Вечный лед (ЛП)

– Прошу прощения, – начал Джодах.
– Когда я сказал: уйдите, – невнятно произнес некромант, – я имел в виду уйдите! Лим-Дул поднял руку, и знакомое черное копье боли, тень того, что было в первый день, слабо заискрилось в груди Джодаха.
Джодах отскочил от некроманта на три шага, затем развернулся и побежал.
Когда он достиг двери, Лим-Дул закричал ему вслед: – И теперь, когда вы знаете, почему мне нужна эта чертова информация! Сейчас!
Джодах не оглядывался. Ему это было не нужно. Он знал, почему Лим-Дул хотел получить информацию о мироходцах, о бродячем мире, и зачем ему было знать, как убить мироходца.
Это было написано на его лице, вместе со страхом от Лешрака, смущением от запугивания при свидетелях и ненависти к своему хозяину. Все это отражалось на лице Лим-Дула вместе с подарком Лешрака, напоминанием о том, кем для него является Лим-Дул.
Теперь на лбу Лим-Дула торчали острые утолщения от растущих маленьких рогов, как у оленя – и как у животного.  
  
Глава 4
 
Наемный маг
 
 
В Эпоху Льда новыми существами, бродившими по холодным землям, были не только мироходцы. Изменились целые расы и виды – огромные орлы из более ранних времен превратились в гигантских аэстиров, зубры обросли косматой шерстью, а слоны регрессировали к более ранней, волосатой форме и стали мамонтами. Разве удивительно, что маги тоже изменились?
 
Это было время, когда магия развилась из экспериментальной в упорядоченную, из объявленной вне закона в уважаемую, из преследуемой к культивируемой. А потому никто не удивлялся расцвету магических специалистов.
 
Во время Ледникового Периода были элементалисты и архивариусы, механики и гидроманты, шаманы и заклинатели. Были волшебники, доверявшие отдельным цветам или их группам. Были маги, которые не занимались ничем, кроме сражений с другими магами, и те, кто навсегда связал себя с исследованиями.
 
Были и наемные маги.
 
Наемный маг возник из простого факта, что, хотя теоретически любой может научиться произносить заклинания, делают это немногие, и очень мало – хорошо. В этом отношении маги похожи на музыкантов. По-настоящему великие менестрели и трубадуры могли сочинять рифмы прямо на месте, создавать новые мелодии, овладевать любыми инструментами и делать все с грацией и пылом. Большая часть остального населения не является певцами, композиторами или музыкантами и не дает себе труд этим заниматься. Есть те, кто знает одну-две хороших песни, обладает слухом и могут развлечь других этими песнями, только и всего.
 
Этими последними, в терминах магии, и были наемные маги. Они очень, очень хорошо знали незначительное количество заклинаний, но не имели желания или возможности стремиться к познанию природы самой магии. Для многих из них магия была милой игрой или способом быстро заработать немного денег. Поэтому они продавали свою способность произносить заклинания тому, кто предложит наивысшую цену.
 
И в то время, и сейчас, наемные маги повсеместно были под подозрением. Сильные маги возмущались их готовностью ронять достоинство профессии тем, что брали деньги, и тем, что наемные маги не делали ничего оригинального. Местные правители думали о наемных магах как о не заслуживающих доверия магических наемниках, переходящих со стороны на сторону из-за более высокой цены. Обычные люди находили их полезными только в контексте известных им заклинаний и считали их немного опасными. В конце концов, настоящие маги должны укрываться в своих далеких башнях, а не проводить свои операции в купеческом квартале, не так ли? Чем они, в конце концов, занимаются?
 
Но как однажды сказала одна из самых великих наемных магов этого времени: «Эй, девушка тоже кушать хочет, да?»
 
Аркол, ученый из Аргива
 
В последовавшие за столкновением с мироходцем Лешраком дни Джодах удвоил свои усилия в архиве, как из своего собственного страха, так и из-за понимания, почему Лим-Дулу так нужна информация. Он поделил свое время между исследованиями самих миров и различными легендами о мироходцах.
 
