Из рода Бурого Медведя. Том 1 (СИ)

— Вы проиграли, насколько я изучал историю нашего рода, вы Тигамуровы напали первыми на нас, использовав как повод какое-то происшествие…
— «Какое-то происшествие»!? — воскликнул удивлённо Антоний Тигамуров. — Разве можно назвать происшествие убийство моего родственника в харчевне? Убийство старшего сына главы Рода — моего прямого предка!
— Он оскорбил наш род, — ответил совершенно не волнуясь Михаил Медвебелов. — Мой предок ответил возможно излишне резко. Но тот славился вспыльчивым нравом…
Я заметил что Збигнев стоит позади Тигамурова. Друг его что ли.
— Мой предок не оскорбил, он обвинил вашего в воровстве кристаллов...
— Обвинить в воровстве уважаемый род, это значит оскорбить этот род, -сказал Медвебелов. — И я не знаю к чему вы затеяли этот разговор. Белый дворец есть и останется наш…
— Дворец Тигамуровых — его имя! И я докажу и отсужу его! А вам лучше признать мои права или приготовьтесь отвечать за грехи своего рода!
— Не стоит угрожать мне в моём доме! Покиньте помещения или история повториться! — сказал покрасневший Медвебелов. 
Антон Тигамуров поправил сюртук и пошёл к выходу. За ним, делая вид что идут по своим делам, пошли некоторые бояре, в числе которых я увидел и Збигнева… и Гену с Марииной. 
— Этот Тигамуров, это знатный род? 
— Как и Медвебеловы, — ответил Никита. — Род Амурского Тигра один из самых сильных, относиться к высшим родам.
— Так это вечеринка для высших родов? — удивился я. — Но мы же средние.
— И для элиты средних родов, — сказал Никита. — Не усложняй. Нас тут вроде принимают за равных. У Медвебеловых смотрят на твою магическую физическую мощь, и твоего рода. Тигамуровы они более снобисты…
Я ещё пообщался с несколькими компаниями. Пересказал пару раз боевую сцену с крысами и ушёл от ответа о том как мы провезли кристаллы. Откуда они это знали я так и не понял, Никита сказал что он никому не трепался. Но они откуда-то знали. Збигнев что ли трепался, или Гена или Марина. А ещё понял что «Огненный клинок» это из разряда сверхоружия и поэтому отношение к его владельцу такое уважительное. 
Покинули мы вечеринку в пол двенадцатого. 
  
Глава 22. Мастер клинка и кулака
 
Я встал рано, в семь часов. И решил провести ревизию своих боевых навыков. Раньше у меня не очень-то получалось одновременно держать магический щит, атаковать магией и к тому же двигаться. Но после боёв на китовых плантациях, я кое как себя научил премудростям боя. Хотя щит по прежнему не выключал, даже тогда когда по мне не стреляли, когда сражался с одарёнными стихийниками. Поэтому я, имея неплохую магическую и физическую выносливость, по прежнему как представитель огненной стихии выдыхался одним из первых.
Я вышел во двор и стал атаковать кирпичный столб огненными иголками (дед сложил его, пока я находился на китовых плантациях). Я кувыркался, делал резкие выпады влево, вправо. Кружил вокруг столба и атаковал. Внезапно в спину что-то больно ударило. Я резко развернулся и увидел удаляющегося деда. Держать в голове щит, всегда представлять его и одновременно представлять магические атаки — это всё ещё для меня оказалось нелегко. Следовало нарастить выносливость. Я пошёл в сарай, взял специальный рюкзак, накидал в него кирпичей. Одел цепи на руки и ноги и пошёл к крутому склону, наподобие обрыва, в конце улицы. Там лазил по нему вверх и вниз целый час, потом бегал, потом пытался влезть на дерево внизу на поле. Опять бегал. Отжимался. Устал. Затем дал залп в небо огненным шаром. Устал ещё больше, устал внутренне. Усталость магическая и физическая они пересекались, нельзя было сказать что это два независимых параметра, но в том же время в какой-то момент расходились. Человек истративший весь магический запас, мог встать и идти. А человек который не мог сдвинутся с места из-за физического истощения, всё таки мог произвести какую-то магическую атаку. Так что две эти выносливости хоть и шли бок о бок, но всё таки разделялись. Но несмотря на это, тренируя выносливость, тело до предела, можно повысить свою магическую выносливость. Это факт.
 
