даже на первый взгляд понятно, что в этом доме все подчинено тому, чтоб показать, в какой роскоши и в каком богатстве живет здешний хозяин: дорогая мебель, ковры, позолота, картины на стенах, фарфор из Кхитая... Чтоб поддерживать такой высокий уровень жизни, денег надо ой как немало, так что я теперь понимаю, отчего у здешнего губернатора так много долгов.
Меня привели в роскошно обставленную комнату и оставили в одиночестве. Оглянулась по сторонам: большой письменный стол из черного дерева, лежащий на полу ковер, в высоком ворсе которого тонет ступня, бархатные портьеры на окнах, тяжелые кресла с витыми позолоченными спинками... Такая обстановка куда больше подходит для дворца, а уж никак не для маленького строящегося городка, где подавляющую часть жителей никак не назвать богатыми людьми.
Я почти не сомневалась в том, что за мной наблюдают, смотрят, как я себя веду. Не знаю, что желает узреть господин губернатор, но я не намерена стоять на ногах, и потому без колебаний уселась в ближайшее кресло. Мое простое холщевое платье, причем довольно поношенное - и красный бархат золоченого кресла... Надеюсь, хозяин этого кабинета не схватится за сердце от подобного зрелища.