Его сбивало с толку безумие старых легенд о мироходцах. Старые рассказы в лучшем случае были неполными, а в худшем – полностью поддельными. Проблема состояла в том, что ни один из них не был написан самими мироходцами. Даже испачканная и хрупкая копия книги «Войны древних времен» Кайлы бин-Кроог заканчивалась на том моменте, когда Урза предположительно перешел в высшее состояние.
К этому времени Джодах превратил хранилище архивов в разумное исследовательское подразделение. Он нашел ссылки на дополнительные тома, которые потом нашел и добыл некромант. Джодах не считал необходимым раздумывать над способом или методами подобных приобретений. Даже принимая во внимание кратковременную природу его помощи, прогресс был достигнут, и благодаря Джодаху поддерживалось ощущение целостности.
Джодах был удивлен, когда узнал, что все мудрецы и ученые, в данный момент работавшие в хранилище, были «моложе» него, и их вызвали после его появления. Ему пришлось привыкать и к этому, и вскоре постоянная смена умных мужчин и женщин, которые существовали только ради исследований, слилась в пятно. Он перестал даже просто запоминать лица, просто удостоверялся, новые они или нет.
Конечно, были и исключения. Ослепительная темнокожая женщина работала две недели, а затем однажды утром исчезла. Он сделал очень небольшую часть работы, когда понял, что говорил с ней лишь несколько раз. Это напомнило ему о том, насколько негодящими в буквальном смысле слова были здесь его исследователи, и он подумал себе, что надо бы постараться сделать пребывание ученых здесь максимально удобным и безболезненным. Вскоре после этого он снова привык к веренице лиц.
Через несколько дней после столкновения с Лешраком случилось еще одно событие. Стычки явно так напрягали Лим-Дула, что это непреднамеренно стоило существования трем старым ученым Джодаха. Поэтому он был готов к появлению нескольких новых лиц в толпе.
Одно из таких лиц было моложе большинства остальных – безбородый юноша, одетый в тяжелый плащ. Большая часть ученых сохраняла свой первоначальный наряд, поэтому плащ не имел для Джодаха значения. Ему показалось интересным, что вместо того, чтобы работать, этот новый ученый смотрит на него.
В то утро Джодаху три раза казалось, что за ним наблюдают, и он ловил на себе чей-то взгляд. Он поднял глаза, ожидая увидеть у дверей Чаеску с новым требованием от некроманта, но вместо этого увидел, как на него смотрит молодой переписчик в тяжелом плаще. Едва Джодах поднял глаза, тот сразу же принялся смотреть в рукопись, капюшон упал вперед и скрыл его лицо.
Джодах неохотно вернулся к своей работе, но несколько минут спустя опять посмотрел в ту же сторону и обнаружил, что молодой ученый снова смотрит на него. Взгляд юноши снова метнулся обратно на страницу, едва только Джодах заметил, что за ним наблюдают.
Джодах медленно поднялся со своего места и начал обходить хранилище. Он шел и наблюдал за работой ученых – посмотрел на одного ученого, проверил ссылку для другого, отложил том для третьего. Каждый раз он краем глаза видел, как юноша провожает его взглядом.
Джодах повернулся к молодому человеку в тяжелом плаще, тот снова опустил голову. Он обошел вокруг стола, за которым сидел юноша, и, в конце концов, посмотрел ему через плечо. Он наблюдал за его работой.
Джодах нахмурил лоб и произнес: – Мы занимаемся исследованием миров и мироходцев. Текст перед тобой является романом об эпохе Тьмы. – Он повернул книгу. – И при этом абсолютно безвкусным.
При словах Джодаха юноша едва не подпрыгнул на месте и развернулся. Он резко поднял голову, затем сообразил и вернулся к тексту.
– Миры и мироходцы, – громко сказал юноша, словно ребенок, пытающийся казаться взрослым. – Конечно.
– Повернись, – тихо сказал Джодах. – Посмотри на меня.
Юноша заколебался, и Джодах вздохнул. Лешрак мог быть жестоким с Лим-Дулом, а некромант – грубым с Джодахом, но он сам будет проклят, если станет приказывать другим, более слабым созданиям.