Вернувшись во двор, я получил нагоняя от деда:
— Миша я видел, как ты тренировался.
— Да?
— Ты как варёный. Важна интенсивность тренировок. А у тебя её нет. Так как тренируешься ты, можно делать это десятилетиями. Больше выкладывайся!
— Я ещё не восстановился, — начал я оправдываться. 
— Как хочешь. К рукопашнику поедем?
— Сперва я до Сашки прокачусь, надо его долечить… 
— Понятно, — сказал мрачно дед. — Для развития абсолютной силы работай с максимальными весами, пытайся порвать цепь, тросы, поднять неподъёмное. Если тебе конечно нужна настоящая сила...
— Дед, а если ноги сделать сильными, я могу высоко прыгать? — осенило меня.
— Смогёшь, — подтвердил дед. — Я даже сейчас на два метра вверх прыгнуть если что могу… А в молодости на все три мог стрельнуть. 
— Круто.
Не долго мешкая, я быстро ополоснулся в душе, переоделся. Сел на мотоцикл и поехал к Сашке, которому до конца не отрастил ногу. Следовало как можно быстрей продолжить лечение. 
По приезду оказалось, что нога зажила и образовалась культя. И сперва никак не получалось опять заставить её расти. Но я упорством включил процесс регенерации.
— Так что ж это барин, работать нельзя теперь? Кровь то вон как она хлещет...
— Не ной Сашка, — сказал я, стирая пот со лба. Сантиметр выращенной плоти дался в тот день ох как нелегко. Наверно из-за того что я начал отращивать сустав на стопе. — Лучше ведь со здоровой ногой быть. Ещё неделя, ну может две. Не больше. И будешь как новый прыгать. 
— Конечно с цельными ногами лучше, — подтвердил Сашка.
— Слушай Сашка, как там насчёт помощи потом… сколько ты можешь выставить бойцов, если что…
Сашка подумал, почесал бороду.
— Человек пятнадцать, вместе с собой…
— Стрелять то умеете? — спросил я.
— Вроде да, — ответил помявшись Сашка. — Но надобно тренироваться…
— А из пулемёта есть умельцы стрелять?
— Смотря с какого, с Максима есть парочка…
— Гранаты кидать можете?
— Есть небольшой опыт, — скромно сказал Сашка. — Из наших есть кто хорошо сумеет.
— Готовьтесь, — сказал я. — Будут пистолеты пулемёты, гранаты. Потренируетесь недельку. А потом в бой…
— А когда бой-то? — спросил Сашка по деловому.
— Во второй половине августа. 
К двум часам дня я вернулся домой. Дед уже сидел на скамейке перед домом и посматривал на часы.
— Долго, — сказал он.
— Я же сказал, что приеду днём, — возразил я слезая с мотоцикла.
Дед сел за руль, я в коляску и мы поехали на юг области. В тот день на город опустилась жара, а мы были возле города, поэтому я был рад опять охладиться потоком прохладного ветра. 
Приехали мы в какую-то деревеньку похожую на городок. Чистые опрятные улочки и каменные домики, перемешанные с деревянными. Была там скромная церковь, аптека, магазины. У многих домов стояли машины мотоциклы.
— Кто тут живёт? — спросил я.
— Это поселение ремесленников. Одарённых мало, но есть. Вот например наш знакомый…
— А он чем занимается?
— Тренирует детей ремесленников.
— А ещё чем?
— Что-то из кожи вроде делает и продаёт. А вон его дом…
Он указал на двух этажный сруб. Мы остановились возле дома, слезли с мотоцикла и пошли к воротам. Дед постучал в ворота. С минут ничего не происходило. Дед ещё постучал, а потом закричал:
— Демьян ты дома?! Деееемьяааан! Это Буров! Открывай…
В калитке показался плотный мужик лет пятидесяти, слега подёрнутый сединой с короткой бородой, острыми чертами лица и аккуратной стрижкой делающей причёску неуловимо военной. 
— Здорова Евсей, с чем пожаловал… и с кем? — он уставился на меня.
— Здравствуйте, — выпалил я под его тяжёлым взглядом. В ответ он лишь кивнул.
— Внук это мой, — сказал дед. — Хочет научиться рукопашному бою, владению мечом…